твоей ориентации недалеко», – тогда его сестра весело посмеялась, а брат лишь улыбнулся неловко. Ей всё это показалось шуткой! Она посчитала, что литература и кино способны изменить его ориентацию! Это же смешно! От воспоминаний об этом ему стало обидно.
– Что ей понять, пустоголовой, – вслух ответил он, – как эта любительница погулять с парнями поймёт, что такое однополая любовь? Не удивлюсь, если она это воспринимает моим воображением или очередным бредом.
Несомненно, парень давно увлёкся историями про ЛГБТ-сообщество, но он свято верил: не может оно изменить человека. Коль ты родился не таким – не таким всю жизнь будешь. Тем более многие считают, что это не имеет приобретённого характера. Врождённое. Брюнет давно считал, что если ему и нравится подобное, то он точно с детства такой. Он не мог понять и ему не нравилось, что люди способны менять свою ориентацию по щелчку пальцев. Не бывает такого.
Муки совести в ночное время были особенно громкими. Думать о положительном хотелось, но оценивать ситуацию с реальных ракурсов – дело не из лёгких. И потому парень не стал долго убиваться на перепутье: тут же написал своему другу и попросил встретиться. Он знал, что в такое время он не спит – уж слишком хорошо они были знакомы. Потому парень надеялся получить быстрый ответ – что и случилось. Друг ответил хоть и не мгновенно, но вскоре. Возлюбленный брюнета был обеспокоен странной настойчивостью увидеться в такое время, а потому переспрашивал о состоянии товарища несколько раз. Это льстило собеседнику. Упорно парень отговаривался и уверял, что чувствует себя замечательно, хотя в душе смешались чувства.
Договорились встретиться спустя 15 минут у старой деревянной беседки. По пути к пункту назначения инициатор действа увлечённо смотрел в экран телефона на фотографию, где изображены два парня, нежно обнимающие друг друга в кровати под мягким одеялом. Хоть и переносить на свою жизнь такие сцены было решением смелым – парень это делал. Ему хотелось опробовать со своим другом похожее, и он буквально сгорал от нетерпения, хотя сам всё же чётко не представлял как оно должно быть. Однако он хитро доказывал, что это лишь временные сомнения, хотя за плечами были и остальные нюансы.
Наконец, он подошёл к назначенному месту – там уже стоял его лучший друг. Он светился счастьем, на лице была улыбка.
– Привет, Макс, – тут же заговорил приглашённый товарищ.
– И тебе хорошего времени суток, Ян.
Они подошли к друг другу, остановились, и спустя время пошли в неизвестном направлении по тропе.
– Тебе делать нечего, что написал мне в такой сумрак? – улыбнулся его друг.
– Было бы моё желание – не звал. Меня вынудило одно дело.
– Что же за дело?
– Честно, я без понятия, как расскажу об этом.
Максим притих, а друг его не стал волновать. Это был окончательный момент: задуматься ещё раз, признаться или скрыть. Возможно, свести всё это на шутку, но для этого нужно быть уверенным, чего не получалось. Максим всё сильнее сомневался, и потому друзья шли молча. Слова сестры начали принимать весомое значение. Может взаправду пересмотрел такого характера фильмов да перечитал книг?
«Всё-таки, это ошибкой быть не может! – парень истинно запаниковал. – Я ведь постоянно думаю о нём в интимном характере и даю внутри себя клятвы, что люблю его! Не может оно быть просто лживым отражением интересов!»
Парень напрягся, сложил руки в замок, чтоб чувствовать себя наверняка. Стало страшно, хотя сам он явно чувствовал эйфорию от всего события. Нравилось то, что ещё не произошло.
Максим остановился. Стал как никогда спокоен, хотя до сих пор ранил кожу ногтями, слегка почувствовал жар. Друг это заметил:
– Макс, ты в порядке? – спросил Ян.
У того появились бабочки в животе.
– Да, вот только решиться не могу сказать тебе кое-что…
Всё внутри Максима сжалось. Он уже не был уверен, что хочет любви Яна, но всё же ему хотелось сказать об этом. Это должно было стать конечной точкой.
– Не знаю уж в чём там дело, – усмехнулся Ян, – но если ты выгнал меня на улицу в ночь, то думаю, что эти твои слова стоят огласки.
– Я влюблён в тебя! – чуть громче, чем было положено, крикнул Максим.
Лицо его залилось краской, а руки сжались в кулаки. «Бред, и для чего я только это сказал?» – лихорадочно думалось ему.
– Это неожиданно, конечно.
«Не удивлюсь, если и он подумает, что всё это из-за сериалов. Я-то ведь ему часто делился моими увлечениями», – обнадёживал все свои шансы Максим. Признание, главное, было сделано и стоило бы волноваться меньше, если бы только ответ так не манил.
Резко Максим заметил тишину, которая всё это время присутствовала. Громкая она бывает однако.
– Круто, – улыбнулся Ян, поправив окрашенные серые волосы. – Ты тоже мне, как бы, нравишься.
Максим невольно засмеялся, и подавить смех не сразу получилось. Этот ответ очень радовал душу. Вскоре он вспомнил, что дышать тоже надо и позволил себе облегчённый вздох. Ян так же поступил. Оба глупо заулыбались.
– Ян, я…»
* * *
С того момента прошло три года. Максим и Ян давно пара. С недавнего времени они живут в одной квартире.
Сейчас ночь. Полнолуние отчаянно бьёт своим светом в окно в надежде пробиться. Стоит тишина. Максим обнимает своего парня и безутешно смотрит на огромный светлый шар на небе. В нём переливаются все оттенки качеств: бледный, загадочный, далёкий.
– Ляпнул вот, – сонно поглядывает Макс на Яна, вспоминая ссору за завтраком и многие моменты собственной жизни после признания, – надо мне научиться думать, а-то всегда дураком буду.
Ослепительный бледный свет луны действует на глаза. Они болели от такой картины. Максим последний раз вдумчиво глядит на неё, а после отворачивается. Не хочет он видеть спутник.
ГЛАВА 16. МИЛАЯ
Мне не повезло с самого рождения: отец бросил мою мать, когда я появилась на свет. Из-за этого маме стало грустно, и она забеременела двойняшками, которые умерли сразу, так и не появившись на свет. Мне вот ещё не повезло с организмом – с ним всегда брожу по больницам с подозрением на смертельную болезнь. И вот опять! Я забыла название этой болезни! Так-то оно мне и не нужно, но всегда хочется знать, что есть во мне плохое, мешающее жить. Наверное, именно из-за этого у меня порой бывают сильные боли в ногах и руках.
И хотя такое бывает – оно есть не всегда, потому мало волнует. Есть и постоянная проблема – мы живём на улице
