Тот попытался повторить их маневр, но его машина была менее поворотлива.
Однако, этот рискованный маневр дал им весьма короткую передышку.
Преследователь снизил скорость, заложил вокруг них отчаянную дугу, рассекая воздух, как гигантская стрекоза. Из-под носа кабины блеснуло ярко-оранжевым.
Что-то ударило в корпус полицейской машины. Плексигласовое стекло на стороне Дамоны превратилось в растрескавшуюся сетку из бесчисленного количества мелких трещин.
Пилот выругался и заставил машину провалиться вниз.
Второй залп прорезал воздух там, где они только что находились.
— Летает он чертовски здорово, — озабоченно сказала Дамона.
— Верно, но не умеет стрелять, иначе мы давно были бы сбиты.
Спокойствие в голосе пилота звучало теперь не так правдоподобно, как минуту назад. Они получили одно попадание, а это наверняка было больше, чем могла выдержать маленькая полицейская машина.
— Вызовите Арлингтон, — потребовал Мюррей. — Они должны вызвать помощь!
— Слишком поздно. Пока те прибудут сюда, он давно нас собьет. Мы должны приземлиться.
— Но только что вы говорили…
— Я знаю, что говорю, инспектор, — холодно остановил его пилот. — Только что у нас не было дыры в баке. Держитесь — резко идем вниз.
Земля прыгнула им навстречу. Вертолет, как камень, стремительно падал вниз, немного приостановившись лишь в последний момент, и скорее упал, чем приземлился, с оглушительным треском. Шум двигателя внезапно затих, а кабина мгновенно насквозь провоняла запахом горючего.
Дамона оцепенело нащупала замок своего ремня безопасности, открыла боковую дверцу и скорее выпала, чем вылезла из кабины.
Яркая точка прыгала на горизонте вверх-вниз, глухой гул вертолетных двигателей наполнял воздух.
Оба его пулемета тявкнули сухо и жестко. Прямой двойной ряд фонтанчиков помчался к ней через поле и прошел мимо всего лишь в метре. Но эта дорожка пересекла кабину полицейского вертолета. Она мгновенно превратилась в кучу обломков. Где-то внутри машины вспыхнула маленькая желтая искорка, раздался взрыв, превративший вертолет в яркое огненное облако.
Дамона прижалась лицом к земле, закрыла руками голову от взрывной волны, огненная лапа которой коснулась ее спины. Она вскрикнула, с усилием поднялась на четвереньки и поползла прочь от горящей машины. Поле осветилось, как днем.
Кто-то схватил ее за руку и сильно рванул вверх. Это был Мюррей. Лицо его перепачкала сажа, дышал он так тяжело, словно позади остался двадцатикилометровый марш-бросок. Но он казался невредимым.
— С тобой все в порядке?
— Да, — кивнула Дамона. — Что с пилотом?
— Нормально, но мы должны немедленно исчезнуть отсюда. В следующий раз он не промахнется.
Гул вертолета уже приближался. Машина неслась к ним на бреющем полете. Яркие световые конусы ее неистовых прожекторов, как бледные пальцы гигантской руки, ощупывали размытое поле.
Мюррей собрался бежать, но Дамона не сдвинулась с места. Она понимала, что бежать бесполезно. Поле совершенно плоское, а ближайшее укрытие находилось в километре от них. Даже если бы они разделились, все равно вертолет успел бы расстрелять их поодиночке. Оставался единственный шанс.
— Дамона! — Отчаянно выкрикнул Мюррей. — Бежим же!
Дамона словно не услышала его. Она поднялась и встала неподвижно в зареве горящего вертолета, оцепенело глядя на несущуюся ей навстречу машину. Ее лицо застыло неподвижной маской.
Внезапно поднялся ветер, сначала слабый, едва ощутимый порыв, который в несколько секунд усилился и яростно взревел. Темное дождевое облако сгустилось в гигантскую черную массу, в которой что-то призрачно светилось и сверкало. Внезапно и резко пошел дождь. Капли были холодными и очень колючими, они неслись почти отвесно земле, а туча на небе начала кипеть и бурлить. Все это произошло в течение двух-трех секунд.
Оба прожектора «Сикорски» на этот раз правильно нащупали цель. Прямой, как по линейке, ряд фонтанчиков мчался по полю, пересек горящий вертолет и направился прямо к Дамоне. А потом… Единственная, ослепительно белая молния ударила из бурлящей тучи в кабину летящего вертолета и на долю секунды она накрылась ярким белым сиянием.
Чудовищный удар грома прокатился по полю. Прожектора погасли, а там, где только что находился вертолет, возник огненный шар, из которого начали падать на землю горящие обломки и темные, бесформенные предметы.
Мюррей успел подхватить Дамону. Лицо ее внезапно побледнело, как у покойника, дыхание стало прерывистым и аритмичным. Мюррей бережно опустил ее на землю, уложил голову на свои колени и с чувством недоверчивого облегчения посмотрел на запад.
Небо над местом падения освещало зарево. Должно быть, огонь был виден за несколько миль.
Глухой удар грома прокатился по небу. Мюррей поднял голову и взглянул на грозовое облако.
Непогода прекратилась так же быстро, как и началась. Взгляд Мюррея переместился дальше, коснулся горящих обломков полицейского вертолета и линии выстрелов пулеметов «Сикорски». Последнее место попадания было всего в полуметре от Дамоны. Еще бы полсекунды, и…
Мюррей закрыл глаза и попытался осмыслить все до конца. Иногда он забывал, что Дамона была ведьмой. А ведь только ведьма могла отразить такое нападение.
Часть вторая
Кукла-чудовище
17
Человек пытался выбраться на берег. Тело его наполовину лежало в грязной, маслянисто поблескивающей воде, которой начала заполняться воронка, обугленные пальцы безостановочно ощупывали размякшую землю, но снова и снова скользили вниз. Одежда на нем была изодрана в клочья, прожжена большими черными дырами до кожи и расплавлена. Левой ноги не было, ниже колена торчал лишь серый обрубок, из которого сыпалась серая порошкообразная масса, на месте лица находилась темно-серая поверхность, на которой дыры и трещины указывали прежнее местонахождение рта, носа и глаз. Тело расплавилось при чудовищной температуре взрыва.
Но он жил…
Вопреки всем законам природы, ужасно изуродованная кукла жила. Ее тело дернулось, будто под действием мощной внутренней судороги, потом повернулось на мокрой земле, схватило обгорелыми руками, вернее обрубками, грязь и подтянулось. Туловище миллиметр за миллиметром поползло из воронки.
Дамона оцепенело уставилась на обгоревшую куклу.
Мысли беспомощно кружились в голове, и, хотя вид куклы вызывал у нее тошноту и омерзение, она была не в состоянии отвести взгляд от страшного зрелища.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
