— Его мне тоже дали, чтобы я постоянно была на связи.
— Кто? Люди, которые тебя отпустили?
— Да, — кивнула я головой.
— Милиция, что ли?
— Что-то типа того.
— Что значит «что-то типа того»? Милиция или нет? Я не понимаю тебя.
— Андрей, пообещай, что ты завтра отвезешь Стаса к бабушке, а потом я тебе все расскажу подробно.
— Почему не сегодня?
— Потому что сегодня ты слишком возбужден. Ты можешь меня неправильно понять. И вообще — для меня сейчас важно знать: ты меня не разлюбил?
— Да нет же, вот дурочка! А мне важно понять:
этот мужик, которого хлопнули, не был твоим любовником?
— У тебя не должно было даже возникнуть подобных мыслей. О чем ты говоришь? Какой, к черту, любовник?!
— Значит, ты меня любишь?
— Конечно, люблю, — проговорила я сквозь слезы. — Я и сама не понимаю, почему на нас свалилось столько испытаний. Неужели все это для того, чтобы проверить нас на прочность?! Андрей, поклянись, что ты никогда меня не оставишь. Пообещай, что ты сможешь позаботиться обо мне.
— Обещаю.
В этот момент махровый халат соскочил с моего плеча, и я заметила, что Андрей стал осматривать меня с головы до ног.
— Что-то не так?
— Я тебя вылечу. У тебя сильные проблемы с кожей. Кстати, как все это время ты обходилась без секса?
— Мне было не до него. Я о нем как-то не думала.
— И у тебя получалось?
— Ты знаешь, в таких условиях… Мне было бы вообще удивительно, что у кого-то вообще может возникнуть такое желание.
— К тебе там никто не приставал?
— Кого ты имеешь в виду?
— Мало ли.
— Не говори ерунды! Лучше скажи, ты по мне скучал?
— Я без тебя умирал.
Прямо на кухне я принялась раздевать своего мужа, ощущая, как его охватывает внезапное нетерпение. Андрей тут же подхватил меня на руки и отнес на кровать. Нежные пальцы мужа гладили мою грудь, мои плечи и мой живот.
— Я хочу тебя, — прошептала я лежащему рядом Андрею.
После этого я прижалась своими губами к его губам и ощутила, как напряглось его тело.
— Господи, как же долго я этого хотела. Как же долго…
Я и сама не знаю, откуда во мне взялось столько энергии, ведь совсем недавно я двигалась, как сомнамбула, и чувствовала себя разбитой, раздавленной. Эта близость говорила о том, что, несмотря на все наши разногласия и передряги, мы с Андреем — одно неразделимое целое и наши отношения, нашу многолетнюю связь невозможно разрушить. Когда кульминация нашей страсти достигла запредельной высоты, я закричала и безвольно откинула руки на подушку. Обняв своего засыпающего мужа, я попыталась выкинуть из головы все плохое и знала, что, несмотря на все негативные обстоятельства, моя жизнь неразрывно связана именно с этим мужчиной.
Андрей уснул быстро, а ко мне сон все не шел. Я лежала головой на груди своего мужа, прислушивалась к его дыханию и не могла поверить в то, что я не в камере. Мои попытки уснуть так и не увенчались успехом, и я встала. Решила пойти на кухню и попить воды. Слегка приоткрыв кухонную занавеску, я посмотрела на припаркованный у моего подъезда «БМВ» и на нервной почве вновь усиленно зачесалась.
— Вот черт! Надо мазь купить. Кожа совсем ни к черту стала. Все, что у меня в голове, сразу отражается на моей коже.
Закусив губу, я отошла от окна и, прислонившись к стене, почувствовала, как сильно мне захотелось курить. Проклятые нервы! Вроде бы я дома, спят на своих кроватях любящий муж и ребенок. Тюрьма далеко… но впереди по-прежнему неизвестность. Поискав сигареты на кухонных полках, я прошла в коридор и залезла в карман куртки мужа. Достав оттуда пачку сигарет, я увидела, что из кармана выпала какая-то бумажка, и наклонилась, чтобы поднять ее с пола. Затем я машинально развернула скомканный листок, сама не понимая, зачем я это делаю, и прочитала то, что было внутри: «Котик. Все было просто замечательно. С нетерпением жду нашей с тобой следующей встречи. Целую тебя. Твоя страстная девочка».
Прочитав записку несколько раз, я нервно усмехнулась, затем разорвала ее на мелкие клочки и выкинула в мусорное ведро.
— Теперь мне все понятно, — проговорила я вслух и, все так же нервно достав сигарету из пачки, закурила. — Все понятно. Все более-менее понятно. У моего котика есть страстная девочка. Как же быстро он ее завел! А ведь я сразу поняла, что что-то не так. Я это почувствовала сразу, с того самого момента, когда увидела Андрея еще на лестнице. Совсем не те глаза и совсем не те руки.
Первое, что пришло в мою голову, так это пойти разбудить мужа и закатить ему хороший скандал. И я уже чуть было это не сделала, но какие-то внутренние силы заставили меня остановиться и начать руководствоваться не охватившими меня эмоциями, а голосом разума.
— Стоп. Не стоит так поступать сейчас, — вытерла я выступивший на лбу пот.
Действительно, если бы я это сделала, то только усугубила бы и без того ужасную ситуацию. Когда жены нет рядом с мужем, тысячи мужчин начинают искать утешения на стороне. Андрей не исключение. Меня неожиданно взяли под стражу и сообщили мужу о том, что у меня есть любовник. Он не выдержал такого испытания, такого давления извне и…
Я пыталась найти оправдание поступку своего мужа и, можно сказать, его нашла, но при этом чувствовала сильную, просто раздирающую меня душевную боль. Я вдруг подумала о том, что в любви кто-то всегда по-настоящему любит, а кто-то просто умело использует эту любовь. Если бы подобное тому, что случилось со мной, произошло с Андреем и это его взяли бы под стражу, обвинив в убийстве любовницы, лично я ни за что бы никому не поверила. Я бы боролась за него до конца. Я бы…
Выпустив ровные колечки дыма, я прислонилась к стене, закрыла глаза и вспомнила, как мы с Андреем летали в Париж. Я вспомнила, как бурлила там Жизнь, сколько в ней было шума, ярких красок и прекраснейшей музыки, доносившейся из небольших театров. А эти незабываемые маленькие уличные кафе с потрясающим на вкус кофе… Париж — город любви, город красивых слов и сердечных признаний. Однажды Андрей нанял экипаж, и мы ехали вдоль правого берега Сены, целовались и представляли, что мы в шестнадцатом веке. Я смотрела на дома, в которых жили аристократы, громко смеялась, держала Андрея за руку и чувствовала себя счастливой. Я созерцала потрясающей красоты сад Тюильри, а Андрей заглядывал в мое чересчур откровенное, глубокое декольте, чем выводил меня из себя и постоянно смешил. Неделя в Париже… Неделя любви, восторга и постоянного восхищения. По ночам, после страстных занятий любовью, я думала только об одном — почему эта неделя в Париже не может длиться вечно. Я упивалась присутствием мужа, красотой Франции и боялась того, что в моей жизни больше не будет таких упоительных минут. А в последнюю ночь перед возвращением домой мы гуляли по узким мощеным улочкам и рассуждали о своих планах на будущее. Андрей держал меня за руку и говорил, что никогда меня не предаст, не сделает мне плохого и не причинит мне боль. Вспоминая сейчас те минуты, я ощутила, как мое сердце забилось с удвоенной силой. Париж остался только в воспоминаниях, а впереди пустота. Да еще у моего котика появилась страстная девочка. Только бы все это было несерьезно! Только бы… Кстати, а зачем эта «страстная девочка» сует в карман моего супруга подобные записки? Хочет, чтобы он чаще о ней вспоминал?
— Алиса, ты куришь? — раздался неожиданно голос Андрея. Я обернулась и увидела его, стоящего в коридоре. — Ты же бросила.
— Опять начала.
— Самое страшное уже позади. Значит, скоро бросишь. Ты почему не спишь?
— Не спится.
— Синий «БМВ» стоит?
— Стоит, куда он денется.
— Они тебя даже ночью охраняют?
— Работают в круглосуточном режиме.
Муж подошел к окну и слегка сдвинул занавеску в сторону.
— Слушай, а находиться под защитой следствия хорошее дело.
— С чего ты взял?
— С того, что не нужно никаких телохранителей нанимать. Тебя совершенно безвозмездно охраняют. Только если честно, то я так до сих пор не понял, от кого и зачем. Кстати, никогда бы не подумал, что наша доблестная милиция разъезжает на последней модели «БМВ».
Андрей подошел совсем близко и притянул меня к себе.
— Алиска, пойдем спать. Тебя всю трясет. Ты что вся дрожишь? Боишься, что ли, чего или это у тебя опять нервное?
— Нервное.
— Алиска, пора успокаиваться. Ты уже дома. Я рядом.
— А ты не нашел себе другую во время моего отсутствия? — задала я вопрос и тут же прикусила язык.
— Ты что, дурочка, что ли?
По идее, ответ моего мужа должен был меня успокоить, но записка, найденная в его кармане, никак не выходила у меня из головы и говорила совсем об обратном.
— Андрей, ты меня не обманываешь?
