Впрочем, именно сейчас вспоминать это все не хотелось, на кону стояли другие, более важные вещи.
— И когда станет известно, беременна я или нет?
— На десятые сутки уже можно сдать кровь на ХГЧ. Я выпишу вам направление. А пока раздевайтесь, — просто бросил он, делая какие-то пометки в моей медицинской карте. — Вот там, пожалуйста, за ширмой.
— В каком-то это смысле — раздевайтесь? — я ощутила, как округлились мои глаза. — Я не буду перед вами раздеваться!
Доктор поднял на меня уставший взгляд.
— Это еще почему?
— Ну вы… Вы мужчина!
— В первую очередь я врач.
— Извините, но я пойду, — я вскочила и, схватив свою сумочку, побежала на выход.
— Постойте, Анна Ивановна. Я должен…
Но я даже не стала слушать — пулей вылетела из кабинета, едва не налетев на громилу-охранника, которого приставил ко мне Каримов. Как он сказал: "для моей же безопасности". Ну, якобы предотвратить нападки бывшего. Но я просто расценила его жест как "полностью прогнуть тебя под себя". Дома паучиха, здесь этот бугай с глупым выражением лица…
— Коля, мы уезжаем! — бросила я, устремляясь к лифтам.
Бугай послушно поднялся и пошел следом.
— Анна Ивановна! — раздалось возмущенное за спиной, но я только ускорила шаг.
Не хватало еще чтобы какой-то посторонний мужик… Ну уж нет. Ни за что! Ладно еще в прошлый раз была женщина, но сегодня… Мне плевать, сколько у него там практики, опыта и прочего. Осмотр — ни за что.
Я понимала, что Каримов будет в ярости, я сильно рискую, но переступить через стыд не смогла.
До дома мы добрались очень быстро и часть пути я дремала, а когда машина подъехала в монолитным воротам, увидела расположившуюся на сумках…
=34=
— Лизка! — я просто обалдела. Попросив остановить у забора, вышла из машины и, не обращая внимания на незримую тень за спиной, подошла к подруге. — Привет. Ты чего здесь делаешь?
— А ты еще спрашиваешь? Ты пропала неизвестно куда, ни слуху от тебя, ни духу. Может, тебя тут вообще убили и разделали на органы, — при этом она покосилась на Колю и понизила тон. — А это еще кто?
— Это Коля, мой… Он присматривает за мной.
— Охранник? Личный? — глаза Лизки заблестели. — Круто! Как в кино!
Я закатила глаза, а потом вернулась к главному вопросу.
— Раз волновалась, могла бы просто позвонить на номер дома Каримова. Нашла же как-то адрес, телефон бы точно разыскала.
— Ой, адрес найти тот еще был квест. Пришлось поковыряться в кабинете Изергиль. Я сильно волновалась, решила, что по телефону не то, хотела тебя увидеть и точно убедиться, что ты в полном порядке, — она отошла на шаг назад и осмотрела меня с головы до ног. — Тряпки новые, прическа. А ты уже изменилась.
— Спасибо, конечно, за заботу, но не стоило проделывать такой путь… у меня все нормально.
Про свои злоключения я решила умолчать. Коля стоял прямо за спиной, кто знает, может, он будет передавать Каримову каждое мое слово. Скорее всего.
— Да брось ты, мы же подруги! — деловито покивала Лизка. — Кто если не я. Час на электричке — это не так уж и много.
— А в сумках что? — я кивнула на два огромных клетчатых баула. — Надеюсь, не гостинцы?
— А, это… Да так, — вздохнула подруга. — Меня из квартиры выперли, представляешь?
— Да ладно! Почему?!
— Черт знает, хозяйка сказала, что сын ее с невестой из Мурманска вернулся и жить ему негде.
— Я даже не знала, что у Зои Палны есть сын…
— Да вот я тоже не знала, — Лизка снова вздохнула и опустила грустный взгляд на свои пожитки. — Теперь не знаю вот, куда податься. Я же деньги наперед за месяц ей отдала, остаток ей не вернула… На вокзал, может…
— На вокзал? Да ты что! Там же холодно, грязно. Небезопасно в конце концов! — ахнула я.
— А что еще делать? В столице у меня родственников нет. Друзей тоже. Только одна ты осталась, — и посмотрела на меня выжидающе.
Я сразу поняла, к чему она клонит.
Пригласить ее пожить сюда… Каримов придет в бешенство. Вряд ли он одобрит такое. Но оставить ее на улице я просто не могла! Это же не по-человечески! Она моя единственная подруга.
— Я всего на пару деньков, Ань, — прошептала Лизка, снова зыркнув на Колю. — Мешать не буду. Домище вон какой огромный, Каримов и не заметит меня. Может, ему вообще не говорить?
— Ну о чем ты, Лиз, как не говорить… — я стояла кусая губу, не зная, как быть.
Каримов точно меня убьет. Но дружба дороже. Вон, она приехала узнать как я, не бросила… И смотрит так жалобно, едва не плачет.
— Ладно, пошли! Я что-нибудь придумаю. Коля, возьми сумки, пожалуйста, — и предупреждая дальнейшие расспросы: — Это моя подруга.
— Анька, спасибище, ты самая настоящая подруга! — бросилась обниматься Лизка. — Я буду тихо себя вести, как мышка! Ни разу на глаза Рустаму Тиграновичу не попадусь, обещаю.
Слушая восхищенные возгласы Лизки я шла к дому, думая о том, как получше объяснить все Каримову. И о Лизке, и о своем побеге из больницы. Кажется, мне предстоит тяжелый разговор.
=35=
Не выношу, когда что-то выходит из-под моего контроля, а с появлением Лазаревой только это и происходит. Поразительно, как виртуозно у нее получается вносить в хаос в мою жизнь. И все это с таким лицом, словно я последний на земле урод и что-то ей должен.
Она на самом деле такая наивная или прикидывается?
Представить, что такая как она хладнокровно провернула подмену с ЭКО было чертовски сложно. Я уже давно не мальчик и научился разбираться в людях, не таких раскусывали, скручивали и скидывали в утиль. Но в ее случае зацепиться было банально не за что.
Или я просто
