– Я не получала никаких писем, – тихо сказала Лиззи.
– Это все твоя мать, – заявил Чико голосом полным гнева из-за того, что этот поступок привел к потере столь многого: их дружбы, доверия. – Серена уничтожала мои письма, чтобы они до тебя не дошли.
– Мы не знаем этого наверняка.
– Это она, – яростно возразил Чико. – Больше некому.
Лиззи опустила голову, задумалась на минуту, а потом спросила:
– А разве это имеет значение?
– Для меня? Конечно! – горячо воскликнул Чико. – В тех письмах я изливал тебе свою душу. – Заметив, как просветлело ее лицо, он добавил: – Ну, душу подростка, но все равно…
– Ты был прав, когда просил меня заступиться за тебя, – твердо сказала Лиззи. – И я бы обязательно это сделала. Если бы знала. – Теперь она смотрела на него с состраданием, словно тоже ощущая то огромное разочарование, которое он испытал двенадцать лет назад.
Только подумать, что отняли у нее ее родители! Нет, не только его письма, но и ее невинность ребенка, свободу, наслаждение детством. До сих пор Чико было невыносимо горько думать о том, как легко Лиззи могла стать жертвой развращенности ее родителей. И ему, и Лиззи нужно за многое благодарить ее бабушку.
– Если ты чуть-чуть подождешь, я полечу в Шотландию вместе с тобой.
Лиззи удивленно уставилась на него. Неудивительно. Чико и самому было в новинку открыто выражать свои чувства, но известие о плохом самочувствии вдовствующей герцогини его проняло.
– Я очень благодарен твоей бабушке. Своим успехом я обязан не только Эдуардо, но и ей. Она научила меня, как отличать хороших людей от плохих, и я тоже должен быть рядом с ней в это трудное для нее время.
– Но разве ты можешь сейчас уехать? Скоро Рождество. А вскоре после Нового года состоится выпускная церемония, на которой ты должен присутствовать, потом товарищеский матч. Но пока все это закончится, может быть уже слишком поздно. Извини, но я не могу тебя ждать. Мне надо ехать прямо сейчас. Можно одолжить у тебя один из джипов?
Он нахмурился:
– Зачем?
– Чтобы добраться до аэропорта.
– Ты знаешь, насколько далеко он отсюда?
– Ну, не совсем… Но…
– Ты полетишь на моем реактивном самолете, – твердо сказал Чико. – Мой пилот доставит тебя прямо в Шотландию.
Лиззи на мгновение утратила дар речи.
– Ты уверен?
– Твоя бабушка однажды очень мне помогла, и я никогда этого не забуду. Ты полетишь на моем самолете. Как скоро ты сможешь собраться?
– За полчаса, – ответила Лиззи, сообразив, что надо будет еще успеть позвонить отцу и матери, чтобы сообщить, что бабушке стало хуже, а поместье забрал банк.
– Будь готова к отъезду. Я тебе позвоню.
– Сегодня ночью?
– Да.
У Лиззи пересохло во рту. Как быстро закончился их короткий роман! Но лучше уехать сейчас, пока не привязалась к Чико еще больше.
* * *
В общежитии никого не было. Все веселились на вечеринке. Лиззи сначала набрала номер лечебницы, в которой находился отец. Сейчас глухая ночь, но там круглосуточное дежурство, и можно будет оставить сообщение.
– Не могли бы вы передать, что его мать серьезно больна и дома проблемы? – попросила она медсестру, подошедшую к телефону.
– Конечно. Ваш отец неплохо себя чувствует и узнает эти новости утром.
Дав отбой, Лиззи обрадовалась тому, что отец, возможно, сумеет излечиться от алкоголизма. С внезапно заколотившимся сердцем она представила себе, как их семья снова воссоединяется – это было самой заветной мечтой ее бабушки. Вдохновленная этой мыслью, Лиззи позвонила матери на юг Франции, и – вот удача – Серена подняла трубку. Но разговор был очень кратким.
– Я подумала, тебе следует знать, что бабушка серьезно больна, – осторожно начала Лиззи.
– Мне-то что с того? – холодно спросила ее мать.
«Я зря трачу время», – подумала Лиззи.
Чико узнал последние новости раньше Лиззи. Он был в загоне для лошадей, объезжал нового жеребенка, когда позвонила Мария и сообщила, что получила звонок от Энни, экономки из Роттингдина. Чико передал пони другому гаучо и быстро прикинул в уме: Лиззи, должно быть, еще в воздухе – летит в Шотландию. Она прибудет слишком поздно – ее бабушка уже умерла. Хуже всего то, что тут же вокруг наследства соберется стая шакалов. Лиззи понадобится поддержка… Он должен поехать в Роттингдин в память замечательной пожилой леди, а вовсе не потому, что испытывает какие-то чувства к ее внучке.
Чико принял душ, оделся и заказал чартерный рейс на частном реактивном самолете – это самый быстрый способ добраться до Шотландии, раз на его лайнере улетела Лиззи. Чико переживал за судьбу огромного поместья, много лет принадлежавшего семейству Фэйн. Он постарается приложить все усилия, чтобы Роттингдин не раскромсали на кусочки и не продали за бесценок.
Лиззи права: сейчас неподходящее время покидать ранчо, но Чико не мог оставаться в стороне в такой сложной ситуации. Ему было необходимо отправиться в Роттингдин – место, куда он двенадцать лет назад поклялся никогда не возвращаться. Чико объяснил ученикам, что обстоятельства вынуждают его срочно уехать. Он вернется после Нового года, до окончания обучения, а пока занятия будут вести его помощники. Все одобрили его решение.
– Дэнни побудет ответственной за дисциплину и капитаном команды вместо Лиззи – так что ваша подготовка к матчу не прервется.
Закончив приготовления, Чико и Мария сели на «Харлей», добрались до взлетно-посадочной площадки для вертолетов. Оттуда они улетели в аэропорт, где их уже ждал самолет на Шотландию.
Сидя в поезде, идущем из аэропорта, Лиззи набрала номер своей бабушки. Та не подняла трубку. Экономка тоже долго не отвечала, но наконец Лиззи услышала в трубке ее голос и попросила:
– Не могла бы ты передать бабушке, что я вернулась?
На другом конце повисло молчание. У Лиззи все внутри сжалось от дурного предчувствия.
– А разве ты еще не знаешь? – спросила Энни.
– Не знаю чего?
– Мне жаль это говорить, но твоя бабушка тихо скончалась несколько часов назад.
– Умерла? – Это слово показалось таким холодным. Она опоздала! – Мне нужно связаться с родителями, – машинально произнесла Лиззи тихим голосом.
– Полагаю, ты права, – согласилась Энни…
– Не собираешься же ты заявиться сюда, ко мне, после похорон? – спросила Серена.
Этот вопрос так шокировал Лиззи, что она не сразу ответила:
– Нет, а почему ты спрашиваешь?
– Где ты теперь будешь жить? – поинтересовалась ее мать голосом полным подозрения.
– Полагаю, в Роттингдине.
– Пока тебя не выгонят оттуда кредиторы?
– Ну да… Наверное. – Лиззи еще не думала о том, что ждет ее впереди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
