ней черты лица Мелиссы? Вы ведь были близкими подругами. Она всегда желала тебе только добра.
Ориана молча смотрела перед собой, не зная что говорить и чему верить.
— Этот вопрос будет обсуждаться на совете. Решение будет оглашено перед всеми лишь после того, как оракул удостоверит всех нас в том, что ты действительно дочь погибшей наследницы Авендала.
— Я требую коронации. Если это правда, то вы обязаны поступить так, как велит закон этого измерения.
— Разве старшая хранительница учит императрицу законам измерения? Веди себя подобающе, — приказывала императрица.
Анахита молча покинула тронный зал, не поклонившись императорской семье. Торкес последовал за Анахитой.
— Что мы будем делать дальше? — спрашивала Анахита, быстро шагая вперед, — Они будут стараться мне помешать?
— Если оракул будет честен перед всеми, то императрица не станет бросать свои обещания на ветер.
— Такое возможно?
— Императрица способна на всё. Если она не видит в тебе потенциальную угрозу, то она не станет тебе мешать.
— Мне нужно разыскать своих друзей. Они должны знать о том, что произошло.
— Будь осторожно. Не стоит доверять всем подряд.
— Они — не все подряд. Они — мои друзья. Если нужно, эти хранители заступятся за меня и помогут мне. Я им верю. У меня нет никого кроме них.
Анахита направилась в покои Фэй. До того, как она успела дотронуться до ручки двери её покоев, из комнаты выпорхнула Фэй, которая в спешке помчалась к выходу из дворца. Вслед за ней из покоев вышли принц Тристан и Дэвид.
— Что на нее нашло? — спрашивала Анахита.
Неожиданно, Тристан дернул её за руку и затащил в покои Фэй, чтобы никто их не заметил.
— Вы чего? — озадаченно спрашивала Анахита, стоявшая спиной в двери.
— Фэй собирается стать посланницей блюстителя. Она хочет сделать то же, что и Кай.
— Зачем ей это нужно? Она сошла с ума?
— Куратор рассказала нам небольшой секрет. Чтобы выполнить последнее задание турнира, то есть стать бессмертным — необходимо либо стать посланником, либо же отразить удар блюстителя. Ее отец узнал о проделках императрицы и Киары. Он принял сторону Дианы и посланников блюстителей. Он помогает им в заговоре против Орианы. Чтобы содействовать ему и улучшить с ним отношения, Фэй хочет стать посланницей, — объяснил Дэвид.
— Как она станет посланницей? Разве это совершается по одному только желанию? Разве мы с Тристаном не можем направить на нее поток энергии, чтобы она отразила наш удар?
— Это слишком опасно для Фэй. Ты недооцениваешь наши силы.
— Будем надеяться, что Фэй справится. Она — наша надежда. Если он достигнет своей цели — победа в турнире будет в наших руках.
— Стоит ли отправлять её одну в это опасное путешествие? Я отправлюсь вместе с ней, — говорил Дэвид.
— Я поддерживаю тебя, Дэвид. Какой бы храброй и отважной Фэй не была, она слишком самонадеянна.
Повисло недолгое молчание, которое прервала Анахита.
— Мне нужно вам кое-что сказать, — начала она.
— Мы тебя слушаем.
— Я была на планете Авендал. Я встретила там своего отца.
— Какой чудак осмелился ступить ногой на планету Авендал? — спрашивал Тристан с ноткой сарказма в голосе.
— Этот чудак — знаменитый Абисс, которого все так боятся.
— Что? Этот хранитель — твой отец? Ушам своим не верю, — удивился Дэвид.
— Постой! Если Абисс — твой отец, значит принцесса Мелисса была твоей матерью? Неужели это действительно так?
— Мой предполагаемый отец мне об этом поведал. Я не знаю, верить ли во все это, но все факты действительно указывают на это. С помощью своего камня я смогла вернуть Авендал к жизни. Я просила императрицу отдать мне трон планеты Авендал. Я — законная наследница престола.
— Сколько же всего произошло сегодня? Как мы смогли упустить настолько важные события? — огорчался Дэвид.
— Забудь. Это сейчас не самое важное. Важнее то, что скажет оракул и что случится с Фэй и Каем. Надеюсь, наша команда сумеет добраться до победной точки.
При упоминании Кая, лицо Тристана приобрело недовольное выражение, что не ускользнуло от Дэвида.
— Ладно, ребята. Я думаю, пора оставить вас одних, — робко шептал Дэвид, ускользая к выходу из покоев.
Как только он ушел, Анахита и Тристан быстро сменили тему.
— Что здесь делает эта нахалка Аннабель? Разве она не была признана предательницей? Как она может вновь ступать ногой в этот замок? — повышала голос Анахита.
— Когда ты успела сделаться хозяйкой этого замка? На каких правах ты задаешь мне эти вопросы в таком тоне?
— Разве ты совсем ничего не понимаешь? — спрашивала Анахита, оскорбленная его словами.
— Я перестал что-либо понимать, когда ты как ни в чем не бывало обрадовалась при виде Кая. Я думал, что тебе хорошо рядом со мной. Я считал, что тебе нравится проводить со мной время. Но оказалось, что все совсем не так. Раз уж тебе все равно на меня и раз уж я не смог овладеть твоим сердцем, то я отпускаю тебя и не стану больше навязываться. Я женюсь на Аннабель, а ты оставайся с Каем. В любом случае, этот брак нужен нашим семьям. Если моя любовь для тебя ничего не значит, то пусть она достанется Аннабель. В этом плане она лучше тебя, — говорил Тристан с тяжестью на душе.
Обойдя Анахиту, он потянулся к двери и вышел вон, оставив её с искалеченным сердцем. Почему она не могла рассказать ему о том, что чувствует? Какие черты характера не позволяли ей открыть ему свое сердце? Какие чувства она испытывала к Каю, что относилась к нему не так, как к Тристану. Неужели он не видел то, как она ревновала его к Аннабель? Она лишь терялась в догадках, не в силах ответить ни на один вопрос. Анахита не знала, сколько времени просидела в комнате Фэй. Хранительница уткнулась в одну точку. Из звуков, что она слышала был лишь звон в ушах. Тристан оставил её. Отпустил. Неужели навсегда? Она ведь видела, что ему было больно все это говорить. Тогда зачем он это сделал? Неужели он действительно способен разлюбить её?
В дверь постучали. Анахита не обращала на это внимания. Но стук становился громче, что привело Анахиту в чувства. Она распахнула дверь настежь и увидела перед собой Думана, который никак не ожидал встретить её здесь.
— Я пришел за принцессой Фэй. До меня дошли слухи о том, что она собралась становиться посланницей. Ты знала об этом?
— Да, мне известно. Но она уже покинула дворец, — безучастно твердила Анахита.
Она еле держалась за ручку двери. Складывалось впечатление, что она вот-вот упадет. Думан взял её за локоть
