оказалась перчатка с металлическими накладками, ухватила клинок сабли, повернула её и рукоятка покинула руку подлеца. Он отступил назад.
Северянин, грозно сдвинув брови, взял саблю в руку и помахал перед собой, рассекая воздух, словно примериваясь нанести удар.
Урген смертельно побледнел, ноги его едва держали. Из его побледневших губ вырвались слова:
— Ты убьёшь меня?
— Нет. Если бы хотел, то убил бы сразу. Как последнюю собаку! Пошёл вон! — с этими словами Азван вонзил саблю острием в песок, оставил так, повернулся и ушёл.
На всякий случай он наблюдал за негодяем своим третьи глазом, вдруг тот кинется на него сзади. Тогда он его встретит уже иначе…
Но этого не случилось. Значит, не совсем дурак!..
Общество наёмника вызывало столь сильные отвратные чувства, что принц невольно ускорил шаг, а затем побежал, хотя песчаное пространство не слишком для этого подходило. Тогда он стал имитировать бег, тогда как на самом деле фактически летел.
Почти сразу же услышал позади удивлённый возглас Ургена:
— Он не оставляет следов!..
Подумал: «А плевать! Хотя это упущение с моей стороны, мне следовало бы подумать о следах. На будущее учту. Но следовало поступить иначе: просто обездвижить его, и уйти, ведь я знал, что он так поступит…»
Оказавшись вне поля зрения подлого спутника, юноша задействовал заклинание мерцания и понёсся в воздухе невысоко над землёй максимально быстро, вытянувшись в струнку. Затем поднялся заметно выше, так было немного интереснее — он мог наблюдать большую территорию. Правда, глядеть было не на что, внизу находились почти ровные безжизненные пространства из глины и песка. Даже птицы встречались редко, порой удавалось глазом приметить змею, ящерицу или какого-то мелкого зверька.
Полёт продолжался почти всю ночь. Залитый чернотой небосвод порой казался сплошным тёмным бархатом с пришитыми на нём жемчужинами. От однообразия клонило в сон, Азвану приходилось делать усилия, дабы не заснуть. Но сон всё же сморил его…
На какое время, он не знал. Открыл глаза, осмотрелся. Ничего вокруг не изменилось, разве что из-за редких туч вышла яркая полная луна, осветив уже полностью песчаные просторы с невысокими барханами.
Удивился: значит, я могу спать на лету с действующим заклинанием мерцания? Не падаю, не меняю направления?..
Вздрогнул от мысли, что при столь быстром полёте могло бы произойти его снижение, а затем на полной скорости столкновение с землёй… Ну, с песком в данном случае. Всё равно ему бы не поздоровалось. Всевышний миловал.
Занятый такими мыслями, Азван обратил внимание на пришедшую к нему издали слева эманацию магии. Применил заклинание дальновидения и увидел почти ясно озарённые лунным светом стены с зубцами, амбразурами и башенками, высокие постройки, башни и купола. Это явно был какой-то город!
Он не мог пролететь мимо, вспомнив о хорошем отдыхе в Шадлаше, пусть даже его потом омрачил наёмник Урген. Потому свернул к городу, хотя до рассвета и отдыха было далеко.
С каждым прошедшим мгновением город впечатлял его всё больше своими внушительными зданиями из серо-белого камня, высокими башнями и мощной крепостной стеной. Окружавшие его волнистые песка пустыни создавали иллюзию моря, а он сам выглядел чудовищным кораблём, плывущим в нём. Закрытые огромные ворота украшали изображения вставших на задние лапы львов с грозно раскрытыми пастями. Они как бы говорили: сюда с недобрыми намерениями лучше не соваться.
Не сразу Азван осознал, что город выглядит безжизненным. Даже несмотря на ночь, какое-то наличие людей должно было ощущаться. Но этого не было.
В его сознании мелькнула мысль: «Не об этом ли затерянном городе говорил Урген?»
Закрытые ворота не помешали Азвану проникнуть в город по воздуху. Он полетел над тёмными пустыми улицами. В стороне углядел широкую ровную крышу, обнесенную узорной балюстрадой. Направил свой полёт к ней. На крыше оказался заметно потёртый, но совершенно чистый ковёр, лишь слегка припорошённым песчинками. Наверное, ветер сдувал с него мусор.
Принц, приподнимая поочередно за разные края, отряхнул ковёр. Установил магическую сторожевую сеть вокруг себя. Достал свои припасы, поел.
Сложил вдвое свой плащ и улёгся на него, подложив под голову свой мешок. Он вместе с плащом и ковром под ними создали довольно удобное ложе. Почти, как в предыдущий раз в вымирающем городе Шадлаше. Заснул довольно быстро…
Разбудили его совместным действием яркий солнечный свет и жара, они вырвали юношу из сна. Почувствовал себя хорошо отдохнувшим, хотелось действия.
Встал, огляделся вокруг. Осознал, что город пронизан магией, очень сильной и непонятной северянину природы. Она не была ему явно враждебна, потому он скоро забыл о ней.
При свете дня город произвёл очень сильное впечатление. Белокаменные здания, украшенные тончайшей резьбой, были не просто большие, но и красивыми своей необычной архитектурой и различными украшениями. Сияли синевой или золотом купола башен. Около них имелось немало пальм с раскидистыми ветвями и мохнатыми стволами. В том числе и у того дома, на крыше которого находился принц. Они тихо шелестели совершенно безжизненной листвой, ибо давным-давно засохли.
Людей или животных на улицах не имелось. Некому было убирать скопившийся мусор, упавшую листву и нанесённый ветром из пустыни песок.
Юноша отряхнул и уложил в мешок плащ, а его забросил за свои плечи и полетел в центр города к самому большому зданию. По мере приближения оно как бы вырастало в размерах, становилось величественнее и великолепнее. Несомненно, это был дворец местного правителя. Кто же им был? И давно ли он правил городом?..
Пролетая над торговыми рядами, заметил, что лавки полны товаров. Ими же заполнены прилавки. Сохранялось впечатление, будто торговцы и покупатели неожиданно исчезли, например, по мановению могущественного волшебника. При том, что главные ворота города остались закрытыми. Очень странно…
Глаза Азвана привлекли рулоны с красивейшей тканью. Он спустился на дорогу у прилавка, подошёл к ним, притронулся, и они тут же дрогнули, распались на клочки и кучки мельчайшей пыли. Понял, что все ткани давно превратились в тлен. Высохли или сгнили также все фрукты, ягоды, орехи, овощи, цветы, которые были выставлены на продажу в других лавках.
А вот прочие товары, изготовленные из дорогих пород дерева, обожжённой глины, камня и металлов, оказались в целости и сохранности. Как и оружие, драгоценные камни в рядах ювелиров. Здесь лежали различные украшения, слитки золота, серебра и были выложены отборные драгоценные камни — яхонты, индийские алмазы, изумруды, бадахшанские лалы-рубины, ярчайшая бирюза. Мимо пройти он не смог. Долго осматривал, любовался ими. Потом отобрал с десяток лучших и отправил в свой мешочек-кошелёк. Всё остальное оставил лежать на своём месте…
Далее пошёл пешком.
Главная улица
