Кодекс. Ну, я не причинил ей вреда, она провела спокойный день и вернется к тебе целой и невредимой". Филипп улыбнулся Коре, как будто она сидела за обедом, а не на напряженных деловых переговорах с пистолетом у головы. "Как и ты, я просто хочу получить то, что мне принадлежит".
"Синяки на ее шее говорят об обратном," Маркус не мог не рычать.
Уотерс нахмурился. "Досадное недопонимание с моими людьми. В мои намерения не входило причинение ей какого-либо вреда, если только наш бизнес завершится на хороших условиях".
Каждое слово, исходившее из уст Уотерса, только заставляло Маркуса чувствовать себя еще более кровожадным. Он толкнул портфель, и он скользнул по длинному блестящему столу. Он остановился всего в нескольких дюймах от руки Уотерса. Маркус смотрел, как Кора смотрит, как мужчина открывает его и проверяет несколько стопок крупных купюр. Напряжение в комнате усилилось, когда Уотерс закрыл портфель, запер его и передал одному из своих людей.
"Ты доставил, я доставил," Филип махнул рукой Коре. "Теперь мы поговорим. Мы будем не менее вежливы, даю слово".
Маркус едва удержался от того, чтобы не рассмеяться вслух. "Это имело вес до того момента, когда ты забрал мою жену. Теперь твое слово для меня ничего не значит".
"Оно что-то значило для твоего отца". Уотерс сложил руки перед собой, выражение его лица было почтительным.
"Эти деньги предназначены для безопасного возвращения Коры. Это не имеет никакого отношения к нашему деловому соглашению".
"И все же я думаю об этом не как о выкупе, а как о погашении твоего долга передо мной". Пока Уотерс продолжал, температура в комнате упала до нуля. "Первоначальные условия нашего соглашения заключались в том, что мы доставим первую партию и получим оплату. Вместо этого в обмен на нашу доставку мы не получили ничего, кроме официального правительственного расследования нашего поведения в международных водах".
"Условия изменились, когда полиция конфисковала груз. Ты согласился на изменения".
Кора села прямо, очевидно понимая, что Уотерс имел в виду ночь с Эй Джеем в доках. В прошлый раз Маркус подвел ее и подверг ее жизнь опасности.
"Да, а потом мы рассмотрели вещи более тщательно. Мы планировали эту встречу несколько месяцев. Ты уверял меня, что проблем не будет. Я могу только предположить, что ты или твой молчаливый напарник не выполнили свою работу." Филип Уотерс сделал паузу и глубоко вздохнул. Голова Коры склонилась, и ее плечи сгорбились, когда Уотерс разозлился рядом с ней. Маркусу нужно было смягчить ситуацию и быстро. Он не хотел, чтобы Кора была еще более травмирована, чем она уже была.
"События той ночи были… достойны сожаления", сказал Маркус, сохраняя спокойный голос и возвращая себе контроль над разговором.
"И твоя ответственность", настаивал Уотерс.
"Я готов взять на себя вину". Маркус наклонил голову, позволяя Уотерсу высказаться, хотя бы для того, чтобы снять напряжение в комнате. Тем не менее, он не мог удержаться от оговорки. "По крайней мере, пока я не узнаю больше о том, что на самом деле произошло той ночью".
"Все это хорошо," сказал Уотерс, и его нетерпение снова стало проявляться, "но мы получаем новые сообщения, которые нас беспокоят. Есть доказательства того, что рассматриваемая партия уже была распределена, и мы не получили свою долю".
Что? О чем он говорит?
"Распределения не было — не моими людьми."
"Кто-то продает его, потому что люди покупают наркотик, который очень похож на наш. Во всяком случае, этот предварительный выпуск доказывает, насколько популярным будет препарат".
Маркус сузил глаза. "Что тебе нужно, Уотерс?"
"У тебя есть неделя, чтобы доказать, что наркотики находятся у вас на хранении, и вы возвращаете себе контроль над дистрибуцией. Если нет, я буду вынужден искать других инвесторов и каналы сбыта. Я уверен, что ты согласен с тем, что в наших интересах найти лучшего партнера, который сможет выполнить поставленные задачи".
"На рынке Нового Олимпа есть только один игрок, который может добиться успеха. Ты смотришь на него." Маркус уставился на Уотерса, но тот пожал плечами. Его большие пальцы, голые, если не считать перстня из оникса, барабанили по столу.
"За мной ухаживают несколько других, и одна группа особенно нетерпелива. Я уведомляю тебя из вежливости, потому что, если мы решим использовать их, деньги, которые они заработают на этой сделке, могут финансировать вторжение на вашу территорию".
Шаро впервые заговорил, но не с Уотерсом. "Он говорит о том, о ком, я думаю?" спросил он у комнаты в целом, его низкий голос эхом отозвался.
"На самом деле это так", сказал Уотерс. "Если вы не можете предоставить мне то, что я хочу, я должен искать других партнеров. И они вполне могут быть вашими заклятыми врагами, Титанами".
Глаза Коры чуть расширились, но в остальном она оставалась неподвижной.
Маркус сохранял скучающее выражение лица. Мало кто знал о связи его жены с Титанами — что она была дочерью Деми Титан — и он предпочитал, чтобы так и оставалось. "Титаны не были на этом рынке более десяти лет. Я должен знать. Я их выгнал".
"И они стремятся использовать свои предыдущие знания для восстановления". Филип развел большие руки, как бы говоря: Что я могу сделать?
"Вы хотите иметь с ними дело не больше, чем мы" сказал Шаро.
"Наоборот, они не держат на меня зла." Уотерс снова играл со своим ониксовым кольцом, крутил его.
"Дайте им время", сказал Шаро горячечным голосом.
Маркус возглавил. "Они не удовлетворятся тем, что позволят тебе править водой. Они хотят все". Когда-то Титаны (тайно возглавляемые Деми) жаждали власти и территории любой ценой. Теперь, когда она снова стала главной, она не потерпит никаких соперников, если добьется своего. "И они не действуют по кодексу. Однажды ты захочешь уйти и пожалеешь, что вообще имел с ними дело".
"Учитывая, что ты вел недобросовестные переговоры, я не уверен, что могу доверять
