Читаем без скачивания Сквозь строй - Маргарет Петерсон Хэддикс

— Значит, здесь уже кто-то побывал до нас. Один из соперников, — ответила Эми.

Как же они были наивны! Им даже в голову не пришло, что любой из искателей ключей тоже, как и они, мог прийти сюда ночью, опередив их. Или, того хуже, сама Изабель или Эйзенхауэр могли войти сюда, как только все они покинули храм, еще вечером.

От отчаяния и чувства невероятной беспомощности Эми еле держалась на ногах.

— Нас кто-то перехитрил, — простонала она. — Ключ уже у них, и неизвестно где.

Дэн толкнул дверь.

— Ошибаешься, — сказал он сестре. — Тогда они повесили бы на цепь замок, чтобы скрыть следы.

Дверь скрипнула.

— Вот видишь? — сказал он. — Кто бы там ни был, он все еще здесь.

Глава 15

Эми, трусиха, бессвязно что-то бубнила о том, что теперь надо быть очень, очень осторожными.

— Кто бы там ни был, он точно услышал, как упала цепь, и теперь будет начеку, — зловещим шепотом сказала она. Во мраке лицо ее стало похоже на призрак с огромными глазищами. — Они наверняка приготовили для нас западню. Пойдем назад. Нам не справиться без Нелли. Или даже без Гамильтона. Я верю ему, он уже не раз нас выручал, он поможет, если что. Надо все заново обдумать и самим заманить их в собственную западню…

— Что? И дать им сбежать с ключом в кармане? Пока мы тут занимаемся светскими разговорами? Не выйдет, — сказал Дэн.

Он вошел в храм и тут же исчез в кромешной тьме. И в этот самый момент в голове его родилась мысль. Эми права насчет цепи… Что ж, значит, надо повернуть это в свою пользу.

Он включил на полную мощность фонарик и во весь голос закричал:

— Полиция! Всем оставаться на местах!

В ответ ни звука.

Он обвел фонарем стены храма. Прислушался к тишине. Никого и ничего — ни оглушительного биения сжавшихся сердец, ни учащенного дыхания, ни жалобных стонов, зовущих о пощаде. Пусто. Он просунул голову в дверь и выглянул наружу.

— Можешь заходить. Берег чист.

— Идиот, — сказала Эми. — Дебил.

Но в храм она все-таки вошла. Значит, поверила.

Пусть говорит что хочет, а все равно она его послушалась!

— Скажи еще «ядовитая жаба ты горбатая», «дубина ты стоеросовая», «колчан ты без стрел негодный», — ответил Дэн. — Но зато я, в отличие от некоторых, не «трус с печенкой голубиной и без желчи»!

— Еще шекспировские проклятия? — удивилась Эми.

— Хочешь продолжить? — рассмеялся Дэн. — У меня их десятки.

— Спасибо, не надо, иначе мы не услышим, если вдруг кто-то войдет.

Дэн решил, что это здравая мысль, и закрыл рот. Они на цыпочках проследовали к надгробию великого Барда. Дэн светил фонариком на старый неровный пол, но от этого сумерки вокруг них казались еще более живыми и зловещими.

«Так кто же все-таки открыл дверь? — думал Дэн. — Если не кто-то из других кланов, то кто? А вдруг это и правда ловушка?»

Но все, что им оставалось делать, это идти дальше, не оглядываясь.

— Шекспир умер в тысяча шестьсот шестнадцатом году, — шепотом говорила Эми. — Давай надеяться, что с тех пор его могилу не вскрывали. Если земля в его могиле старая и ей четыреста лет, то она будет сухая, как пыль, и ее легко копать. А если она свежая, то…

— Все будет в порядке, успокойся, — перебил ее Дэн.

Они подошли к надгробию, и Дэн, как и раньше, отодвинул в сторону букет. Он вслепую провел пальцами по невидимым и лишь на ощупь заметным словам на плите. Странно, что их никто за все эти годы даже не заметил.

— Постарайся ничего не сломать, смотри, чтобы надгробный камень не свалился, — наставляла его Эми, закусив от страха губу.

— Это камень, Эми, — увещевал ее Дэн. — Как его можно сломать?

— Сверхъестественная сила? — наобум сказала она, желая, как и Дэн, пошутить в момент опасности.

Но было не смешно.

Дэн нащупал щель между надгробной плитой и полом и вдруг одернул руку!

— Эми! — шепотом выкрикнул он. — Это не земля! Это какая-то фальшивка!

— Что?! — удивилась Эми.

Он приложил ее руку к щели между плитами. Пусть сама убедится.

— Это… Это из каучука? — недоуменно спросила она. — Специально сделано так, чтобы с виду было похоже на землю!

Дэн подцепил каучук, и в его руке оказалась полоска обыкновенной резиновой ленты.

— Будь осторожней! Вдруг это оставили другие команды, чтобы спрятать следы! — прошептала Эми. — Возможно, она заминирована! Если ты потянешь…

— Либо кто-то нас действительно здесь ждал и облегчил нам задачу, — ответил Дэн.

Он посветил на щель фонариком и увидел, что под каучуковой лентой спрятаны петли. Он попросил у Эми пилочку для ногтей и подцепил их. И тут же плита стала с одной стороны приподниматься. Дэн посветил в могилу.

Он уже приготовился увидеть страшный скелет, истлевшие кости… но перед ним был просто гроб.

Вдруг на его крышке что-то сверкнуло. Дэн направил туда фонарик: на гробе лежал тяжелый металлический жезл. Он был весь сверху донизу исписан словами. Рассмотрев его внимательней, Дэн увидел, что это всего пять слов, которые повторяются, опоясывая весь жезл: Крепость Мадригалов — Родовое поместье Кэхиллов — Крепость Мадригалов — Родовое поместье Кэхиллов…

— Он говорит, куда нам теперь идти! — прошептал Дэн.

— Крепость Мадригалов, — еле слышно прочитала Эми. — Ну, разумеется.

Гонка за ключами не раз забрасывала их в разные точки земного шара, и они проникали в крепости и штаб-квартиры всех кланов, кроме своего собственного — и клана Лукаса в Париже, и клана Януса в Венеции, и клана Томаса в ЮАР, и клана Екатерины в Египте. И конечно же, следуя логике событий, теперь они должны посетить крепость Мадригалов.

— Родовое поместье Кэхиллов… Это там, где жили Гидеон с Оливией Кэхилл? — догадался Дэн.

— Да, тот самый дом, где последний раз все о Кэхиллы собирались за одним столом, — упавшим голосом тихо произнесла Эми. — Где же еще быть штаб-квартире Мадригалов, как не там?

Дэн вертел в руках жезл, все еще не отрывая глаз от пяти таинственных слов.

— Отлично, — сказал он наконец. — Значит, так. Все это очень красиво и символично. Как в поэзии. Или… неважно. Главное, где находится эта крепость — родовое поместье Кэхиллов? Они забыли оставить адрес.

Эми взяла у него фонарик и посветила им на гроб. И тут она впервые заметила то, что не увидел Дэн. Это была тоненькая щелочка в крышке гроба Она подняла с пола пилочку и просунула ее в щель. Это невероятно. Но за ней потянулся наружу кусочек ткани.

Какая-то лента.

— Часть два, — сказала Эми.

Они расправили ленту на полу и склонились над ней, разглаживая ее руками.

— А я думал, что это только у Шекспира такой жуткий почерк, — пробормотал Дэн.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросила Эми. — Может, это анаграммы или символы?

— В этой белиберде? Нет, я ничего не понимаю, — сказал Дэн и застонал. — Не могли они сделать нормальный шифр, из обыкновенных чисел, тут просто кошмар какой-то. Спасибо, господин Шекспир.

— И вам спасибо, Эми и Дэн, — услышали они у себя за спиной.

Оба они резко обернулись. Однако голос не принадлежал ни одному из членов семьи Кэхиллов и их сопернику. Это был старый смотритель, который подвизался в церкви по доброй воле и разрешил Дэну сделать бумажные оттиски с надгробной плиты Шекспира.

— Мы все объясним, — быстро сказал Дэн, надеясь, что объяснит Эми.

Старик вытянул перед собой руки, словно говоря, что ему не за что их прощать.

— Нет, нет, я все знаю и знаю, зачем вам это, — сказал он. — И я искренне благодарен за то, что вы… — Но тут он растерянно посмотрел назад и вокруг себя. — А… где же все остальные?

— Остальные? — эхом отозвалась Эми, не понимая ровным счетом ничего.

Старик не сводил глаз с дальней стены храма и тут, несмотря на мрак и полное отсутствие света, Дэн увидел, что лицо смотрителя стало белым как мел. Он начал медленно отступать назад.

— Это… это не то… не то, о чем я думал… — говорил он. — Я думал, что…

Он сделал еще шаг назад и полностью растворился в темноте.

Дэн поднялся на ноги, не сводя глаз с того места, куда смотрел старик. Раньше, когда они еще были маленькими и няни сменяли одна другую, Дэн был настолько предоставлен самому себе, что по ночам часами смотрел по телевизору ужастики. Такие, какие обычным детям — с мамой и папой — никогда в жизни не разрешили бы смотреть. Такие, в которых каждый раз обязательно появлялась толпа разъяренных людей, вооруженных вилами и огнем, толпа, жаждущая смерти.

Дэн смотрел в дальний угол храма, и ему казалось, что он снова видит эти ужастики.

С другой стороны нефа выстроились все участники битвы за тридцать девять ключей.

Глава 16

Для Эми эта толпа олицетворяла всех самых знаменитых злодеев, увековеченных Шекспиром. Вот Мэри-Тодд, Рейган и Мэдисон Холт — вылитые три ведьмы из «Макбета». Алистер — сам король Лир, сурово отвергший преданнейшую из своих дочерей. Вот Гамильтон — он словно сошел со страниц «Юлия Цезаря», вылитый Брут, вступивший в сговор против своего друга и покровителя. А Йона — так это двуликий Ричард III, который под маской доброго правителя готовит смертельный удар по своим родственникам. И Шинед… она как…