- При приёме на работу меня проверяла его служба безопасности. Это обычная процедура. А потом мы вместе рыбачили…
- Он спрашивал обо мне?
- Спрашивал, Света. И о тебе, и о твоей маме. Тогда я решил, что это простой интерес к жизни своих сотрудников… Но теперь понимаю, что он интересовался не просто так. Как давно вы с ним встречаетесь?
- Недавно познакомились в сети. И теперь я уверена, что это не было случайностью. Когда вы были с ним на рыбалке?
- Три недели назад.
- Всё сходится!. Он подстроил наше «якобы знакомство».
Вкратце рассказала про задание редактора и нашу «случайную встречу» на Мамбе, а потом и о свидании.
- Ну зачем ему понадобилась такая сложная схема? Он ведь мог просто меня попросить, чтобы я вас познакомил…
- Угу. Мама уже познакомила с одним… Я его ещё не знаю, а уже ненавижу.
Отец усмехнулся.
- Ты права. Такое знакомство вряд ли привело бы к чему-то хорошему.
Мы помолчали. Я сопоставляла факты, анализировала.
- Знаешь, пап, мне порою кажется, что Сергей знает меня лучше, чем я сама. Он верно просчитал все ходы: со знакомством, с тайнами, которые меня заставили согласиться на первую встречу, а потом и на вторую… Ведь если бы не эти загадки, я бы послала его к чёрту сразу же, как только поняла, что он из числа «хозяев жизни». Ни бицепсы, ни брутальность не помогли бы.
- А вот тут моя вина. Каюсь. Это я ему рассказал, что ты у нас старой закалки получилась, и что для тебя важны качества человека, а не его материальное благосостояние.
- Угу… А качества – это то, что можно узнать по поступкам. И на это нужно время… Ну что ж, пазлы сложились. Дело осталось за малым: достать его из комы и отшлёпать за неосторожное вождение.
- Его вины в этой аварии нет, но мне нравится твой настрой…
Глава 19. Липовая супруга
Когда приехали в больницу, нас уже ждали.
- Здравствуйте, Александр Егорович. – поздоровался с папой высокий качок, и придержал медицинский халат, накинутый на плечи и всё время норовивший сползти, так как был размера на три меньше необходимого. Перевёл взгляд на меня. Представился: – Дмитрий. Охранник Сергея Николаевича.
- Света. – ответила, испуганно вытаращив глаза. Чем ближе была «встреча», тем больше я волновалась.
– Я провожу вас до палаты, Светлана Александровна. – парень посмотрел на меня с теплотой во взгляде. - Сейчас туда должен подойти врач.
Без лишних вопросов пошла за громилой.
- Дочь, я подожду в машине! – крикнул мне в след папа.
Оглянулась, и кивнула. По пути провожатый снял в вешалки ещё один халат и накинул мне на плечи.
Мы шли по длинному коридору элитной больницы, и меня всё больше охватывал страх. Я ни разу в жизни ещё так не боялась за другого человека.
Сообщив, что мы пришли, охранник открыл передо мной дверь.
Вошла, и замерла у порога.
- Я – в коридоре. Если что нужно, зовите. – предупредил молодой мужчина, и оставил меня наедине с жуткой картиной.
Огромная палата была заставлена медицинским оборудованием, которое мигало, пищало, шумно «дышало» и издавало другие звуки, свидетельствующие о том, что здесь находится не простой больной, а тот, в ком жизнь поддерживается искусственно.
Сергей лежал на кровати почти весь перебинтованный: голова, рука, грудная клетка. Нога – на растяжке. В рот была вставлена кислородная трубка, и ещё какая-то - в нос. От его неповреждённой руке и верхней части груди тянулись две системы и провода нескольких аппаратов.
Медленно приблизилась и заглянула в лицо. Бледный, недвижимый, совсем не тот, с кем я встречалась в кафе и ходила в кино. Сейчас он больше напоминал беспомощного мальчишку, которого без причины лупили мои одноклассники.
Прошептала:
- Серёжка, любимый, я здесь, рядом. Не вздумай умирать, слышишь? Теперь мы вместе, как тогда, в третьем классе. Помнишь? И мы справимся.
Осторожно взяла в свои руки его ладонь. Холодная. Безжизненная.
В палату вошёл мужчина в медицинском халате, с уставшим взглядом.
- Добрый вечер, Светлана Александровна. Меня зовут Роберт Германович, я лечащий врач вашего супруга, и по совместительству заведующий отделением. – от удивления вместо приветствия кивнула, и постаралась скрыть растерянность. – Немного введу вас в курс дела. Не стану скрывать: состояние пациента стабильно тяжёлое. Мы провели трепанацию черепа, удалили гематому, которая послужила причиной комы. Операция прошла успешно, повреждений головного мозга нет. Так что можно сказать, что ваш супруг родился в рубашке. Но прогноз давать не берусь. Кома – состояние непредсказуемое. По всем показателям, он уже должен был из неё выйти, но увы. Повреждений на теле достаточно много. Все с правой стороны – куда пришёлся удар: сломаны несколько рёбер, предплечье и бедренная кость. Перелом ноги сложный, но не критичный. Восстановим. Внутренние органы в порядке – спас мощный мышечный каркас.
- Что вы намерены делать дальше, если он в ближайшее время не очнётся?
- Будем продолжать терапию. Так же я уже связался с коллегой из Германии, отправил ему снимки. Возможно, он что-то посоветует. А пока остаётся лишь ждать… Вы можете навещать супруга в любое время, кроме утренних часов – с девяти до одиннадцати у нас врачебный обход.
- Я бы хотела остаться здесь, с ним.
- Светлана Александровна, в этом нет необходимости, вы ему ничем не поможете, только сами намучаетесь.
- Роберт Германович, пожалуйста… хотя бы первое время…
Мужчина устало вздохнул.
- Но вы же понимаете, что мы не сможем обеспечить тех условий, к которым вы привыкли? Здесь больница, а не гостиница. Могу предложить вам только кушетку. – мужчина указал на названый предмет, притаившийся у стены.
- Мне подойдёт.
- Хорошо. Но во время обхода вам придётся покидать
