— Развяжите меня.
— Я не могу. Похоже, я использовал путы времени. Они спадут через… ох, не знаю даже, на сколько я их наложил. Леди, поверьте, если бы это могло что-то исправить, я бы прыгнул с Погодной башни на брусчатку вниз головой!
— Под заклятьем вы сказали, что приехали получить меня.
— Я?! Демоны. Нет! Я приехал раньше, чем должен был, чтобы ухаживать за вами, и может быть, у нас сложилось бы что-то большее, чем дружба, — Корделия презрительно скривилась. Он признается, что собирался ее соблазнить? Будто прочитав ее мысли, Ариус горячо возразил, — Нет! Леди Корделия, поверьте, я мечтал бы видеть вас своей женой!
— Это уже не имеет значения. Не стоит беспокоиться, ваше сиятельство. Утром я покину дворец. Надеюсь, королевский сезон не пострадает из-за моего отсутствия. Странно, что меня сюда пригласили.
Айлендер глухо застонал:
— Это все моя вина. Я мечтал увидеться с вами и воспользовался знакомствами во дворце, чтобы ваше имя внесли в списки. — И помолчав, добавил, — Я не знаю, кто и зачем сотворил это с нами, но прошу вас принять перстень Айлендеров, чтобы я мог защитить вас своими именем.
— Благодарю вас, ваше сиятельство, но вынуждена отказаться.
— Леди, — на Ариуса было страшно смотреть, и при виде его искреннего горя Корделия начала колебаться, — прошу вас, давайте выясним, что произошло, и если вы решите избавиться от меня, когда минует опасность, то перстень вас ни к чему не принуждает.
Корделия задумалась. Похоже, что граф Айлендер ни в чем не виноват, он такая же жертва, как и она. Вот только она потеряла больше. Что будет, если о его визите узнают? Ее репутации конец. Она может уехать из дворца, она почти не появляется в свете, но если дойдут слухи, кто из респектабельных леди и лордов останется жить в домах, которыми управляет падшая женщина? Кто возьмет замуж ее кузину, если опекунша так замаралась? Да, ей нужна защита, пока она не убедится, что ее репутации ничто не угрожает. Корделия кивнула. Ариус снял с руки массивное кольцо с синим камнем, где был вырезан герб Айлендеров, и надел ей палец. Кольцо оказалось магическим, уменьшившись в размере.
— Вы что-нибудь помните до того, как оказались здесь?
— Да, я был на вечере у графа Мельзера, меня отозвали поговорить…
— Кто?
Ариус нервно потер лицо:
— Все расплывалось, я еще удивился, неужели я столько выпил. Но мне наверняка налили еще какой-то дряни… Хорькус! Точно. Лорд Хорькус отозвал меня поговорить и подал бокал. Дальше ничего не помню.
— Кажется, я свободна, — Корделия опустила руки. Благодаря целительской магии она вернула себе самообладание. — Я вернусь в спальню. Увидимся утром.
— Нет, — покачал головой Ариус, — я не оставлю вас здесь одну. Нет-нет, я не это имел в виду! — поспешил объясниться граф, увидев возмущение на ее лице. — Я останусь здесь, в гостинной. Мы не знаем, кто задумал навредить нам, и что они сделают дальше. Я останусь. Позвольте проводить вас.
— Благодарю, не стоит, — Корделия встала на ноги, но поморщилась от саднящей боли, а сделав шаг, запуталась в скатерти и покачнулась, скатерть угрожающе поехала вниз, Ариус попытался подхватить обеих, и в этот момент дверь распахнулась. Повернув девушку так, чтоб оказаться между ней и дверью, Ариус оглянулся.
В проеме двери стоял разъяренный пастырь Бендис:
— Как посмели вы, вы, достопочтенный граф, могущественный владетель, благородный лорд погубить невинную деву! Я надеюсь, вы понимаете, что вы должны сделать, ваше сиятельство? — обернувшись в коридор, он позвал. — Заходите милорды, заходите, не стесняйтесь, нам понадобятся свидетели. Прошу вас, лорд Гракус. Лорд Хорькус, прошу. Прошу! — настойчиво повторил пастырь, будто те, кто ждал в коридоре, вовсе не собирались почтить апартаменты Корделии своим присутствием.
В дверях показался один из лордов, за ним все еще нехотя другой. Ариус издал еле слышный рык.
— Теперь, — продолжил пастырь, — я обязан выполнить свой долг: связать вас с леди Элианой Элмус священными узами, чтобы прикрыть ваш неблаговидный поступок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— С леди Элмус? — удивленные возгласы Ариуса и Корделии прозвучали одновременно. И Ариус закончил, — Здесь нет леди Элмус, вы ошиблись.
Корделия, выглядывая из-за плеча Ариуса, заметила, что лица пришедших лордов одновременно вытянулись.
— Пожалуй, хм… пожалуй, произошла ошибка. Я прошу прощения, достопочтенный пастырь Бендис. Полагаю, нам следует уйти, — Хорькус выглядел весьма раздосадованным.
— Ни в коем случае! — пастырь продолжал потрясать священной книгой. — Я не оставлю заблудшую душу с этим развратником. Граф, я призываю ваше благородство!
— Послушайте, достопочтенный, — лорд Хорькус попробовал взять пастыря за плечо и утянуть к выходу.
Корделия, прищурившись, посмотрела на Хорькуса. Ему нужно было поженить старшего Айлендера и леди Элмус? Но ее, Корделии, брак с графом явно нарушает какие-то планы негодяев. Покосившись на Ариуса она поняла, что тот просчитал ровно то же, что и она. Они понимающе переглянулись, и Ариус согласился:
— Вы правы, достопочтенный пастырь. Но прошу вас дать моей невесте возможность привести себя в порядок.
— Вашей невесте? — Бендис искренне удивился и оторвал от себя руку Хорькуса.
— Да. Дорогая, позволь, — он осторожно взял Корделию за руку и показал мужчинам ее кольцо.
— О. Я знал, что вы не столь пропащи, ваше сиятельство. Разумеется, мы подождем. Но поскольку вы пока еще не являетесь супругом леди…
— Леди Корделии Корнус.
— … леди Корнус, вы не можете остаться с ней наедине в столь приватной обстановке. Леди, я полагаю, вам стоит вызвать камеристку.
— Благодарю, но я справлюсь сама, — закутавшись в скатерть, Корделия выскользнула из-за спины Ариуса и удалилась в спальню.
Ей хватило меньше четверти часа, чтоб обмыться оставленной на утро водой в кувшине для умывания, причесаться и переодеться. Наряжаться не хотелось. Она достала простое платье со шнуровкой спереди. Пусть этот наряд цвета грозового неба будет ее свадебным — он так же темен, как и ее разрушенная жизнь.
Вернувшись в гостинную, она обнаружила спокойно ожидавшего пастыря и Ариуса, который убивал взглядом обоих лордов. Те ерзали, будто стояли на раскаленном полу.
Она позволила графу Айлендеру взять себя за руку, хоть одни Пресветлые знают, чего ей это стоило. Пастырь Бендис не мешкая и не пускаясь в пространные речи быстро провел обряд, и брачные знаки засветились на их запястьях.
— Граф Ариус Айлендер, графиня Корделия Айлендер, прошу вас скрепить поцелуем священные узы.
Корделия повернула к Ариусу помертвевшее лицо, но против ожиданий он лишь слегка, для вида коснулся ее губ. Корделия прикрыла глаза в знак благодарности.
— Прошу вас, милорды, оставим новобрачных наедине, — пастырь распахнул дверь и вышел вслед за Хорькусом и Гракусом.
Когда дверь закрылась, Ариус укрепил ее заклинанием и повернулся к Корделии:
— Благодарю вас за понимание.
— Не стоит, — усмехнулась та. — это было очевидно.
— Теперь мы знаем, что целью был я. Зачем-то им понадобилось женить меня на леди Элмус. Демоны! И вы оказались в это втянуты, и… — он запнулся, — пострадали из-за меня! Я никогда себе этого не прощу, — Ариус опустился в кресло и вцепился в волосы.
Корделия покачала головой:
— Не думаю, что здесь есть ваша вина.
— Почему, почему именно вы…
— Вы полагаете, было бы лучше, если бы вы… — она запнулась, — ворвались бы к какой-то другой девушке?
Ариус в ответ лишь застонал.
— Я должен с утра побеседовать с леди Элмус. Очень, очень интересно, зачем ей понадобился граф Айлендер.
— Хм, — Корделия задумалась, — может статься, что девушка здесь такая же жертва, как и мы с вами.
— Что вы имеете в виду? — Ариус отметил, что Корделия считает его не преступником, а жертвой, и восхитился ее разумностью и благородством. Какая женщина! И так бездарно ее потерять! Невозможно, чтоб она теперь питала к нему какие-то чувства, кроме ужаса и брезгливости.
