— К сожалению, не в моих силах помешать им встречаться. Да и вы, я полагаю, не обладаете таким влиянием на сестру, чтобы запретить ей делать то, что она хочет.
Джейн настолько свыклась с мыслью, что Годфрой и Оливия пользуются изменами Ирвина в свою пользу, что эта фраза сильно изумила ее.
— Но вам же это на руку, — непонимающе пробормотала она себе под нос, и в ужасе поняла, что произнесла это вслух. Она искоса взглянула на Роберта в надежде, что он не расслышал ее слов, но, увидев выражение его лица, поняла, что ее надежда тщетна. В его глазах она увидела два разъяренные вулкана.
— Почему вы это сказали? — требовательно спросил Роберт.
Джейн замерла на месте, закусив нижнюю губу. Лицо ее залила малиновая краска стыда.
— Простите, я не предполагала, что вы услышите. — Ничего глупее этой фразы придумать было нельзя. Если до этого он просто сердился, то теперь пришел в ярость.
— Почему вы это сказали?! — продолжал требовать ответа Роберт. Его цепкие пальцы сжали ее плечи, и, резко развернув Джейн лицом к себе, он прижал ее к дереву.
Она подняла на него испуганные глаза. Напротив стоял очень рассерженный человек. Его железная хватка напугала ее. Темные брови сошлись на переносице, образовав глубокую продольную морщину, рассерженные глаза зорко следили за каждым движением ее лица, губы сжались в узкую полоску.
— Я так полагаю, это был намек на некие отношения между мной и миссис Барроу, не так ли?
Джейн молчала, боясь шевельнуться. Отрицать глупо, соглашаться — равносильно самоубийству.
— Я ошибся в вас, мисс Пирс. Думаю, этот разговор надо прекратить. Не вижу в нем никакого смысла. — Он резко отпустил ее и отступил назад.
Джейн внезапно потеряла опору и, чтобы сохранить равновесие, была вынуждена опереться на ствол дерева.
— Не вздумайте донести Оливии о связи вашей сестры, — напоследок сквозь зубы процедил он и злобно взглянул на нее. — А теперь позвольте откланяться.
Он развернулся и пошел прочь.
— Я и не собиралась, — попыталась вдогонку ему оправдаться Джейн. Она скорее почувствовала, чем поняла, что совершенно несправедливо подозревала его. Сейчас мысли о близких отношениях Оливии и Роберта казались ей абсурдными и нелепыми. Какой же идиоткой она выглядит в его глазах, если все свои домыслы построила на простом незнании, что он, например, брат Оливии!
— Мистер Годфрой, постойте! — на ходу окликнула она его.
Он продолжал идти, хотя заметно сбавил шаг. Гнев постепенно покидал его, уступая место любопытству: что же привело Джейн к таким абсурдным выводам? Увидев, что до дома осталось не так уж далеко, он поспешно свернул с прямой мощеной дорожки на боковую тропинку.
— Но, послушайте, что я должна была подумать? У вас такие теплые отношения, а о родственных связях вы при мне ни разу не заикнулись. Мистер Барроу не очень-то вас любит, и это еще мягко сказано. После того спектакля, где мы с миссис Барроу познакомились, вы ушли вместе. А еще все эти ваши бессловесные обмены взглядами, когда вы понимаете друг друга без слов… — пыталась оправдаться Джейн. Если бы у нее хватило хладнокровия, чтобы посмотреть на себя со стороны, она бы покатилась со смеху. Но в тот момент она была не способна критически воспринимать свои действия и продолжала следовать за Робертом, который нарезал от нее уже четвертый круг по маленькому садику, благо огромное количество проложенных тропинок позволяло плавно менять направление.
— Мистер Годфрой, остановитесь же! Что за гонку-преследование вы тут затеяли! — В какой-то момент она наконец почувствовала, что ее дурачат, остановилась и рассерженно топнула ногой.
Плечи Роберта подозрительно вздрагивали, причина выяснилась, когда он повернулся лицом: он беззвучно хохотал.
Джейн бессильно развела руками — его реакция озадачила ее. Пару минут назад он пылал праведным гневом и вот уже покатывается со смеху над ее растерянным видом. Она ожидала, что он либо вовсе уйдет, отказавшись говорить, либо выскажет ей в лицо все, что думает по поводу ее извращенной фантазии, недалекого умишки и склонности делать поспешные выводы. Вместо всего этого он разыграл ее, воспользовавшись ее растерянностью, и теперь беззлобно посмеивается, словно это не она только что бросила ему в лицо косвенное, но от этого не менее беспардонное обвинение в связи с замужней женщиной.
— А я было подумал, что мы так и будем до вечера кружить здесь, пока вы наконец заметите, что происходит. Удивлен: вы проявили такую проницательность, а тут она вас покинула.
Такой намек на ее идиотское поведение заставил Джейн покраснеть и виновато опустить голову.
— Простите меня, я оскорбила вас по невежеству и собственной глупости. Надеюсь, вы сможете меня простить? — Она с надеждой открыто взглянула ему в глаза.
Этот прямой взгляд почему-то напомнил ему о том, как в аэропорту она пришла в себя и в первые минуты всматривалась в его лицо.
— Прощаю, — ободряюще улыбнулся Роберт и в качестве жеста мира протянул ей руку. В последний момент он не удержался и недоверчиво отдернул ладонь. — А вы точно больше не будете обвинять меня в предосудительных связях с замужними дамами? — внутренне посмеиваясь, уточнил он.
Джейн еще сильнее залилась краской, хотя, казалось, дальше краснеть уже было некуда, и покачала головой.
— Вы никогда не забудете, какую идиотскую выходку я тут устроила, — печально произнесла она.
Глядя на такое детское раскаяние пополам со смущением, Роберту стало ее жалко, и он ободряюще похлопал ее по плечу.
— Ну-ну, не расстраивайтесь так. Вы же не знали всех обстоятельств. Поэтому вполне понятно, что вы сделали неверные выводы.
Джейн покраснела еще больше. Роберт не умел читать мысли, поэтому не узнал, что в те мгновения ей хотелось от него вовсе не пожатия руки или дружеского похлопывания по плечу, что она внезапно вспомнила, как рассерженный Роберт прижимал ее к дереву. Несмотря на гнев в его глазах, она чувствовала возбуждение, и теперь прикосновение его руки вновь воскресило эти чувства. Они продолжили прогулку.
— Нет, только не говорите мне, что вы ее брат! — с притворным ужасом воскликнула она. — Тогда я буду выглядеть полной идиоткой! Хватит уже и того, что вы теперь считаете меня кретинкой и истеричкой.
— С целью пощадить вашу гордость заявляю, что не являюсь кровным родственником Оливии.
— Это огромное облегчение.
— И с Ирвином у нас нет никакого родства. Но я действительно дядя Бесс. Я был женат на сестре Оливии.
Джейн открыла рот от изумления — до такого простого объяснения она не додумалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
