и даже с успехом, надо сказать.
Она пару раз что-то спрашивала, но я не хотел вникать, потому что обязательно вышел бы все проконтролировать. А на ней я сразу заметил чересчур облегающие леггинсы. И это совсем ни в какие ворота не лезет. Только поймал себя на залипании на ее шкодливой заднице, как тут же мысленно отвесил себе пару оплеух. Нельзя, Паша, ой, как нельзя смотреть на эту девочку, как на… как баран на новые ворота. Это все результат воздержания, причем не по моей вине, а той самой шкодливой симпатичной попки. Тьфу ты!
Поэтому даже не стал дергаться, когда по квартире понеслись ароматы такие, что мой желудок жалобно подал голос. А я что? Я сижу, тихо-смирно. Готовит? Надеюсь, все пройдет без происшествий в виде полыхающей кухни или чего-нибудь подобного.
Вскоре совсем все затихло, и я решил выбираться из своего убежища.
Прохожу по квартире, заглянув сначала в ванную. Чисто. И зеркало вымыто и даже машинка стирает все еще. Это что, она мое белье трогала? Не побрезговала? Удивлен! Далее заглядываю на кухню. Там на столе стоит блюдо с жареной красной рыбой и салат. Не сдержался и склонился над рыбой, вдыхая чудесный запах. И здесь прибралась. А где же сама девица?
Ее нахожу в гостиной. Пылесос стоит в ногах, а сама на диване сидит, откинув голову на спинку.
Спит, что ли?
Подхожу ближе и понимаю, что она действительно спит сладким сном. Умаялась, значит. Загрузил я ее что надо. Только собираюсь крикнуть что-нибудь забористое погромче, как она поворачивает голову и говорит четко и ясно мое имя.
Я оторопел. Это что же? Я ей во сне покоя не даю? Усмехаюсь. Ладно, так и быть, Рыбкина, спи.
Укладываю ее на диван, стараясь не разбудить и, взяв покрывало из шкафа, укрываю ее.
Девушка поворачивается, и я застываю в ожидании, проснется или нет.
Прядь рыжих волос падает на лицо, и я присаживаюсь рядом, склоняясь над ней, чтобы подцепив ее пальцем, убрать с лица.
Волосы такие мягкие, что даже не верится. Отвожу прядь в сторону и застываю глазами на светлой коже лица с россыпью веснушек. Симпатичная же девка. Но проблем может организовать бесплатно с особым изыском.
О чем я сейчас думаю? Не, ну, не идиот ли?
Вскакиваю с дивана и чуть ли не бегом из гостиной, мысленно отвешивая себе не только оплеухи, но и пинки под зад. Нет, так дело не пойдет. Слишком много у меня в голове этой Рыбкиной. Пойду-ка я поем лучше. А то от голода бредовые мысли начали посещать мою голову.
Пусть спит, но утром чтобы ее ноги в моем доме больше не было!
Глава 9. Доброе (а может не очень) утро!
Влада
Утро наступило неожиданно. Прямо с ударившим мне по глазам ярким солнцем, заглядывающим в окна, и пониманием, что я прекрасно выспалась. Правда, картину портило ощущение, что все тело ноет. Мышцы в офиге от вчерашних “трудовых” подвигов. Спину ломит, и руку уже не чувствую, ее я, похоже, отлежала.
– У-у-уй, – простонала шепотом.
Как это я так, интересно? Моя кровать с ортопедическим матрасом, на которой сплю последнюю неделю, была верхом мечты. И что началось-то?
Это все Жаров виноват, со своей генеральной уборкой. Драконище!
Выплывать из сна катастрофически не хотелось. Я, не открывая глаз, поворачиваюсь на спину и потягиваюсь. Сладко-сладко. С удивлением думаю, почему это я не слышала утром звонка будильника, который никогда не отключаю…
И тут меня осеняет. Я ведь вчера так и не вернулась в свою-не-свою квартиру!
Я испуганно подскакиваю, усаживаясь и натягивая покрывало до самого подбородка.
Подождите! Покрывало?
Оглядываюсь. Точно, я в квартире Паши. За окном раннее утро, а вокруг тишина. Еще раз в удивлении рассматриваю диван и плед, мягкий, махровый, темного кофейного цвета, который заботливо меня укрывал, и вспоминаю, что кажется, я вчера присела отдохнуть на пять жалких минуточек и… уснула? Точно. Уснула. Провалилась в сладкий сон, и даже не помню, как умудрилась доползти до подушки.
Удивительно, что Жаров меня не разбудил и не выставил за дверь. Помнится, когда я задремала у него как-то днем, в гостиной на диване, на меня гаркнули так, будто я на его драконовы сокровища покусилась. А потом дверь перед носом захлопнули. Ну ладно, дверь захлопнула я. Но давайте откровенно, хорошо, он тогда пинка не дал для ускорения! Настолько был зол.
А вчера тогда что на него нашло? Еще и пледом укрыл. Пожалел? Или понял, что бедная Рыбкина не виновата во всех его проблемах?
От такой мысли на губы наползла улыбка.
Но потом я вспомнила, что перед тем, как бессовестно атаковать своим телом диван Паши, приготовила ужин и накрыла на стол, и...
– Ох, черт!
Вскакиваю на ноги и на цыпочках, стараясь сильно не шуметь, несусь в сторону кухни. Наверняка мой кулинарный шедевр протух уже за ночь на столе. Блин! Обидно-то как будет.
Но, влетая на кухню, я понимаю, что еда убрана. Посуда помыта, и вообще вокруг все стоит аккуратно, буквально по линейке, и все баночки на своих законных местах в шкафчиках и ящиках.
От сердца отлегло. Значит, Паша все прибрал.
Засунула свой нос в холодильник. Моя красная рыбка аппетитно стоит в стеклянном контейнере на верхней полке. Желудок урчит, нетонко намекая на то, что он голодный и ел последний раз вчера днем. И я уже даже сую руки, чтобы достать и разогреть для себя завтрак, но тут меня посещает одна любопытная мыслишка.
Я даже холодильником хлопнула от неожиданности.
Правда, потом притихла и прислушалась, не разбудила ли хозяина квартиры. Судя по всему, нет. И не надо бы, ведь это прекрасный момент, чтобы взять у него ключи и сгонять в соседнее здание, сделать дубликат от смежной двери! Естественно, исключительно в благих целях, по принципу мало ли что.
Оглядела себя с ног до головы: леггинсы и помятая футболка. Н-да, видок не для прогулок. Подумает еще мастер, что я этот ключ у кого-то стащила. Хотя-я-я, чисто формально, так оно и есть, но я ведь о Паше беспокоюсь! Он мужчина немолодой, мало ли что? Инфаркт, инсульт (с его-то двумя бабами сил ого-го сколько надо), и что там еще бывает?
Нет, рассудив, понимаю: все равно придется забежать домой и накинуть куртку да взять телефон. Где-то там он должен был валяться. На все про все, думаю, у меня уйдет минут
