Читаем без скачивания Королева в придачу - Вилар Симона

И неожиданно он ощутил интерес, почти любопытство, а с ними и нетерпение. Да, ему надо поспешить. Ему хочется поскорей выполнить поручение, а заодно и вновь познакомиться с загадочной опальной принцессой. И завтра он выедет как можно раньше... Хотя и не так скоро. Ведь ему ещё предстоит встреча с детьми.

Погода, которая поначалу благоприятствовала путникам, вскоре испортилась. Непроглядные туманы застилали все вокруг, вызывая лихорадку, несколько человек из свиты слегло, и они вынуждены были по пути оставить их. К тому же помощник Брэндона, Томас Болейн, оказался хитрее, чем о нем думали, и уже на следующее утро после возвращения Чарльза из Стилнэса попросил позволения съездить в свой замок в Кенте, куда недавно прибыла из Нидерландов его старшая дочь Мэри Болейн.

– Мне очень хочется увидеть ее, – говорил сэр Томас, не сводя с Брэндона своих темных, выразительных глаз. – Вы ведь понимаете, сэр, каково это, скучать по дочерям. А так я и встретился с моей Мэри, и даже привез бы её с собой. Я ведь примкну к вам при первой же возможности, а так как моя дочь сейчас не у дел, а её высочеству надо будет составлять свиту, то моя Мэри вполне может войти в окружение Мэри Английской.

Так он одновременно убивал двух зайцев. Брэндон не мог отказать ему после того, как в первый же день нарушил обязанности и покинул обоз, а во-вторых, устраивал положение дочери, то есть, получал своего человека при сестре короля.

Да, Брэндон не мог отказать ему, хотя и понимал, что теперь все тяготы пути теперь лягут на него одного, так как Гарри Гилфорд был не тем человеком, на которого можно положиться. Гилфорд более жаловался, чем помогал, а тут ещё Брэндону приходилось по мере продвижения обращать внимание на места, где им следует делать остановки на обратной дороге, дабы её высочество не испытывала неудобств в пути. В Саффолкшир обоз прибыл лишь в первых числах апреля. Тут небо вновь засияло голубизной и, когда они увидели за лесом зубчатые башни Хогли-Кастл, они показались путникам приветливыми и светлыми.

– Наконец-то я смогу встретиться с матушкой, – гарцевал на коне молодой Гарри Гилфорд.

Брэндон улыбнулся, заметив, какими глазами глядит Гарри на дорогу, как сдерживает нетерпение.

– Вы позволите, сэр?

Брэндон только натянул поводья своего гнедого, когда тот едва не сорвался с места за лошадью понесшегося вперед Гарри. И неожиданно сам ощутил нетерпение. Чарльз досадливо выругался, глядя, как его люди возятся подле увязшего в ложбине фургона, из которого вылазили женщины, чертыхаясь, почти как солдаты, и проваливаясь по щиколотки в грязь. Чтобы облегчить работу лошадям, слуги стали вынимать из фургона сундуки. Брэндон с раздражением подумал, что слуги провозятся здесь не менее часа, а ведь они почти приехали.

И Брэндон решился.

– Льюис, Оливер, Джон! Думаю, вы управитесь здесь и без меня. Поторапливайтесь!

И, опустив поводья и пришпоривая коня, он помчался вслед за молодым Гилфордом.

Ворота в замок были открыты, мост опущен. Копыта гнедого зацокали по брусчатке, когда Брэндон въезжал под темную арку ворот. Двое охранников хотели было остановить его, но он помахал у них перед носом свитком с королевской печатью, и они поспешили поклониться, приняли у него коня.

Брэндон огляделся. Здесь было удивительно тихо, словно все вымерли: слышался лишь перезвон железа в кузне, да ворковали, клюя рассыпанный ячмень, голуби посреди двора. Потом Брэндон увидел Мег Гилфорд, обнимающую сына возле одной из хозяйственных построек.

Брэндон не стал мешать их встрече, тихо прошел внутрь. В холле никого не было, Брэндон огляделся. Уютно, по-сельски просто, но уютно. И тут Чарльз, увидев гобелен напротив двери, даже присвистнул от удивления. Двор Маргариты Австрийской, купание мисс Попинкорт, король Генрих, да и он сам в свите его величества. Дорогое бархатистое шитье, жемчужная кайма, золотые нити. Неслыханная роскошь, а главное, как он оказался здесь?

Он не успел додумать, когда на галерее наверху распахнулась дверь и оттуда появилась смеющаяся парочка. Девушка в пестром оранжевом платье убегала от молодого нарядного юноши, но, увидев стоящего посреди зала мужчину в высоких сапогах, широкой накидке и берете с пером, оба замерли.

– Сэр Брэндон! – ахнула девушка.

Он тоже узнал даму с гобелена и, улыбаясь, пошел к ней.

– Мисс Джейн! Какая неожиданная и приятная встреча. А мы-то с Генрихом... с его величеством терялись в догадках, куда делась наша фландрская чаровница? – и он, лукаво улыбаясь, поцеловал ей руку.

Джейн выглядела растерянной и оглянулась на своего спутника, словно извиняясь. Но её манеры были безупречны, когда она представила их друг другу.

– Сэр Чарльз Брэндон, шталмейстер двора его величества. Мистер Боб... Роберт Пейкок.

И вдруг спросила:

– Почему именно вас прислали к её высочеству?

Брэндон деланно наивно моргнул ресницами, но улыбка его была насмешливой.

– Вы имеете что-то против моей кандидатуры? Ранее вы были куда любезней со мной, милая Джейн.

Фрейлина, похоже, смутилась.

– Да, я понимаю. Выбор короля не обсуждают. Вы прибыли за Мэри Тюдор?

– Где все? – не ответил на вопрос Чарльз.

– Они пошли к мельнице. Там сильно поднялась вода в реке от таяния снегов и...

– И ее высочество там? Что, вот так просто поехала поглядеть на это местное диво?

Джейн чуть улыбнулась.

– Мы живем в глуши, сэр. Здесь иные обычаи.

И тут вмешался этот щеголь Боб. Он сказал, что Мэри Тюдор (Брэндона шокировала его фамильярность) вместе со всеми отправилась на реку Гиппинг. Прибыл его отец, Джон Пейкок (опять тон, который намекал, что гость едва ли не из глуши приехал, раз не знает, кто его отец), и они вместе с принцессой поехали смотреть, как обстоят дела на мельнице. Ведь это очень важно! Вода в реке сильно поднялась, и если она прорвет дамбу, может быть наводнение, тогда все мануфактуры и ткацкая фабрика в низине окажутся затопленными, а это судит большие убытки.

Юноша говорил спокойно и с достоинством, но Чарльза это почему-то рассердило. Может, он ожидал от этого провинциала большего раболепия перед важной персоной, а может, его задевал колючий блеск в глазах этого кудрявого мальчишки – тот явно понял, что приезжего и его милашку Джейн что-то связывало. Но Брэндон живо сбил с него спесь, велел проводить себя.

Оставив Гарри в замке помогать встретить обоз, он вместе с Бобом поскакал к реке. Брэндону показалось, что юноша намеренно вел его по самым грязным проездам, и, когда наконец они услышали шум водяного колеса мельницы и голоса, Брэндон был заляпан грязью до самого берета. Однако столпившиеся над обрывом люди сразу увидели в нем знатного господина – они глядели на него с любопытством какое-то время, но потом их внимание вновь привлекла река. Брэндон с сопровождающим спешился, едва кивнув, когда Боб представил ему солидного вида мужчину, своего отца, который сразу стал пояснять:

– Мы не ожидали столь бурного таяния снегов, не ждали, что все эти сугробы сойдут меньше чем за неделю! Вода в реке теперь поднялась гораздо выше обычного уровня, видите, как несется, а ведь обычно Гиппинг тиха, как ягненок. Но сейчас мы опасаемся, как бы её напор не снес дамбу, что расположена выше по течению. Мы, конечно, открыли все шлюзы на всю высоту, чтобы вода проходила как можно скорее... Но если дамба рухнет и мельничное колесо не сможет вращаться с такой бешеной скоростью...

В его голосе явно чувствовалось волнение. Брэндон невольно склонился над обрывом, глядя туда, где большое мельничное колесо, потемневшее от воды и позеленевшее от водорослей, вращалось с неимоверной скоростью, вздымая ослепительно белую пену... Угрожающая картина. Даже вид хлопьев пены был зловещим, вода в реке дальше колеса была мутной и желтой, а звуки бешено вращающегося колеса – скрип, стоны, шум воды, создавали адскую какофонию.

– Это серьезно? – спросил он. – Я вижу людей с шестами у колеса.

– Они толкают шестами бревна и мусор, что несет река, ибо он может разрушить колесо.