— А ты, Фарн, и твой лорд Абсу — люди или звери?
К Фарну вернулась его уверенность.
— За себя могу ответить — человек. Но мой повелитель Абсу превзойдет любого человека, если дело дойдет до битвы!
— Теперь об Айреге. Он человек или животное? Фарн бросил одобрительный взгляд на Айрега:
— Лорд, я не знаю, то ли он человек со звериным сердцем, то ли зверь с человеческим. Но лучше пусть он будет со мной, а не против меня. Он очень сильный и по-своему даже смелый.
— Насколько я понял, следопыт, — продолжал Рассел, — мы все — я, ты и он — относимся к людям. А по другую сторону тумана могут жить иные существа — не люди и не животные. И может наступить момент, когда им надоест с нами возиться или мы потребуем от них ответа.
— Лорд, — сказал Фарн, — в таком случае мы все — из близких кланов.
— Пойди еще дальше, Фарн зем Марур, — сказал Рассел, — и ты увидишь, что мы из одного клана. Айрег улыбнулся.
— Хорошая, большая вещь, — заметил он глубокомысленно.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
До вечера было еще далеко, но в воздухе чувствовалась прохлада, хотя солнце стояло высоко в небе, по которому плыли кудрявые облака. «А может, это не в воздухе, а у меня в душе, — думал Рассел, — и не прохлада, а нервная дрожь».
Он взглянул на Анну, сидящую в лодке рядом с ним: она спокойно гребла. «Как она красива, — подумал Рассел, — я просто раньше не придавал этому значения. Но что делать, мы многого не сознаем, пока перед нами не замаячит смерть».
Анна небрежно зачесала волосы назад и связала их каким-то шнурком; одета она была легко: мужская рубашка и потрепанные брюки. Теплые вещи они аккуратно сложили в маленькой кабине, тоже утепленной; кроме того, при желании ее можно было снять с лодки. Тур Норстед столько возился с ней перед смертью…
На крыше кабины были аккуратно сложены три пары деревянных колес и два длинных дышла с веревочной упряжью. Все это, сделанное Джоном Говардом, легко превращало лодку в небольшую телегу, на случай, если придется ехать по суше. «Вот именно, если нам когда-нибудь доведется проехать по суше», мрачно подумал Рассел.
Теперь, когда экспедиция действительно началась, оптимизм его пошел на убыль, и он был почти уверен, что она кончится катастрофой.
Кабина помещалась посреди судна (если это название было не слишком громким для скромной лодки). Она заслоняла от Рассела и Анны скамью на носу, где сидел Фарн.
Фарн освоил способ индейской гребли и неутомимо работал одним веслом, подгребая то справа, то слева. К счастью, лодка шла вниз по течению и требовала совсем небольших усилий, хотя и была порядком нагружена. Весла были нужны в основном для того, чтобы не сесть на мель. Местами эта лениво струящаяся водяная лента была не более семи-восьми метров в ширину, но кое-где она разливалась просторной заводью, где течение почти не ощущалось. Иногда лодка слегка задевала дно.
Рассел был рад, что Абсу позволил Фарну присоединиться к этой экспедиции. Абсу не вызвался участвовать в ней сам, потому что чувствовал ответственность за клан, по этой же причине не одобрил и желания Рассела возглавить поход. Однако свое неодобрение он держал при себе, считая, что обычаи волшебников не похожи на обычаи нормальных людей.
Сначала Рассел хотел взять с собой Мохана дас Гупту, но Анна его отговорила. «Если экспедиция кончится гибелью участников, — утверждала она, — в команде землян возникнет серьезная проблема: двое мужчин — Гуннар Рудефорс и Тур Норстед — уже погибли, и, хотя Марины Джессоп тоже нет в живых, потеря еще двух мужчин повлечет большие сложности и даже может привести к гибели всей группы».
Рассел безоговорочно решил отправиться в экспедицию; он был уверен, что в случае его гибели Джон Говард, нынешний заместитель, справится с делами не хуже, чем он сам. Анна настаивала на том, что он обязан взять ее в помощники. Конечно, во многом Анна была не хуже любого мужчины, но Рассел согласился из чистого эгоизма — он просто хотел быть рядом с ней. А теперь, продолжая радоваться, что Анна с ним, он в то же время горько сожалел об этом. Он предпочел бы, чтобы сейчас она была в «Хилтоне», в сравнительной безопасности.
Абсу обещал поддерживать регулярную связь с Джоном, как бы долго ни отсутствовал Рассел. Договорились и о том, что в случае несчастья клан Марур переберется в «Хилтон» или земляне — в крепость, в зависимости от обстоятельств.
Рассел не имел ни малейшего представления о том, что именно может вызвать необходимость такого объединения, но было приятно погрузиться в обдумывание всяких непредвиденных случаев.
Взглянув на Анну, он увидел ее ласковую улыбку и подавил свой страх, улыбнувшись в ответ, чтобы не заразить ее своим унынием. Сейчас нужен какой-то легкомысленный треп…
Анна перестала грести и поцеловала его в ухо. Потом прошептала:
— Я рада, что мы вместе, Рассел, но все же очень боюсь. А ты? Рассел ответил:
— Неужели ты думаешь, что англичанин старого закала признается эмансипированной русской даме, что ему страшно?
— Почему бы и нет? Если это так.
— Дорогая, — сказал он почти весело, — ты должна разрешить мне некоторое притворство. Тем более что джентльмен никогда не станет психовать при женщине.
Анна засмеялась:
— Ну вот, мне уже лучше! А ведь ты сказал всего несколько слов!
— Действительно, странно, — согласился он. — Ты помнишь, как мы проплывали под мостом, где живут эти придурки? Все они суетились и орали, и в какой-то момент мне показалось, что Айрегу и Оре не удалось их убедить в нашей дружбе.
— Это было ужасно. Прошло всего три-четыре часа с тех пор, а кажется целая вечность.
— Меньше четырех часов, — сказал Рассел. — Я уже начал думать, что мы кончим свою жизнь в котле, где они нас сварят. Особенно было страшно, когда Айрег оттолкнул от берега свою лодчонку. Помнишь: он плыл к нам, вовсю размахивая своим лучшим охотничьим топором.
— А он нам просто его подарил, — улыбнулась Анна.
— Да. А помнишь, что он сказал? «Айрег дал Расселу-другу большой хороший вещь. Камень-маленький, но несет большой хороший вещь. Держись твердо, друг, плыви быстро. Вернись быстро. Тогда Айрег-друг, Рассел-друг будут смеяться-есть».
— Это была длинная речь для него, — сказала Анна и снова взялась за весла. — Может, самая длинная за всю его жизнь.
Рассел поднял топор со дна лодки и посмотрел на него с умилением:
— Не знаю почему, но я вдруг возгордился. Думаю, это чего-то стоит подружиться с таким человеком, как Айрег.
Теперь лодка плыла по широкому простору реки, низкие берега которой здесь были песчаными.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
