— Я принесу сумку.
— Не надо, она не тяжёлая, так что не надорвусь. Беги мыться, полотенца и халаты в стенном шкафу. Ванная — соседняя дверь слева от моей. Родители живут на первом этаже, так что можешь не стесняться.
Получив поцелуй, Марта ещё немного полежала, прежде чем спуститься вниз и выйти к машине. Родители о чём-то негромко разговаривали на кухне. Через открытую дверь было видно, что мама протирает приборы, а отец расставляет в двух вазах цветы.
Достав из багажника сумку, Марта вернулась в свою спальню и быстро разложила и развесила вещи. Для себя она почти ничего не привезла, в родительском доме было много её одежды и обуви на любую погоду. Когда Баки вышел из ванной, обернув бёдра одним полотенцем и накинув другое на влажные волосы, его уже ожидали тонкие голубые джинсы и белая футболка.
— Мы дома ходим босиком, — сообщила ему Марта, успевшая искупаться в гостевом душе. — Но если тебе некомфортно, то я принесу тапочки.
— Нет, всё прекрасно, — улыбнулся Баки, быстро надевая одежду. Деревянные полы, покрытые светлым лаком, приятно холодили ступни. — Ты выглядишь просто прелестно. Мне нравится, когда ты носишь платья.
— Спасибо. — Марта быстро чмокнула его в губы и увернулась от объятий. — Сейчас не время для обжимашек, нас ждёт куча вкусной еды!
========== Часть 15 ==========
Броку пришлось мысленно сосчитать до пяти и обратно, чтобы немного утихомирить нервы. Не то чтобы новый начальник бухгалтерского отдела ему не нравился, но её равнодушное скучающее лицо вызывало в нём странные желания. И этот оценивающий взгляд, словно выставляющий ему слабую троечку по десятибалльной шкале, очень раздражал. И смотрела она свысока во всех смыслах: и без того высокая для женщины мисс Оливер никогда не появлялась в туфлях на шпильке ниже десяти сантиметров.
Глядя, как она походкой манекенщицы движется по коридорам, плавно покачивая округлыми бёдрами, сотрудники буквально столбенели. Мужчины провожали её долгими взглядами, на какое-то время теряясь в прострации. Женщины же пытались догнать и спросить, где именно были приобретены потрясающие туфли, сидящие как вторая кожа узкие юбки-карандаши или такие же узкие брюки.
Если бы Брок лично не проверил каждую строчку личного дела мисс Оливер, он бы никогда не поверил, что эта красотка на самом деле опытный бухгалтер. Сногсшибательная блондинка с бюстом размера C+ и талией, навевающей слюнявые сравнения со всякими желтобрюхо-полосатыми насекомыми, могла похвастать абсолютным равнодушием к личной жизни.
К тридцати девяти годам Ирэн Оливер сделала блестящую карьеру, собрав целую кипу сертификатов об отличной учёбе и хвалебные отзывы от довольных клиентов. В ЩИТ она попала по рекомендации бывшего начальника бухгалтерского отдела, вышедшего на пенсию.
Брок лично присутствовал при заключительном собеседовании с мисс Оливер и был поражён её профессионализмом. Казалось, что она с одного взгляда видит любые ошибки в ведомостях и накладных, заполненных тысячами цифр. Легко находит решения задач, поставленных перед финансовым отделом. Обладает твёрдым характером и, если считает себя правой, способна переспорить любого человека, невзирая на пол, звание и возраст.
В то же время она отлично вписалась в коллектив, завоевав уважение подчинённых. Марта чуть ли не оды слагала в честь прекрасной валькирии, ведущей их бухгалтерию в сияющее финансовое будущее. Коллеги мужского пола почти поголовно были сражены её холодной красотой и бьющей фонтаном харизмой. Не проходило и дня, чтобы какой-нибудь несчастный Ромео не приносил ей букеты и подношения, словно богине.
Однако на мисс Оливер никак не влиял ажиотаж, царящий вокруг её персоны. Она будто не замечала откровенных подкатов и робких намёков, полностью игнорируя сильный пол. Все подаренные ей сладости попадали на общий стол, заставляя бухгалтеров радостно повизгивать при поедании кондитерских изделий. И горько стенать, сгоняя лишние калории, от которых было невозможно отказаться.
И всё было бы прекрасно, вот только по какой-то причине Ирэн Оливер с первого взгляда невзлюбила Брока. Вернее, она общалась с ним так, словно он какой-то неудачливый коммивояжер, пытающийся продать ей пылесос за десять тысяч баксов. Конечно, она не позволяла себя хамства или беспричинной агрессии, но её равнодушный взгляд, смотрящий куда-то сквозь его переносицу, просто выбешивал Брока.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он перепробовал все способы из своего богатого арсенала, чтобы сдружиться с неприступной леди. В ход пошло даже соблазнительное ухаживание, чего Брок никогда не позволял себе на службе. Однако, результат его действий с каждым разом становился всё хуже и хуже, словно кто-то его очень заковыристо проклял.
— Ты мне напоминаешь антагониста во второсортной отомэ-игре, — как-то заметила Марта после совместного ужина в ресторане. Они с Баки буквально вытащили из кабинета злобно щерящегося Брока, потерпевшего очередное поражение в борьбе с главбухом.
— Это что ещё за хрень? — цыкнул «спасённый», так холодно зыркнув на официанта, что тот чуть не пролил воду мимо бокала.
— Это такая разновидность компьютерных игр, где герою надо развивать романтические отношения с персонажами. Чем выше баллы приязни, тем больше шансов избежать гибели и добиться счастливого финала. Обычно в таких играх есть злодеи, которые мешают любовной линии сюжета. Но чем больше они суетятся, тем выше шанс получить флаг смерти, — подробно объяснила Марта, с сочувствием глядя на Брока. — В ситуации с мисс Оливер ты очень напоминаешь этих персонажей-антагонистов.
— То есть это беспричинно? — заинтересовался Баки.
— Нет! Обычно существует подоплёка становления злодея. Например, в детстве его не любили родители или, наоборот, слишком баловали. Или его всегда бросали партнёры, уходя к более успешным героям. — Марта покосилась на нахмурившегося Брока и быстро протараторила: — Но мы-то знаем, что это тебе не подходит, потому что ты у нас успешный красавчик с отличным… всем!
— Командир, чего ты вообще до неё докопался? — полюбопытствовал Баки, нарезая персик на дольки и перекладывая их на тарелку Марты.
— Да я ни хрена не ухаживаю за ней! — вспылил Брок, залпом выпивая стакан минералки. — Просто пытаюсь по-человечески сработаться! Мы же с ней постоянно сталкиваемся на совещании начальников отделов. И ещё раз в два-три дня, не меньше, у нас с ней планёрки относительно распределения бюджета, начисления премий и прочей херни!
— Ну и что? Здоровайся с ней и веди себя так, будто перед тобой Джонс из аналитики. Он тоже тот ещё доктор Хаус и Стрэндж в одном флаконе, но спец классный, — пожал плечами Баки, откровенно не понимая, какая бешеная муха покусала его друга.
— Да, мисс Оливер очень сдержанный и справедливый человек, уж не говоря о том, что она настоящий профи, — поддержала его Марта. — Может, вы просто… являетесь аллергенами друг для друга.
— Угу, надень респиратор и гогглы и не чихай, — хохотнул Баки. — Или ты втайне запал на неё?
— Да как на неё запасть, она ж как ледышка! — чуть не сплюнул Брок, знаком подзывая официанта со счётом. — У меня было много баб, но я никогда не страдал по тем, кто меня откровенно игнорит.
Баки с Мартой только переглянулись после его слов и одновременно покачали головами, сильно сомневаясь в правдивости данного высказывания. Они впервые видели, чтобы их многоопытный друг так по-детски злился, не в силах добиться желаемого результата.
Через несколько дней им предстоял небольшой отпуск на ферме у родителей Марты, и оба переживали, что оставляют Брока в таком раздражённом состоянии. Но делать было нечего, запланированная поездка не могла быть отложена на другое время.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Баки отмыл и без того чистый дом, сердечно распрощался со «скотиной», прочёл Броку целую лекцию о вреде нервных срывов для мужчин среднего возраста, чуть не получив за это по зубам. Марта долго обнимала и успокаивала своего пока ещё неофициального жениха, который не мог помочь своему другу и из-за этого страдал.
