А потом — черное дуло винтовки. Свист пули. Смерть прошла совсем рядом. Откуда взялся здесь, на острове Семи Ветров, его давнишний попутчик? Откуда у него винтовка? Впрочем, возможно, он охотник. Есть любители пострелять чаек — Парыгин никогда не одобрял их действий. Неужели человек в берете не мог отличить маску костюма подводного плавания от головы зверя? Хотя ему, вероятно, было не до размышлений. Человек увидел опасность и постарался устранить ее. Только и всего…
Мимо плыл небольшой спрут — беловатый, прозрачный, напоминавший своей формой удлиненную дождевую каплю. Он внезапно, круто повернулся, покружился вокруг Парыгина и всеми щупальцами присосался к груди пловца, словно отыскал надежную «квартиру». «А, старый знакомый», — усмехнулся Парыгин. Близко поставленные глаза спрута холодно мерцали. Говорят, что из всех морских беспозвоночных спруты имеют самую развитую нервную систему. Утверждают даже, что они умеют «мыслить». Парыгин не был ихтиологом, и моллюски мало интересовали его.
Парыгин поплыл. Спрут замер. В его глазах мелькнул испуг. Кажется, «квартира» ему не понравилась. Он свирепо взглянул на Парыгина, облил его чернильной жидкостью и исчез. «Счастливого пути», — Парыгин шевельнул ластом и поднялся на поверхность.
Моросил мелкий дождь. Серое небо было похоже на грязный низкий потолок. Парыгин оглянулся — течение отнесло его недалеко. Он опять ушел в глубину.
Подводный мир жил своей жизнью. Шмыгали в «модных» полосатых «костюмах» окуньки. Стремительно носилась треска. Проплыла стайка сайры. Были здесь и усатые водяные жуки в строгом черном одеянии. Бурые водоросли покачивались на волнах. На дне виднелись белые камни. На них серые, голубые, фиолетовые шарики — морские ежи с острыми иголками и тоненькими щупальцами между ними.
Парыгин решительно повернул обратно к затопленному судну. Оно лежало на боку. Палуба целая. Вокруг траулера, мешая друг другу, суетились рыбы. На Парыгина они не обращали внимания. «Вот черти», — беззлобно подумал он. Вдруг рыбы исчезли, и Парыгин вздрогнул: из глубины всплыло «оно», протаранившее судно. «Оно» двигалось бесшумно. Ни одна часть веретенообразного тела не шевелилась. Парыгин прижался к корпусу судна. «Оно» подплыло к траулеру, заглянуло в щель.
На висках Парыгина выступил пот. Нервы напряглись. «Оно» поравнялось с ним, замерло, словно прислушиваясь к чему-то…
Странное дело! Парыгин помимо воли ничего не упускал из того, что происходило. Множество рыб опять появилось у судна. Он замечал их цвет и движения, видел жучков, которые то опускались, то поднимались вверх, видел все новые и новые стайки рыб, которые подплывали к траулеру.
Сейчас «оно» находилось в пяти метрах от Парыгина. В правой руке Парыгин держал подводный пистолет. Год назад одним выстрелом из этого пистолета он убил акулу. Но сейчас он почему-то не решался стрелять. «Оно» не двигалось и казалось безжизненным. «Если чуть придвинется ко мне — выстрелю», — с нетерпением подумал Парыгин, еще плотнее прижимаясь к корпусу судна. «Оно» бесшумно, очень медленно проплыло мимо.
Парыгин глубоко вздохнул. Опасность миновала. Миновала ли?
«Оно» появилось с кормы и, поравнявшись с Парыгиным, опять замерло. Он видел черное гладкое тело. «Оно» подплыло к Парыгину и, кажется, чего-то ждало. Вдруг Парыгин услышал три отчетливых удара. Что это значит? Подготовка к нападению или предупреждение? Может быть, ему ответить тоже тремя ударами? «Оно» постояло в нерешительности и придвинулось еще ближе. Парыгин выстрелил. Не попал. «Оно» удалилось.
Сердце у Парыгина учащенно билось. Он огляделся. Вернется или не вернется? «Преступник всегда возвращается на место преступления», — любил повторять Андрей Суровягин. Страшно хотелось курить. Рядом к корпусу судна присосался осьминог. Он пустил в ход все свои дружные щупальца, стараясь поймать морскую мелочь. За ксрмой третий раз появилась черная веретенообразная фигура.
Мировой океан хранит много тайн. Может быть, эта черная фигура — одна из таких неразгаданных загадок моря? Спрут стремительно сорвался с места и поплыл к неизвестному существу. Очевидно, решил попытать счастья на новом месте. Он даже не успел присосаться к черному телу, как конвульсивно дернулся, опустил щупальца и стремительно упал на дно. Рыбы оказались более благоразумными. При приближении черной фигуры они, как очумелые, шарахались в сторону. А странное неизвестное существо не обращало на них никакого внимания, словно не замечая их.
Кого или что «оно» ищет? Может быть, его, Парыгина? Он опять вытащил пистолет. Нервы напряглись. «Оно» не остановилось возле пловца, а поплыло дальше. Парыгин двинулся за ним. «Оно», кажется, почуяло человека. Остановилось. Замер и Парыгин. Как «оно» движется? Никаких волн!
Парыгин не раз видел стада дельфинов, следующих за кораблем. Они ныряют и всплывают, мечутся между носом и кормой корабля со скоростью двадцать километров в час. Даже при вдвое большей скорости корабля дельфины с той же легкостью нагоняют его. И никаких волн и водоворотов. Говорят, у дельфинов под кожей имеются особо чувствительные нервы, играющие роль манометров и сигнализирующие об образовании малейшего водоворота. Своевременным движением кожи дельфины нейтрализуют волну — струи воды скользят вдоль туловища и соединяются у хвоста.
Веретенообразное тело медленно плавало вокруг затопленного судна. Какая прекрасная гидродинамическая форма! И, как дельфин, не оставляет за собой никакого следа. Но «оно» не было неподвижным. Черная кожа все время пульсировала и слегка содрогалась. Значит, зубастый кит или акула? Временами Парыгину казалось, что перед ним не живое существо, а робот, машина, творение рук человека. Но в этом он не был уверен.
Поплавав еще немного, Парыгин вернулся на остров. Он решил немедленно доложить обо всем Чигорину.
Парыгин шел вдоль берега.
— Вы? — раздался голос рядом.
Парыгин круто повернулся. Перед ним стояла Таня Чигорина и улыбалась. На него вдруг напало замешательство. Он не мог даже предположить, что встретит ее на этом далеком острове.
— Ну, здравствуйте, — Таня протянула ему руку. — Я не знала, что свидание вы перенесли на наш остров. Это очень приятно.
— Вы тут живете?
— Главная воспитательница зверюшек. Видите, сколько их у меня, — Таня показала на океан, где среди валунов кувыркались каланы. — Никогда не думала, что вы подводный пловец.
— Почему?
— Облик у вас городской. Нет, не то. — Она поморщила лоб. — Ну, знаете, есть береговые люди… Опять не то. Лицо ваше не морское…
Парыгин смотрел на нее и не знал, что ответить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
