хочу, ну?
Воротит морду, теперь даже смотреть не хочет. А раньше-то, как ластился, стоило гладить начать, да за ушком чесать.
- Лапу, - прошу я.
Ноль ответа.
- Смотри, что у меня есть, - произношу загадочно и тянусь к поясной сумке, вытаскиваю из нее кусочки сушеного кроличьего легкого. Дразню.
Арни сглатывает слюну, но прощать меня явно не собираются. Упрямец. Но и я не из простых.
- Ну, как хочешь, - пожимаю плечами и иду вперед, тяну за поводок.
Кусочек лакомства убираю обратно в сумку. Туша волчья с места сдвигаться не собирается. К счастью, палатка, которую установили мы с Астрид при словесном, но вовсе необязательном «участии» Питера, буквально в трех шагах.
Закрепляю оставшимся колышком другой конец поводка Арни. Он поел и попил, такая мера как намордник только на ночь.
Эта первая ночевка в Долине и откуда ждать угрозы я пока не знаю, так что лучше на всякий случай подстраховаться. Да, князь тоже не обычный волк, есть в нем что-то чудовищное, он больше в разы и сильнее, но есть у Арни привычка в рот тянуть всякую гадость, так что предосторожность не повредит.
Если эта ночь пройдет гладко, то намордник я сниму, и, смотря на поведение его светлости, может, вовсе не буду больше его доставать из сумки на протяжении всего похода.
- Спокойной ночи, - желаю я и поддавшись жалости чмокаю князя в морду.
Никто из рыцарей пока спать не собирается. Стемнело окончательно, люди из Альдиса сидят у разожженных костров, настороженно прислушиваясь. Никто не разговаривает в полный голос, едва ли можно увидеть, как тут или там коротко перешептываются. Все рыцари во власти напряженного ожидания.
Астрид точит и без того острый до невозможного клинок, Питер рядом с ней редко моргая глядит завороженно на танцующие на сгорающих поленьях языки пламени.
Я забираюсь в палатку и кутаюсь в одеяло. Но даже так не становиться теплее, словно холод исходит изнутри тела, а не снаружи.
Ветра нет. Странное место. А небо было такое темное и мутное, ни звезд, ни луны не разглядеть.
Меня одолевает нехорошее предчувствие. Весь наш отряд сейчас как наживка, предложенный и поданный на блюдечке ужин. Но где же едоки? Разве сейчас не должно быть в Долине целой оравы голодных тварей, которыми двигает инстинкт добыть пищу для своего потомства?
Может ли это быть ловушкой?
Вряд ли сами твари до такого бы додумались. Ими движет только голод и ярость. А те немногие виды, что разумнее, держатся подальше как от людей, так и от обделенных интеллектом сородичей, одинаково представляющим опасность и для них тоже.
Сжимаю в руке облегченный меч, который все время пути был при мне, закрываю глаза. Силы нужны, поэтому надо спать, пока есть такая возможность.
Сегодня пушистой печки со мной рядом нет, пусть Арни побудет немного сторожем, слышит и видит он лучше нас, людей. Если что его насторожит, поднимет шум, и никакой намордник ему не помешает, он сделан так, что не сковывает его движения, и всего лишь не дает сожрать всякую бяку.
Из сна меня выдергивают громкие звуки. Такого я прежде не слыхала никогда. То ли рык, то ли вопль. Подрываюсь, быстро натягиваю скинутые вечером сапоги и сжимаю рукоять меча.
Стоит выйти из палатки, как передо мной предстоит ужасное зрелище.
Огромная трехголовая тварь, размером с двухэтажный дом заливается воплями и теснит рыцарей, сминает когтистыми лапами то, что было палатками. Надеюсь, в них не было людей.
Полный хаос. Рыцари машут мечами и факелами пытаются отогнать вездесущие зубастые головы, подвижности которых позавидует любая змея, ловко избегающие любого удара.
Немногочисленные маги отряда посылают пульсары, но те ловко отлетают от непробиваемой шкуры неизвестной мне твари. Подобного монстра ни одна из прочитанных мной энциклопедией не описывала.
- Это химера, - кричит кто-то впереди.
Вглядываюсь, но во мраке, который периодически озаряется яркими вспышками сложно разглядеть знакомые силуэты среди кажущихся одинаковыми в своих доспехах рыцарей. Надеюсь, с Астрид все в порядке.
Арни. Нужно его отвязать, вспоминаю я и не успев пробежать на подмогу к остальным и десяти шагов, возвращаюсь обратно.
Волк странно спокоен.
- Арни? Малыш, испугался?
Князь не реагирует на мой голос. Его корпус повернут полубоком в сторону темного леса. Туда, где сейчас сражение и сверкают всполохи, он даже не смотрит.
- Эй, малыш.
Никакой реакции.
Я подхожу еще ближе. Касаюсь мохнатой головы. Арни вздрагивает и жалобно скулит. Просит, чтобы я его отпустила. Напугали, ваша светлость. Выдыхаю с облегчением.
- Хорошо, сейчас я тебя развяжу. Только не убегай.
Его светлость перебирает лапами, послушно поворачивает голову. Смиренно ждет.
Но только я вытягиваю из мерзлой земли колышек, волк стартует прочь. Его огромная туша быстро исчезает среди деревьев. На снегу остаются следы лап и волочащегося следом поводка.
- Арни!
Оглядываюсь назад, сражение в самом разгаре. Рыцарям удалось выиграть преимущество, на месте одной из голов теперь жалкий обрубок. Но другие две стали только злее.
В сердце рождается паника. Что делать, кого просить о помощи…Я начинаю корить себя за слабость и глупость. Но такого раньше никогда не было. Всегда волк был рядом, постоянно таскался следом. С чего вдруг…
- Бери коня, скачи за ним! – капитан Бьорн словно черт из табакерки, всегда он появляется, когда его не ждешь.
Забеспокоился и решил проверить нас с князем?
- Но…
- Давай, найди его светлость и приведи его целым обратно! Поняла меня? Поняла? Исполнять! – приказывает мужчина грубо словно своей подчиненной, всучив мне в одну руку поводья, а в другую факел.
Когда успел? Неужто на всякий случай приготовил для меня и Арни безопасное отступление, если тут станет совсем «жарко»?
Требовательный окрик капитана работает как хороший пинок. Я прихожу в себя. Не время прохлаждаться, Ниль!
Запрыгиваю в седло и даю шенкелей, исчезая в той же темноте среди деревьев. Мне не простят, если с их господином что-то случится. Отправив леди одну ночью искать хозяина Севера в этом гиблом месте, ясно мне дали понять, что жизнь моя мало что стоит.
Князь! Подлый обманщик, обвел меня вокруг пальца! Вот же ж! Когда только научился так лгать?! Мой милый Арни уже не тот ласковый ластящийся щеночек! Сыграл на моем к нему доверии и привязанности и сбежал! Аферист недоделанный!
Я вернусь, о, непременно вернусь, не погибну в этом месте, если надо, притащу силком наглую морду обратно, буду смотреть в эти большие карие глаза пока там не
