Поредевший экипаж с явной неохотой принялся выполнять указания командира. Смеркалось. Холодало. Под ногами неприятно поскрипывала прибрежная галька.
Не успели они отойти от лодки и пятидесяти шагов, как из тумана послышались стремительно приближающиеся шаги, топот, скрежет, жалобное завывание, и вскоре на них выскочил Игорь, чуть не сбив идущего впереди Андрея с ног. Тот поймал Метиса в объятия и крепко встряхнул за шиворот.
— Что случилось? Ну, говори же!!!
Игорь только тяжело дышал, обводя друзей безумными глазами, будто не узнавая, и отчаянно вырывался из рук Андрея.
— Там… там… такое… Бе… бежим скорее отсюда!
Наконец ему удалось вырваться из крепких дружеских объятий, и он юркнул в прибрежные кусты. Приятели стремглав бросились за ним. Как они летели по лесной дороге! Мимо проносились елки и березы, мерцали в тумане первые звезды, сопровождая беглецов в стремительном беге. Гришка пару раз спотыкался, Андрей, бегущий рядом, рывком поднимал его и нетерпеливо тянул за руку… Вмиг домчались до сторожевой башни Лесного городка и тут остановились перевести дух и унять бешено колотящиеся сердца. Огни такого родного и близкого городка действовали успокаивающе, хотя Игорь то и дело тревожно поглядывал вглубь леса. Друзья жаждали получить исчерпывающее объяснение столь странному его поведению. Их любопытство было удовлетворено сполна. А рассказал Игорь вещи странные.
…Он деловито обстреливал камнями консервную банку вместе с друзьями, радовался каждому попаданию, когда вдруг внезапно почувствовал тревогу и беспокойство. Он так и застыл с занесенным для очередного броска камнем, а потом круто развернулся и заворожено пошел вдоль берега, даже и не подумав об опасности, подстерегающей его на каждом шагу. Потом он признавался, что в этот момент плохо соображал, на него нашло какое-то временное помутнение рассудка. Он просто услышал зов и не мог ему не подчиниться. «Словно кто-то позвал на помощь, тихо и жалобно», — говорил он ребятам. Темнело, песок и галька скрипели под его кедами, он продолжал идти вперед.
Выйдя на дамбу, Игорь взглянул вниз и заметил в темном омуте прозрачное оконце воды, словно подсвеченное изнутри, почти идеальный круг диаметром около метра. Игорю как будто показалось, что в кругу что-то белеет… Он опустился на колени и пригляделся. Нечто поднималось из глубины пруда. Со страхом, перехватившим горло, он увидел, что это маска противогаза. В ее стеклышках словно застыл немой укор, а шланг извивался, как змея, и безвольно тянулся следом. Из шланга вырвалась гроздь пузырьков и разбежалась по поверхности воды. Позже Игорь уверял, что за стеклами противогаза он различил глаза, безумные, беспокойно бегающие. И это доконало его окончательно. Он вскочил на ноги. Он заорал. И помчался к берегу, как он предполагал, навстречу своим приятелям, а на деле в противоположную сторону. Однако на этом его злоключения не закончились.
Он зацепился ногой за предательский камень, растянувшись в полный рост, и больно ободрал ладони о песок. Из плотного тумана к нему приближалось несколько неясных фигур. Сначала он принял их за своих друзей и даже окликнул. В ответ — молчание. Когда он понял свою ошибку, то от ужаса скорчился на песке, широко раскрытыми глазами наблюдая за неумолимо приближающейся страшной процессией. Это были солдаты, облаченные в ОЗК и противогазы. По резиновой одежде струилась вода, они были увешаны бурыми водорослями, а их предводитель, на голове которого сплетение водорослей образовывало подобие венка, сжимал в руке ржавый автомат.
Он помахал Игорю рукой и направился в его сторону. Остальные — следом. «Их было с десяток или больше», — утверждал Игорь. Его словно парализовало от страха, когда странный отряд без единого слова стал приближаться к нему. Лишь скрипели по песку неуклюжие резиновые сапоги защитных костюмов. «И знаете, что странно, — продолжал Игорь, — они были какими-то не вполне реальными, какими-то, что ли, полупрозрачными, призрачными, ненастоящими. Хотя скрип их сапог и шелест костюмов я явственно различал. И разило от них гнилым болотом».
Предводитель постоянно делал Игорю успокаивающие знаки, а потом откинул капюшон и начал стягивать противогаз. Вот этого Игорь уже никак не мог вынести, оцепенение разом слетело с него, он дико вскрикнул и во все лопатки пустился наутек, угодив в объятия друзей…
По дороге домой ребята обратили внимание на то, что лицо Игоря то бледнеет, то краснеет и покрывается каплями пота. Андрей сказал:
— У тебя что, температура, что ли? Ну-ка дай руку. — Игорь послушно протянул ему горячую и дрожащую ладонь. — Ни фига себе, как печка, у тебя, кажется, не меньше сорока! Ну, давай поскорее домой!
— Эх, хорошо бы сейчас сорокаградусной для успокоения нервов, — мечтательно протянул Митька и захихикал.
— Заткнись, балбес, — прогудел Андрей. — Видишь, дело-то серьезное. У человека страшная температура, он даже галлюцинации наяву видит. Ему вся эта чертовщина от температуры привиделась. У меня тоже после гриппозного осложнения так было, даже днем огромные пауки мерещились. Вот и у Игоря что-то похожее.
Друзья быстро дошли до дома, осторожно поддерживая Игоря под руки, потому что ноги у того начали заплетаться. Его проводили до самой двери квартиры. Отец его был дома и сразу же позвонил в санчасть. Минут через десять подъехал на «скорой» майор Константиныч. Ребята дождались, когда он выйдет от пациента, и поинтересовались, как дела у Игоря. Доктор торопливо ответил, что у Игоря большая температура, он бредит наяву и что срочно нужно отправлять его в Серпейск, в больницу.
Ребята спустились вниз, к подъезду. Майор с Игорем и его отцом уселись в машину. Друзья помахали вслед и вновь обсудили случившееся. Решили, что все то, что рассказал Игорь, — просто бред наяву, и об этом ни в школе, ни дома, вообще нигде распространяться не стоит во избежание излишних разговоров.
14
Две страсти равно владели душой Андрея нынешней весной. На переборке картошки Андрей приметил кареглазую блондинку годом младше и в течение двух недель просто глаз с нее не сводил. И как же он раньше ее не замечал?! Оказалось, что она занималась легкой атлетикой и сломала ногу, прыгая в длину на областных соревнованиях, а в школу вернулась только спустя три месяца после травмы, изрядно повзрослевшая и похорошевшая. Андрей ходил, страдал, мучался, наконец, решился и через Витьку, одноклассника Ольги, передал ей записку со стихами и предложением дружбы и любви. Сначала она ответила отказом, а через пару недель все же согласилась на встречу. До тех пор он к ней не подходил, не заговаривал с ней, все их общение ограничивалось эпистолярным жанром. А тут вот назначил свидание. В Лесном городке. У сторожевой башни. В семь часов вечера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
