выставить палец, перед тем как он добавил «конечно».
Через три, очень-очень долгие секунды, за моей спиной практические одновременно раздались два громких вздоха — Павел Михайлович врал.
От автора: Пишу и редачу все свободное от основной работы время, надеюсь, что когда-нибудь смогу полностью сосредоточиться только на творчестве. Вы можете поддержать меня лайками (под всеми тремя книгами), комментарии тоже приветствуются.
Приятного чтения!
Глава 8
Ну что ж. Само по себе это еще не значило, что он сговорился с ними с целью уничтожить нас, но ложь главы «Луховицких» развязывала мне руки и позволяла перевести коммуникацию в другую плоскость.
Сейчас сидящий сзади Андрей подает нужные знаки, и через десять секунд все в лагере будут готовы.
— Что происходит? — заметив возросшую активность вокруг, Павел Михайлович резко встал и закрутил головой. Трое его бойцов тоже вскочили, но додумались не доставать оружие.
— Пока ничего, сядь.
Услышав изменения в тоне моего голоса, он остановил на мне взгляд и прошипел.
— Опять твои шуточки?
— Твои люди окружены и под прицелом, но если они не будут дергаться, им ничего не угрожает, — я даже не пошевелился, продолжая сидеть «по-турецки». — Сядь, мы не закончили.
— Тебе придется объясниться, Александр! — Павел Михайлович медленно сел на корточки.
— Сначала объясниться придется тебе, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Зачем ты мне врешь?
— Что ты име…
— Паша, блядь! — я подался вперед и уперся ладонью в землю, от злости меня трясло. — Мы не в бирюльки тут играем. Если я посчитаю, что ты такой мудак, каким кажешься, ты тут же умрешь, и да, проход к пику закрыт троллями, пробежать туда ни один из твоих голодранцев не сможет. Тебе ясно?
Он не ответил, но по лицу было видно, представься ему возможность, он разорвал бы меня голыми руками.
— Итак, — я едва сдерживал ярость. — Ты знаешь про союз гномов с озерскими. Зачем ты мне врешь?
Молчание затянулось, на его скулах играли желваки. Павел Михайлович перебирал варианты возможного развития событий.
— Мы можем поговорить наедине? — наконец, спросил он.
Да вот хрен знает, что лучше. Без телепатов я не смогу понять правду ли он говорит, да и нельзя все-таки исключать наличие у него какой-то психо-манипулятивной особенности. Зато, однозначно, скажет он больше.
— Мне нужен свидетель с моей стороны, — пришел я к компромиссному решению. — Ты думай сам.
— Я буду один.
Хм, это интересно. С начала беседы на мне был комплект на правильномыслие, и сейчас я активировал «озарение». Варианты очевидны: вряд ли он без помощников мутит что-то глобальное, значит просто боится при них показать слабость или… не хочет при них светить необычные способности. Надо быть настороже.
— Миша, останься, — обернувшись сказал я.
По лицу Васи проскользнуло непонимание, но сомнительно, что мне удастся вечно задавать правильные вопросы и движением пальца останавливать оппонента. Гораздо важнее понять его основную эмоцию.
Когда остальные ушли, Миша пересел, и теперь краем глаза я мог его видеть. Молодец! Чем дальше, тем больше он мне нравился, ему не придется громко палевно вздыхать, и в случае лжи он сможет использовать запасной знак — сцеплять перед собой ладони, пока спокойно лежащие на коленях.
Павел Михайлович что-то шепнул на ухо ближайшему спутнику, и вся троица, всячески демонстрируя непокорность, удалилась.
Начнем ментальный поединок?
Основное правило торговли гласит: кто первый назвал цену, тот лох. Сейчас сразу куча факторов заставляла меня молчать: преимущество в силе, уже озвученный вопрос, психология оправдывающегося и тому подобное. Переводя взгляд с тлеющих углей на медленно текущие черные воды Оки и обратно, я ждал.
— Я полагаю, бессмысленно спрашивать, откуда и что именно ты узнал? — начал, наконец, Павел Михайлович и, видя, что ответа не будет, тщательно подбирая слова продолжил: — Тогда сразу главное: у меня просто пакт о ненападении с гномами и озерскими орками, совместную атаку на вас мы не планируем.
Привлекло внимание то, что он употребил слово «совместную» и будущее время. Это могло означать и то, что он имел в виду, и то, что он, подозревая в Мише или во мне какую-нибудь ментальную способность, заранее скрыл правду и высказался неоднозначно. А не совместную? А атаку при их поддержке? А раньше планировали?
Руки моего помощника неподвижно лежали на коленях, значит, по крайней мере в этой формулировке оппонент не соврал.
— Дальше.
Моя реакция однозначно нервировала Павла Михайловича, он явно не привык быть в положении оправдывающегося, но, стиснув зубы, он продолжил:
— Теперь подробности и экскурс в недавнюю историю… Еще до нашего первого контакта у нас было несколько заруб с гномами, озерскими и теми орками, чью крепость мы сегодня захватили. Мы их не избегали, народ приходил быстро, и потери были не критичны, а держать людей, убегающих при виде зеленой или бородатой рожи невыгодно… но все равно в основной массе гномы воспринимаются как хорошие. Да и ненормальным надо быть, чтобы со всеми воевать. Провели переговоры с бородачами и заключили пакт о ненападении…
Насколько я знаю принцип работы детектора лжи, его сначала настраивают, задавая вопросы, на которые допрашиваемый ответит очевидную правду вроде «как тебя зовут?» и подобные, а потом уже на отклонениях ловят. То, что сейчас говорил оппонент, мне сообщил еще убитый моей рукой его соратник Саша, и это могло помочь Мише поймать волну.
— Потом пришли вы и помогли нам отбить одновременную атаку двух поселений орков. Я думал на следующий день добазариться с гномами и добить озерских, но… снова пришли вы и забрали кучу народа… Пришлось довольствоваться несколькими совместными набегами, — Павел Михайлович паузами выделил момент, что мы помешали его планам. Меня это никак не тронуло, если бы не мы, их бы всех перебили предыдущим вечером, я молча продолжал смотреть на красные угли и струящийся над ними дымок. — Потом часть людей вернулась от вас, и гномы-таки согласились помочь нам захватить пик, но…
В руке Павла Михайловича появилась трубка, и, раскурив ее, он с несколько раз глубоко затянулся.
— Когда мы уже почти вышли, от них прибежал запыхавшийся бородач с длиннющим письмом на корявом русском и приложенной картой. Оказалось, что под боком у гномов все это время была большая крепость зеленомордых с пиком. Подробностей их отношений не знаю, но уже на третий день после прихода системы они заключили мир, — то ли от качества табака, то ли от воспоминаний Павла Михайловича скривило, и он сплюнул в костер. — А прям перед планируемой операцией эти ближайшие орки пришли к гномам и сказали, что если они не прекратят атаки на озерских, им устроят резню. В общем,
