class="p1">— Я этим не занимаюсь, — наконец ответила она.
— И все же… Поверьте, я вас хорошо отблагодарю. Я просто уверена, что вы сможете мне помочь…
— В чем помочь? Навести порчу на человека? Ты хоть понимаешь, что это такое? Это черная магия! А такие деяния никогда даром не проходят, бумерангом обязательно вернется, а я не знаю, как защититься от этого, потому что не занимаюсь этим.
— Мне кажется, вы лукавите, — я заговорщицки подмигнула.
— Уходи! — снова прошипела женщина.
— Но подождите, Раиса…
— Уходи немедленно, нечистая! — она встала из-за стола и затушила свечку, давая понять, что наш сеанс окончен.
— Но может, вы все-таки подумаете? Вы даже не представляете, какие деньги я готова заплатить…
— Пошла прочь! — выкрикнула женщина. — Ты пришла с недобрыми намерениями, и я сразу это поняла. Ишь, хитрая какая, сама ведьма, а злые деяния решила сотворить чужими руками, чтобы грех на душу не брать. Но ты ошиблась адресом! Я людям помогаю, но никак не порчу им жизнь. Все, пошла вон из моего дома! Давай-давай, пока я Сашку не позвала.
Сашка, как я поняла, это ее щербатый племянник. Теперь хоть буду знать, как зовут этого «мужчину мечты».
Я встала и прошла к выходу вслед за хозяйкой дома.
— Раиса, давайте я дам вам ночь на размышления, — не сдавалась я. — Вы, так сказать, переспите с этой мыслью, а завтра я к вам снова приду.
— Не приходи, я не передумаю, — колдунья была непреклонна, — и лучше обходи мой дом стороной, а то я на тебя порчу наведу!
— Значит, умеете!
— На таких, как ты, сумею.
— Я вижу, что сумеете. Вы такая сильная колдунья! Не думали поучаствовать в «Битве экстрасенсов»?
— Не думала! Ни к чему мне такая слава. Давай-давай, двигай к выходу! И мой тебе совет: лучше вообще уезжай из села как можно быстрее. Для твоего же блага. Навлечешь ты беду. И не только на себя…
— Спасибо за совет, — буркнула я и направилась через яблоневый сад к выходу.
Выходя из калитки, я заметила в сумерках под одной из яблонь фигуру племянника Сашки.
* * *
Поспать мне в эту ночь не удалось.
Моя первая ночь в этом интересном и живописном поселке под названием Каймар была странной и подозрительной. Я бы сказала, инфернальной. И ко всему прочему, еще и с бурным продолжением…
А я так надеялась нормально выспаться после насыщенного дня. С самого утра в дороге, потом все эти разговоры с местными жителями, а под занавес встреча со странной колдуньей, общение с которой ничего толком для меня не прояснило, а только еще больше запутало.
Интересно, эта Раиса действительно не занимается злыми деяниями или она попросту искусно сыграла добрую ведьму, почуяв неладное? То, что в этой женщине «что-то есть», — это однозначно, но я бы больше назвала ее психологом, нежели какой-то колдуньей либо экстрасенсом, хотя кто там ее знает…
Но обо всем, что касается моего расследования, я решила подумать завтра. Будет день — будет пища.
А вот хорошая и желательно вкусная пища мне была необходима. По поводу хорошей вопросов не было, а вот насчет вкусной — я бы поспорила. Однако выбирать не приходилось. Это тебе, Танюша, не город, где ты в любой момент можешь заказать себе готовую еду на дом или прогуляться в одно из любимых кафе.
В очередной раз похвалила себя за предусмотрительность — минимум продуктов, привезенных с собой, спасли меня от вечернего голода. Яичница, обжаренные кусочки батона, сыр и парочка бананов скрасили мой поздний вечер и насытили мой изголодавшийся желудок. Кофе на ночь глядя пить не стала, хотя очень хотелось.
Интересно, а что я буду кушать на завтрак, с тоской подумала я. Снова яйца и сыр? Какая скука.
«Встанешь пораньше и сходишь в местный магазин», — подсказал мне внутренний голос.
— Ты прав, — вслух ему ответила я.
Неуютно мне было в этом доме. Совсем неуютно и как-то холодно. Веяло от этих стен некой тоской, унынием и какой-то безысходностью.
Я глубоко вздохнула и улеглась на облюбованный мной старый диван, подложив под голову продавленную подушку и накрывшись старым, но мягким плюшевым покрывалом, которое нашла на верхней полке шкафа. Раздеваться не стала — как была в спортивных штанах и в футболке, так и легла.
— На новом месте приснись, жених, невесте, — пожелала я сама себе и тут же провалилась в сон.
Но, как я уже сказала, поспать мне нормально не удалось.
Мне снились странные сны. Я бы не назвала их кошмарами, но они были настолько странными, необъяснимыми и удушающими, что моим единственным желанием было проснуться и выбежать на улицу, чтобы глотнуть свежего воздуха, но у меня ничего не получалось. Я словно находилась в каком-то липком бреду, из которого не было выхода. Хотелось кричать, а не получалось, хотелось бежать, а не бежалось.
А потом я очутилась в каком-то лесу. Он был темный и устрашающий. Я брела между соснами, потом под ногами появилась темная жижа, в которую я стала проваливаться по самые щиколотки. Я ускорилась, чтобы не увязнуть в этой трясине, и вскоре оказалась на твердой почве возле странного озера. Вода была черная, и от нее веяло холодом и смертью.
Я поежилась, было очень холодно, но согреться не было никакой возможности. Я нагнулась над темной водой и увидела, словно в зеркале, свое отражение. Только это было не мое лицо. Из воды на меня смотрела странная женщина с черными волосами и бледным худым лицом. Такое ощущение, что это был череп, обтянутый кожей, без какого-либо намека на наличие мышц и кровеносных сосудов.
Я отшатнулась от воды, схватила себя за лицо и попыталась закричать. Но мое горло словно стянуло спазмом, я лишь издала какие-то хрипы и чуть не задохнулась. Потом я попыталась бежать подальше от этого страшного места, но у меня это плохо получалось. Как это часто бывает во сне, ты хочешь бежать, но ноги тебя не слушаются, и ты словно топчешься на месте или с трудом передвигаешься, как в замедленном кадре.
И этот смех… Откуда взялся этот зловещий смех, идущий откуда-то из глубин леса? Сложно было понять, кто смеется, мужчина или женщина — разобрать было невозможно. Но ясно было одно — смеется сумасшедший или… Живые так не смеются. Живые вообще не ходят в этих местах. Так почему я тут оказалась? И как мне отсюда выбраться?
Где-то на подкорках моего подсознания я поняла, что это сон. Поэтому надо проснуться.
«Проснись, Танюша, проснись!.. Давай же! Только
