Одним словом, я рысил по аллее Святого Роминия, не обращая внимания на жару и пыль. Выскочив на главную улицу, я выхватил меч и завопил, оглядываясь по сторонам:
— Он мой, паршивые собаки! Я первый увидел его! Две женщины у прилавка с арбузами взирали на меня с нескрываемым изумлением.
— Ты это о чем? — спросила одна.
— О единороге. Куда он побежал?
В ответ женщины взорвались хохотом и продолжали веселиться довольно долго. Судя по их виду, ничего более смешного им слышать в жизни не доводилось. И в то же время я знал, что не ошибаюсь. Сказочный зверь, выскочив из проулка, не мог их миновать.
— Разве из аллеи Святого Роминия не выбегал единорог? — спросил я.
Они внимательно взглянули на меня, и в их взоре я прочел неподдельную жалость.
— «Диво», — печально произнесла одна.
— Наркотическая галлюцинация. Очень тяжелый случай, — добавила другая.
Я принялся бешено крутить головой в надежде увидеть исчезнувшего зверя. Но не увидел никого, кроме нескольких зевак, остановившихся поглазеть на психа, вопящего о каком-то единороге. Одним словом, улица Совершенства жила своей обычной жизнью. Мне стало ясно, что никто здесь не видел сказочного существа с золотым рогом во лбу.
Видимо, кто-то решил надо мной подшутить, подумал я. Скорее всего это была проделка какого-то томящегося от безделья ученика чародея.
— Ну что же, — сказал я женщинам. — Раз так, то я куплю у вас арбуз.
Я съел арбуз на улице, и это несколько охладило мое разыгравшееся воображение. Надо быть полным идиотом, чтобы преследовать фантом. Неужели я глупею? Стаи столов, к сожалению — вполне реальных, сидели на гребнях крыш. Столы, если вы забыли, это черные мелкие птички, питающиеся падалью и всякой городской дрянью. Но в такую жару даже им было лень двигаться, чтобы добыть себе хлеб насущный. Представляете, каково было мне?
Вернувшись в «Секиру мщения», я увидел в своем жилище Макри. Рассказывать о встрече с единорогом я, как вы понимаете, не стал.
— Представляешь, мне придется стоя выступать перед всем классом, — начала она без всяких предисловий.
— Сдается мне, что ты об этом уже что-то говорила.
— Мне предстоит выйти из рядов и произнести речь публично!
— И об этом ты мне уже успела сообщить.
— Теперь положение усложнилось. Я должна буду выступать перед людьми, которые думают, что я воровка. Это несправедливо!
Когда Макри не в духе, ее руки машинально тянутся к тому месту, где обычно находится меч. То же самое она делает и сейчас, но, по счастью, оружия у моей подруги нет, поскольку она одета в свое крохотное кольчужное бикини. По ее обнаженному телу стекают струйки пота. Насколько мне известно, представители низших классов турайского общества балдеют, когда видят мою подругу в таком наряде. Это приносит ей дополнительные чаевые.
— Ты уже доказал мою невиновность? Нет? Почему?
— Я был занят.
— И долго ты еще будешь занят?
— Я расследую дело государственной важности, Макри. Вопрос жизни и смерти для нашего города. Вокруг меня трупы и трупы.
— Сколько уже?
— Девять.
Макри закусила губу, подумала немного и сказала:
— Я поставила на четырнадцать. Как по-твоему, не стоит ли поднять цифру?
— Никогда не говори со мной об этом позоре!
Она пожала плечами и вернулась к первоначальной теме:
— Выходит, я для тебя значу меньше, чем это паршивое дело?
— Именно так, — подтвердил я.
— Но почему?
— Во-первых, потому что дело, которое я веду, связано с вопросами государственной безопасности! — взорвался я. — И во-вторых, мне за него платят!
— Замечательно, — произнесла Макри. — Скажи, Фракс, разве я интересовалась тем, каков будет мой гонорар, когда спасала твою шею от вооруженного магическим мечом убийцы? Я просто спасла твою жизнь. Я не теряла времени на то, чтобы узнать о вознаграждении. Нет! Я рисковала своей жизнью, чтобы спасти твою. Но что это для тебя? Ведь я всего-навсего варвар. Бывший гладиатор орков... Когда я росла, меня не обучали правилам жизни в цивилизованном обществе. Я поступала так, как считала нужным...
— Макри! Ради всего святого, заткнись!
Когда Макри появилась в Турае, она была просто не способна на столь яркие и красноречивые выступления. Думаю, ее испортили занятия по риторике.
— Потерпи, Макри, я все для тебя сделаю. А пока сдавай свои экзамены.
— Перед людьми, которые считают меня воровкой?
Чтобы сменить тему, я поинтересовался, с какой стати она торчит в моем доме, когда ей надо быть на работе в зале.
— Гурд и Танроз все еще спорят, и атмосфера в таверне очень напряженная.
Тогда я изменил форму вопроса, поинтересовавшись, почему она пережидает бурю у меня, а не в своей комнате.
— Там Дандильон. Я сказала, что она может побыть некоторое время у меня.
— Почему ты все время путаешься с этой дурочкой? Дай ей под зад коленом.
Макри в ответ пожала плечами, а когда я принялся развивать эту мысль, впала в состояние сильного возбуждения. Я перестал к ней приставать, и поскольку моей подруге надо было отправляться на работу, проводил ее вниз. Я должен был направить очередное послание Лисутариде, чтобы дать знать о событиях в «Слепой кобыле». Но сначала, пожалуй, следовало принять одну-две кружечки пива. У стойки бара я наткнулся на Паракса, который, следуя своей обычной практике, не тачал сапоги, а донимал порядочных людей. Он поинтересовался, как прошел мой день.
— Отвратно.
— Неужели рядом с тобой сегодня не случилось ни одного нового покойника?
— С каких это пор ты стал этим интересоваться, Паракс? — спросил я.
— Я что, не имею права побеспокоиться, как дела у моих друзей? — вопросом на вопрос ответил он.
Я страшно удивился, услыхав, что Паракс входит в число моих приятелей. Сказав ему, что он может поискать информацию в оркской преисподней, я взял пиво, рагу из оленины, блюдо сладкого картофеля и большой кус яблочного пирога. Усевшись со всем этим богатством за столик, я, не переставая жевать, прочитал свежий номер «Достославной и правдивой хроники всех мировых событий» — одного из славящихся своей любовью к скандалам информационных листков. Надо сказать, что скандалы в Турае случаются постоянно, и от нехватки такого рода материалов газетенка не страдает.
Однако на сей раз скандальных событий почти не произошло, если не считать сообщения о том, что наследник трона принц Фризен-Акан продлил пребывание в своей загородной резиденции. Это должно было означать, что король отправил сыночка из города, чтобы тот протрезвел на свежем воздухе. Все обитатели Турая прекрасно понимали, что означает это закодированное сообщение. Кронпринц даже по королевским стандартам слывет полным дегенератом. В былые времена это было бы хорошо охраняемым секретом, но в наши дни, когда оппозиция во главе с сенатором Лодием постоянно набирает силу, все больше и больше людей начинают относиться к королевской семейке без всякого почтения. Когда я был мальчишкой, никто не осмеливался произнести в адрес короля ни одного дурного слова. Теперь же все кому не лень только и толкуют о том, насколько бы лучше стала жизнь горожан в условиях демократии. Некоторые члены Лиги городов-государств уже успели сильно пострадать в результате гражданских войн, разразившихся после ослабления королевской власти. Если сенатору Лодию и его партии популяров дать волю, то Тураю рано или поздно тоже не миновать гражданской войны. И это произойдет скорее раньше, чем позже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
