на самом деле тот же керосин, хотя и не очень качественный, полученный из каменного угля. Но никому не приходило в голову, что нефть можно специально добывать из-под земли.
Впрочем, нефть «добывали» и до этого. Но как? Например, снимали с речной поверхности. Или она просто выплескивалась на сухую поверхность, как на Апшероне. Уже в IX–X веках арабские путешественники сообщали об источниках в районе Баку, из которых выливалось нечто, что отлично горело и хорошо отчищало верблюжий навоз, хоть и не годилось в пищу.
К 1829 году в районе Апшерона были известны 82 таких источника. В 1861-м там добывалось 90 процентов всей нефти в мире.
Но вскоре события в далеком американском штате Пенсильвания лишат Баку звания мирового нефтяного лидера.
А началось все с водяной скважины, пробуренной где-то в штате Кентукки. Некий старатель, чьего имени история, к сожалению, не сохранила, бурил землю в поисках соленой воды. И – победа! – вода брызнула фонтаном. Но увы – к ней была примешана какая-то вонючая гадость темно-зеленого цвета. Старатель очень расстроился, отнес пробу воды аптекарю. Тот удивился: да это же rock-oil, каменное масло! Но я не слыхал, чтобы оно водилось глубоко под землей. Обычно его собирают с поверхности небольших рек и ручьев. Ты, парень, случайно ничего не перепутал?
Но вскоре такие же случаи были отмечены и в других местах – и в Западной Виргинии, и в Огайо, и, наконец, что особенно важно, в Пенсильвании…
Обычно «масло» появлялось именно там, где пытались добыть из-под земли соленую воду для дальнейшей переработки и производства соли. Воду можно было очистить от нежеланного масла, но это был довольно длительный процесс – раствор нужно было отстаивать в специальных цистернах, и в конце концов маслянистая жидкость всплывала на поверхность, а соленая вода оставалась внизу. Тогда каменное масло выливали в выгребные ямы или прямо на землю. Но вскоре выяснилось, что проклятое вещество ко всему еще и пожароопасно! Так что пришлось выдумывать всякие сложные процедуры, закапывать маслянистую жидкость поглубже, в общем – мороки не оберешься.
Имя следующего героя история уже знает – это был Сэмюэл Кир, владелец соляных колодцев в районе Питсбурга. Примешанная к воде нефть сначала его тоже только раздражала, но потом, по совету опять же местного аптекаря, он решил попробовать извлекать из нее какую-никакую выгоду. Аптекарь уверял, что каменное масло известно своими целебными свойствами. К 1850 году «Целебный Петролеум Кира» продавался в бутылках уже по всем Соединенным Штатам и пользовался, судя по всему, немалой популярностью. К бутылке прилагалась инструкция, в которой перечислялись показания к применению: холера, болезни печени, бронхит. Дозировка – три чайные ложки в день. (Это неочищенной-то нефти – внутрь!)
«Лекарство» приносило немалые деньги, но Кир на этом не успокоился, задумавшись над возможностью использования каменного масла в качестве смазки и осветителя. Тем более что слухи об этих его свойствах уже и так ходили вовсю и нефть частенько служила на мельницах для смазки жерновов. По совету еще одного аптекаря (все они в то время имели образование или, по крайней мере, репутацию химиков, даже слово «chemist» в те времена обозначало и то и другое) Кир попытался очистить нефть и полученное масло использовать в лампе. И в какой-то степени преуспел, хотя масло и не дало ему такого же коммерческого успеха, как нефтяное снадобье.
Но вот в 1854 году пробирка с нефтью попалась на глаза Джорджу Бисселу, преподавателю древних языков и полиглоту, только что вернувшемуся в Пенсильванию из южных штатов и искавшему нового применения своим талантам. Нефть была местного, пенсильванского разлива, ее собирали с поверхности ручья на северо-западе штата. Биссел послал содержимое бутылки на анализ авторитетному химику, профессору Йельского университета Бенджамину Силлиману. Тот провел подробное исследование, потратив на него целых три месяца, и пришел к выводу: из нефти можно сравнительно дешево получать «крайне ценный продукт». А именно – керосин, который, по мнению Силлимана, многократно превосходил все другие применяемые для освещения масла и по яркости горения, и по экономической эффективности.
Но момент истины наступил чуть позже, и опять он был почему-то связан с аптекой, на этот раз в самом центре Нью-Йорка, на Бродвее. Биссел остановился в жару передохнуть у аптечной витрины и увидал другую бутылку с нефтью – ту самую, с «Петролеумом Кира». Но взволновали его не перечисленные медицинские свойства, а картинка на бутылке, изображавшая артезианский колодец. И надпись: «Это целебное каменное масло получено из-под земли, с глубины 400 футов».
Неизвестно, кричал ли Биссел при этом «Эврика!», но именно в ту секунду на него снизошло озарение: нефть можно добывать, как воду, через подобие артезианского колодца. Казалось бы, мысль совершенно очевидная, но ведь никому до тех пор она не приходила в голову нигде – ни в Америке, ни в Европе, ни в Азии.
Мало того, идея Биссела встретила понимание только ограниченного круга избранных. Он создал компанию для ее претворения в жизнь, но средств не хватало, пришлось привлечь посторонних инвесторов и фактически уступить контроль над ней более состоятельным людям.
Но среди тех, кто страстно, фанатично поверил в «теорию Биссела», был некто Эдвин Дрейк. Он не только вложил в компанию все свои скромные сбережения, но и вызвался осуществить экспедицию в тот район Пенсильвании, где подозревалось наличие большого месторождения. Район тот назывался в честь местной речушки – Oil Creek, то есть масляный, нефтяной ключ.
На поверхности реки действительно находили много нефти.
Но никакого опыта или подходящего образования у Дрейка не было. По жизни он был железнодорожным кондуктором. Ну еще много чего успел к своим 38 годам поделать: агентом побыть на комиссии, что-то там продавать без особого успеха да еще, кажется, чуть-чуть клерком потрудиться в какой-то конторе. И все.
Одна из главных причин, почему его наняли, состояла в том, что Дрейку, как взявшему по болезни отпуск кондуктору, полагался бесплатный проездной билет. А значит, он мог проделать значительную часть пути, не вводя компанию в дополнительные расходы.
Так плохи были у организованной Бисселом «Сенека Ойл» дела, что даже этот фактор имел значение. Компания с огромным трудом расплатилась с профессором Силлиманом, который заломил за свой доклад больше 500 долларов – колоссальную по тем временам сумму. Чтобы добыть эти деньги, одному из инвесторов пришлось даже дом закладывать. И теперь от Дрейка зависело, выжить компании или погибнуть. Один из акционеров, посмотрев внимательно на взъерошенного и, мягко говоря, не слишком элегантно одетого Дрейка, решил, что его репутация нуждается в подкреплении. И придумал поддержать ее следующим образом: заранее выслать в Пенсильванию несколько писем, адресованных «полковнику Дрейку». Впрочем, в «полковника» местные, кажется, не очень поверили, когда увидали его воочию.
Но все это
