— С чего вдруг такие выводы? — я тут же пошёл в отказ.
— Ой, да садитесь уже, — отмахнулась она и вернулась в карету. — Не стоит отмазываться, я знаю, как пахнет секс.
— Я не я, корова не моя, — вырвалось у меня.
Мы залезли в повозку, и у меня встал выбор, куда же сесть. Но это был выбор без выбора, ведь если бы я упал рядом с Рафталией, которой ещё и помог забраться внутрь, то вызвал бы гнев Изабеллы. Я сел с ней и периодически поглядывал, стараясь понять, почему же она так спокойно отреагировала.
В голове крутилось только одна мысль: она смирилась со всем во время поездки. Возможно, Изабелла поняла, как по мне скучает, и поэтому была готова простить потрахушки с «блохастой шкурой». Всё-таки у неё было много времени подумать и накрутить себя.
— И как вас только угораздило попасть в грозу? — недоумевала Изабелла.
— Была сильная облачность. Мы поднялись выше и угодили прямиком в восходящие потоки. Как пылесосом начало засасывать!
— Кирилл! Опять ты за своё?
— Ах да, ты же не знаешь… Рафталия догадалась сама, что мы с тобой другие. Твой кореш сам спалился.
— Чего⁈ — воскликнула Изабелла.
— Ты пришелец, а ты Наблюдатель, — Рафталия по очереди указала на нас хвостом.
— Но я не понимаю…
— Да, да, ты мне соврала. Жив, здоров, как видишь. Похоже, ваш запрет фуфло.
— Быть такого не может! — Изабелла мотала головой. — Я чётко помню, что нельзя разглашать информацию. Это правило!
— Либо у тебя воспоминания фальшивые, либо тебя тоже наебунькали.
— Даже если так, не стоит рассказывать о нас местным, — она скрестила руки. — Рафталия, надеюсь, ты будешь держать язык за зубами.
— Буду, — та кивнула и улыбнулась. — Кстати, Кирилл вряд ли расскажет, но, как по мне, скрывать смысла нет. Я согласилась стать его второй женой.
— Ох… — Изабелла устало вздохнула и закатила глаза. — Я знала, что этот день настанет. Но чтобы так рано… И как мы теперь будем жить?
— Вместе, — я заулыбался, дабы дать понять, что пошутил.
— Ну-у-у-у, я не против, — тут же выдала Рафталия.
— То есть вы меня крайней решили оставить? Мол ревнивая сука не позволила создать шведскую семью? Не дождётесь! — выкрикнула на эмоциях Изабелла.
— В каком смысле?.. — переспросил я.
— Вместе так вместе. Уж не знаю, что из этого получится… Но зато я прекрасно знаю тебя, зоофил недоделанный, — поворчала Изабелла.
— Ущипните меня кто-нибудь! Я точно сплю! — я вскинул руки к небесам и получил локтем в ребро. — Ау! Я же просил ущипнуть…
— Скажи спасибо, что так мало. Отвесить бы тебе смачных люлей за то, что себя не бережёшь, — бухтела Изабелла. — Ты ведь мог погибнуть.
— У меня был парашют. Был и запасной. Сама сказала, что хорошо меня знаешь, и разве я бы пошёл на такой риск?
— Это хороший вопрос. На что ты готов ради всего этого? — Изабелла пощупала свои несуществующие кошачьи ушки. — Не возьмусь предположить.
— Меня здесь нет, — прошептала Рафталия и закрыла свои глаза хвостом.
Так мы ехали всю дорогу до Хайрока, обсуждая моё безрассудство и устанавливая правила. Спать, причём именно спать, договорились вместе. А вот с кексом получилось интересно. Они обе настаивали, что в определённые дни я должен был уделять время только одной, но при этом в другие дни были не против попробовать втроём. Главное, чтобы они там без меня баловаться не начали, а то будет обидно.
Сказать, что был счастлив — ничего не сказать. Такой реакции от Изабеллы я ну никак не ожидал. Шанс подобного исхода, по моему мнению, был даже ниже принудительной кастрации. Но нет, она согласилась. И что-то мне подсказывало, что дело было не только в моих желаниях… Я подозревал, Изабелле и самой было интересно попробовать разное, ведь в моих воспоминаниях она видела много такого…
Ох, чего так только не было. И близняшки, и межрасовые игрища, и всякое, о чём не принято говорить вслух. Всё-таки я жил на полную катушку, но сегодняшнее происшествие меня удивило. Сразу две девушки, к которым у меня были чувства, пусть разные, но всё-таки чувства, согласились исполнить мечту едва ли не каждого мужика. Это было что-то невероятное!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Добрались до деревни мы уже на рассвете, и прежде чем отправиться спать, мне предстояло много чего сделать, ибо сезон ливней уже начался, и буря могла прийти в любой момент. А вот две мои жёнушки начали сопеть почти сразу, как легли в кровать.
Я, значит, работал, отдавая приказы куклам, а они постоянно то ногу на меня закинут, то руку попытаются забрать. Работать в таких условиях было просто невозможно! Пришлось сесть на кресло. Но зато оттуда открывался замечательный вид на обнажённых красавиц, которые были только моими… Отныне и навсегда!
Мне безумно хотелось к ним присоединиться, и не столько из похотливых побуждений, сколько из-за желания лечь на этот мягкий матрас, купленный совсем недавно, и наконец-то заснуть. Но сперва нужно было уладить текущие дела. Хоть я ещё и во время возвращения начал этим заниматься, хлопот накопилось куча! Это называется «взял отгул»…
В первую очередь нужно было расширить основное русло реки, чтобы вся текущая на огромной скорости вода обходила нашу деревню, ров нам пока что был не нужен, да и подъёмник тоже. Почти все куклы, задействованные в строительстве железной дороги, вернулись по тревоге и начали наводить порядок в деревне.
Жители тоже не спали и активно чинили свои дома, ибо буря могла вернуться уже утром. И длиться она будет не меньше пяти дней, скорее всего, от семи до десяти. Это станет суровым испытанием для нашей скромной деревушки. А дабы Хайрок не снесло оползнем, предстояло устроить контролируемый подрыв склона.
А ведь это всё касалось только деревни, а был ещё и Ривендейл, и патриарх, и множество шпионов, которым тоже необходимо было уделять внимание. Планшет буквально разрывался от важных, но некритических оповещений. Как говорится, покой нам только снится.
Я настолько засиделся, что пришлось попросить служанку, чтобы та принесла чай и сладости. Во время этого недолгого перерыва я читал отчёт Оливии, которая потихоньку наводила свои порядки в Ривендейле. Не сказать, что всё шло гладко, но она всего за три дня успела достичь ощутимых результатов.
Перво-наперво она привлекла множество рабочих, которые уже начали закладывать основу для первого из пяти фортов. Как оказалось, в этом мире нашлось много крепких людей, готовых работать практически за еду и кров. С последним проблем не было, ибо значительная часть состоятельных граждан покинула город.
В основном это касалась сферы услуг, ведь владельцы этих бизнесов поняли, что станут первыми жертвами педантичной Оливии. Но она это предвидела и позаботилась о том, чтобы они не смогли оставить нам руины. Многие похватали свои ценности и сбежали. Хоть я и обещал им компенсацию, но она должна была выплачиваться частями в течение года. А условия было достаточно жёсткими.
Если в двух словах, то сестрёнка ставила владельцам таких заведений ультиматум: работайте на меня или валите из города. Дабы не тратить казённые монеты, она, будучи бюрократкой до мозга костей, выпустила целый свод правил, по которым люди могли получить компенсацию. И даже при беглом осмотре становилось понятно, что зарегистрироваться на «Госуслугах» раз эдак в двадцать проще, чем получить деньги от Империи Абсолют. Они как бы есть, но их как бы нет, однако вы всё равно держитесь, как говорится.
Также город покидали многие невостребованные на мой взгляд производственники. Большой выбор товаров — это отлично, но наш город был про другое. Я планировал сделать из Ривендейла второй Тайвань с его технологическими производствами, от которых бы потом зависел весь мир. Правда, нужен будет строгий надзор за тем, чтобы секреты не покинули город.
Оливия предложила перенести все стратегически важные производства за внутреннюю стену. А раз я всё равно не собирался греть жопу на троне Ривендейла, то дал добро. Такое решение позволяло создать город внутри города и посадить производственников под замок. Понятное дело, мы займёмся их досугом, позволим совершать подконтрольные вылазки в основной город и на природу, чтобы они не чувствовали себя пленниками.
