— Я бы этими деньгами распорядился получше Васнецова, — одна из его фраз в последнее время.
Молодого правителя можно понять, в его возрасте, да под французским влиянием, хочется "версалей и торжеств". Чтобы парады регулярно под окнами дворца проходили, а они денег стоят. Народ-то вроде живёт и не особо бедствует на первый взгляд. Можно ещё искать окончательной независимости от османов, Всё-таки по новой конституции 1869 года княжество формально независимо. Султан пообещал подписать соответствующий фирман, как только убедится в том, что Сербия не угрожает Оттоманской империи.
Но зачем тратиться на науку, когда во Франции и Англии она уже развита? Проще продавать концессии другим, как это повсюду на Балканах принято. Плохо, что любые планы приходится согласовывать с Блазнавацом, который взял себе слишком много власти. Обидно, что гвардия слушается его, а не собственного князя. Иначе арестовал бы весь Регентский Совет и запретил бы Васнецову посещения, сделав его персоной нон грата.
— Ваше величество, позвольте мне стать королём Галиции и Лодомерии, — необычное начало ошеломило Алаксандра Второго.
— Владимир, а готов ли ты к такой ответственности? Может лучше ввести эти земли в состав Царства Польского?
— Тогда Берг будет ими управлять, а не член императорского семейства.
— Но тебе всего лишь двадцать три года, как ты собираешься править?
Царевич был готов ко всем этим вопросам, ибо тщательно обдумал группу доводов. Одно не учёл — на какие деньги создать и содержать армию.
— Вы оставите мне мой корпус, он и станет моим войском.
— А знаешь во сколько будет обходиться его содержание?
Пришлось потупиться, так как такими сведениями молодой человек не обладал. Но был уверен в своей правоте, опасаясь, что и эта территория уйдёт какому-нибудь "шеллеру". Такого царевич никогда не простит царю. Кстати, он совершенно был прав, считая, что передавать эти земли полякам неразумно. Иначе когда-нибудь Польша, став независимой, ни за что не вернёт их кому бы то ни было.
— Я тебя понял, Владимир. Я подумаю над тем, чтобы сделать тебя наместником со временем.
Неожиданный демарш второго сына озадачил императора. Ему даже в голову не приходило, что юнцы смеют думать не о том, как помогать отцу, а о чём-то собственном, выходящем за рамки положенного. С другой стороны, может действительно не вводить завоёванные земли в состав Польши? Эх, были бы старшие сыновья лет на десять повзрослее и можно сделать одного из них польским королём. Даже предоставить независимость. надеясь, что западный сосед всегда будет верным буферным государством.
Когда-то сам Александр Второй считал, что великие державы должны вернуть земли, которые разделили между собой, и даже мечтал возглавить такую страну. Чтобы править ей вместе с той, кого любил в молодости. И куда исчезли, как бывшая влюблённость, так и идеалы свободы?
Может переговорить со старшим сыном и отправить его в Варшаву на царствие? Пусть учится управлять самостоятельным государством, пока отец жив. А потом, вернувшись в Россию, Александр передаст трон Владимиру. Тогда и овцы будут целы, и волки сыты.
О том, чтобы отпустить Полонию на волю саму по себе, государь даже не задумывался. Тем более, что провис вопрос с Буковиной…
Глава 18
Глава восемнадцатая
Наполеон Третий, как и в реальной Истории, окончательно растерял остатки авторитета, плюнул на управление государством и выехал к войскам. Не знаю на каких резинках История держится, но он снова умудрился вляпаться в генеральное сражение. А может и сам захотел поучаствовать там, где поставлен выбор: или грудь в крестах, или голова в кустах?
На этот раз сверхмощная разборка произошла к юго-востоку от Люксембурга, но в той же зоне Франции поблизости от границы с Бельгией. Итог оказался покруче, чем реале — больше убитых и раненых, меньше сдавшихся в плен. Среди французов с поднятыми руками оказался и император Франции, ясно что фактически бывший.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тем не менее война продолжилась, пусть и с перевесом пруссаков.
— Надеюсь, что всё это закончится к концу года, — выказал надежду Блазнавац, — хочется мирных отношений в Европе.
— Согласен. А также устойчивых, чтобы развитие можно было планировать без оглядки на угрозы.
Посещение Сербии удачно совпало с прибытием фирмана султана, окончательно подтвердившего независимость княжества в имеющихся границах.
— Ваше высочество, предоставленный вами план усовершенствования сельского хозяйства поможет нам.
— Надеюсь на поддержку и плана по созданию дополнительных промышленных предприятий металлургического характера.
Зачем закупать металлические изделия для крестьянских хозяйств в Европе или производить их кустарным способом на месте, когда можно построить солидные заводы? Тем более, что часть продукции может идти на экспорт. Жаль, что местный князь противится отдельным частям моих предложений, проявляя юношеский максимализм.
— Ваше высочество, мы всё согласуем в ближайшее время, не переживайте. Даже то, что иностранные инвесторы будут владеть железными дорогами.
— Это естественно, господин премьер-министр, они же будут строить их за свой счёт, а пока это очень дорого.
Княжёныш в первую очередь упирался именно по этой позиции, чтобы явить свою самостоятельность. Он рассчитывал, что сделает тоже самое, но со столь дорогими его сердцу французами, не зная насколько тем будет не до инвестиций. Громадная контрибуция в 5 миллиардов франков ещё только грядёт, а об этом знаю лишь я. Лягушатникам на годы не будет дела до вливаний в балканские страны.
— Господин Блазнавац, не стоит в ближайшие годы касаться вопросов спорных территорий с соседними странами, если можно.
— Вы что-то знаете об этом, ваше высочество?
— Скорее, я кое-что предполагаю, — ох и трудно эзоповым языком пользоваться, по крайней мере мне.
Недоговаривание — сложное искусство, особенно когда нужно вовремя остановиться. В то же время, я пальцем о палец не ударю, да и вообще всю гуманитарную программу сверну, если всякие "обреновичи" и их единомышленники начнут ставить палки в колёса и заниматься дурацкой самодеятельностью. Блазнавацу я это условие втемяшил в голову, чтобы он другим передал.
— Сами понимаете, что прибылей от гуманитарной акции не жду. Она была условием держав, когда я выкупал земли Баната и Трансильвании.
— Помню, ваше высочество, помню. Хотя многие другие или уже забыли об этом, или не знали. К тому же и самим "державам" стало за последние годы не до этого.
Ещё бы, если одна из них, Австро-Венгрия, вообще распалась на кусочки.
Наконец-то я смог вернуться к своим, в Бухарест. Детишки рады, я рады, Аня рады, даже предстоящий малыш или малышка тоже рады. По крайней мере, внутри жены кто-то брыкается и просится наружу. А уж, как рады и другие члены окружающей среды, даже Шеллер собирается навестить, чтобы лично согласовать планы на ближайшее будущее. Он уже нацеливается на третий дополнительный миллион пудов, начав полноприводную разработку криворожских руд и строительство железной дороги от Днепра к ценному месторождению.
В России тоже довольны, но не мной, а развитием железнодорожизации к востоку от Волги. Частники настолько озверели, что хотят укладывать пути в тех краях чуть ли не к каждому объекту в сфере металлургии. На них приходится три четверти прокладываемых дорог, а это немалые деньги. Урал и приуральскую местность явно ожидает светлое будущее.
Между делом и русская военка развивается на благо армии, как и сама армия. С учётом вернувшихся с фронта, к концу года новая русская будет насчитывать 200 тысяч, полностью упакованных передовым оружием солдат. Выпуск офицеров с современным мышлением пока отстаёт от размера потребностей, что наводит на грустные размышления.
