Глэд же выплясывал рядом с огнем какой-то полубезумный танец:
– Точно! Как я не мог этого понять раньше! Глубокая вода, омытая лунным светом! Память дорог и цель в конце! Песня пути, напетая мне кем-то давным-давно! Я могу вернуться домой! Могу!!!
Наконец он свалился на одеяло, совершенно обессиленный. Напился вдоволь воды и весело посмотрел на скрючившегося наемника:
– А ты чего грустишь? Можно сказать, я подарил тебе шанс.
– Какой? Идти с тобой?
– Зачем? У меня свой путь. И я, и ты – свободные люди. Каждый может идти туда, куда хочет. Я схожу на юг, разберусь с ночными видениями и вернусь домой. А ты можешь отправиться в путешествие. Навестить друзей. Или врагов
– Не понимаю.
– Да? Странно. А не обидно метаться по миру, прислуживая каким-то древним огрызкам и рискуя шкурой ради чужих интересов? Не хочешь поквитаться?
Фрайм медленно выпрямился и зло уставился на человека:
– Я бы с тобой поквитался. Раз и навсегда.
– Дурак. Точнее, не дурак. Ты марионетка. Тебя дергали за веревочки, ты бежал. На одно побережье, на другое. За кандидатами на смерть. Потом – за новым мясом взамен подохшего. И так по кругу. Тебе так промыли мозги, что ты и меня все пытаешься вернуть. Привязать к оборванным нитям, чтобы я плясал этот абсурдный танец и дальше: король гномов, хранитель Владыки. Не надоело?
– А у меня есть варианты?
– Есть! – Глэд рубанул воздух ладонью.- Ты свободен. Нет больше наемника. Нет больше человека, который кому-то обещал и присягал. Ты – это ты. И не обязан больше гнить в песках, идя по следу беглеца.
– Конечно. Вместо этого я буду медленно подыхать здесь, рядом с Источником. Пока не рассыплюсь от старости.
Глэд засмеялся, одобрительно кивая:
– Надо же, ты пока еще не растерял желания, как остальные. Ты еще что-то хочешь. Твоя голова еще думает, а не свистит пустым черепком вслед ветру.
Наемник медленно встал, подошел к спокойно сидящему человеку и вгляделся в его пустые глазницы, залитые мраком.
– Ты что-то знаешь, счетовод. Что-то такое, что способно примирить меня с действительностью.
– Чего ты хочешь, нежить?
Фрайм замолк. Надолго. Застыл, как изваяние, освещая окружающую ночь разгорающимся зеленым безумием, бушующим в глазницах. Потом ответил, вытолкнув из себя комок желчной злобы:
– Я хочу отомстить. Ты прав. Меня купили. Давным-давно. И я как преданная собака бежал по следу, приносил добычу, получал награду и снова бежал. Сейчас я хочу поквитаться. С моим бывшим компаньоном, втравившим меня в эту гонку. С бывшими хозяевами. Со всеми, кто подвернется под руку. Очень хочу поквитаться. Раз уж я потерял возможность дышать, любить, наслаждаться жизнью, я хочу сделать так, чтобы другие страдали не меньше меня. Мертвым нет дела до радостей живых. Я хочу убивать.
– Тогда смотри, мой бывший враг.
Глэд достал сумку и высыпал оттуда восемь небольших глиняных бутылок. Взял одну и аккуратно влил в широкое горлышко чуть-чуть зеленого зелья из стоящего рядом широкого ковша с длиной ручкой. Поставил бутылку на землю и замер.
Через минуту сквозь стенки медленно заклубились тонкие струи зеленого пара, легко испаряющиеся невесомой дымкой под легкими порывами ветра. Еще миг – и истончившаяся глина треснула, осыпавшись осколками на землю.
Глэд жестом прервал открывшего было рот наемника и взял вторую бутыль. Тонкая зеленая струя влилась в очередное горлышко, и человек поставил сосуд на угли, склонившись над ним и шепча что-то беззвучно. Скелет со все возрастающим интересом смотрел на происходящее. Минута, другая – и глиняная бутылка поставлена рядом с глиняными обломками. Поставлена, чтобы приковать к себе взор мертвого воина, наблюдающего за нарождающимся чудом.
Через десять минут Глэд ударом ноги разбил вторую бутылку и показал внутреннюю сторону черепков Фрайму:
– Видишь? Выглядит, как речная раковина. Сплошной перламутр. А всего лишь надо – открытый огонь и несколько правильных слов, сказанных вовремя. И любой из вас способен теперь получить тару для зелья. И наполнить бесчисленные кувшины и бутыли у Источника до краев. Чтобы ходить в дальние походы, не боясь сгинуть окончательно.
Наемник осторожно взял в костлявые пальцы обломок и внимательно рассмотрел переливающийся зелеными отблесками налет на внутренней поверхности. Потом бросил глиняный черепок в огонь и повернулся к человеку:
– Почему? Почему только ты смог найти ответ на эту загадку?
– Не знаю. Любой из прошедших посвящение знает слова заклятия. Любой мог связать между собой огонь и первые слова инициации. И вот результат.
– Да. Это результат. Это – возможность отомстить.
– Совершенно верно, Фрайм. Это возможность собрать армию. Целую армию желающих поквитаться. За муки, на которые вас обрекли. За эти бесконечные холодные столетия в пустынных горах. Тысячи беспечных лежебок требуют денег, новых земель и милости королей. Оплачивая все это чужими судьбами и жизнями. Им плевать на вас, на меня и на всех, кто живет за границей очередного государства. Орки разбили одну иллюзию среди северных снегов. Пора вам разбить другую.
Наемник положил руку на плечо Безглазому и тихо заговорил. Заговорил, роняя слова, напоенные смертью:
– Мим должен примчаться в Нарвел со дня на день. За мной. За тобой. Я должен с ним повидаться. И я повидаюсь. Даже если для этого мне придется разбудить всех местных болванов, покрывшихся за века пылью и паутиной.
– Разбудишь. Вас всех поддерживает ненависть. Она вас и поведет в бой. Ты прирожденный военачальник. Покажи им завтра этот трюк с зельем, дай им надежду дойти до города и подари силы для битвы – и они пойдут за тобой. Все до единого.
– Пойдут. Ты покажешь мне еще раз, как надо готовить правильные сосуды для нашей магической силы. А я расскажу тебе все, что знаю про Перворожденных, Спящих и поиск Хранителей. Надеюсь, что это поможет тебе, брат.
Глэд крепко обнял замерший скелет, потом порылся в сваленной поклаже и вытащил меч в ножнах:
– Держи. Твой. Как я понимаю, он еще не раз пригодится. Ты проснулся, брат. И я рад буду тебе помочь. Хватит плясать под чужую дудку. Пора поджарить пятки кукловодам. Время пришло.
С вет оплывшей свечи выхватывал из тьмы тонкие пальцы, осторожно перелистывающие плотные книжные листы. Вереницы букв, складывающихся в слова. Слова, цепочками нанизывающие друг на друга магические действия. Злые действия. Злые и пугающие своей бессмысленной жестокостью.
«Для того чтобы изгнать воду из колодцев, необходимо… Возьмите три меры помета пещерных летучих мышей, смешайте с соблюдением обряда, и каменные стены до трех локтей высотой рассыплются в прах… Если пленник молчит, используйте…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
