После того, как девушка его спасла, Владимир долго подбирал слова благодарности и строил планы сближения, но когда вернулся из госпиталя, оказалось, что прилетел их штатный медик, и Мария отбыла в свою Академию.
Казалось, все должно было вернуться на свои места. Но возвращаясь вечерами с разведки на базу, он ощущал ее отсутствие и постоянно думал о ней.
Через несколько месяцев, вернувшись с Ани и составляя штат новой сводной экспедиции на очередную мало разведанную планету, Владимир поймал себя на мысли, что обдумывает кандидатуру биолога в разрезе специализации Маши. В результате все-таки отправился в Академию, окончательно убедив себя в правильности сделанного выбора. Встретившись, он так по-деловому и начал разговор, но, взглянув в бездонные глаза девушки, понял бессмысленность попыток обмануть себя и ее. Она была нужна ему безраздельно, каждый день, на всю жизнь.
И тогда, подобно броску головой в прорубь, он сделал предложение, и получил ответ, достойный жены геолога.
С тех пор на их счету была не одна совместная экспедиция, в которых коллеги-геологи, будучи народом суеверным, после нескольких случаев утвердились во мнении, что у Машеньки простых просьб не бывает. Так случилось и с экскурсией в грот. Лично Владимир всегда считал горы не подходящим местом для увеселительных прогулок, но Мария настаивала, ребята поддерживали, а технические вопросы выразил желание взять на себя Матвеич.
Целый день в пещере с озером пролетел незаметно. В особенном восторге были дети – лазание по ближайшим залам и переходам, купание в теплой светящейся воде, пикник на террасе. Высказывались даже предложения остаться на ночь, чтобы полюбоваться на свечение каменного цветка. Но тут неожиданно пропала связь с внешним миром. Удивленные и слегка встревоженные люди засобирались домой.
На выходе из пещер вместо солоноватого морского бриза их встретил запах гари. Смрадные потрескивающие лужи расплавленного металла на месте доставивших их сюда транспортных средств вызвали нешуточную тревогу и заставили поспешить в Океаноград, со стороны которого поднимались клубящиеся столбы черного дыма. Мост через рукав Агидели так же исчез, превратившись в пышущие жаром груды рассыпавшегося железобетона. Пришлось налаживать веревочную переправу через брод выше по течению. Благо для геологов это дело привычное, и на все про все ушло чуть более получаса.
Зрелище, представшее на месте Океанограда, было поистине апокалиптическим, бросившим в дрожь не только детей и женщин, а и повидавших всякого мужчин. Дымящаяся мешанина из разрушенных до основания построек, смрад сгоревших человеческих тел, крики и стоны полуобгоревших людей, которым не повезло умереть в разверзшейся геенне сразу…
Из находившихся в городе не выжил никто. Среди находившихся в окрестностях людей все получили ожоги той или иной степени тяжести.
Выжившие рассказали о появлении в небе серых дисколетов и о том, как все металлические изделия вдруг вскипели и расплавились, сжигая все, к чему прикасались.
Последующие дни геологи, вместе с прибывшим с МОНИК русским персоналом, проводили поисково-спасательные работы, организовывали временные госпитали для пострадавших, хоронили обугленные останки в братских могилах. Подобных ужасов человечество не знало со времен Звездных Войн. Но сейчас все единодушно приняли версию о нападении галантов – пришельцев из другой галактики, о которых уже продолжительное время появлялись сообщения в СМИ. А если это новая космическая война, то на скорую помощь извне лучше не надеяться и надо пытаться выжить собственными силами.
– Галанты выжигают металл, как основу любой техногенной цивилизации, – заключил Матвеич. – Но, похоже, только на поверхности. Сквозь толщу воды и скальной породы облучение не проходит.
Решение напрашивалось само – обустраивать временное жилье в гроте и в подводном комплексе. Семьи геологов были готовы поселиться в спасшей их пещере. Персонал МОНИК склонялся перевезти родных на океанское дно.
Однако вдруг исчезли все транспортные средства с МОНИК, тем самым прервалась связь с оставшимся там иностранным контингентом. Те немногие их представители, которые находились на берегу, помогая в беде русским коллегам, лишь недоуменно пожимали плечами в ответ на вопросительные взгляды. Все прояснилось, когда вернулась амфибия, отправленная на поиск выживших к Горячим Ключам. Прибыв на ней к МОНИК, Мария с группой коллег обнаружили заблокированные шлюзы. По действующей в районе комплекса связи им сообщили, что МОНИК перешел под управление новой администрации, а присутствие русских здесь не желательно.
Что либо предпринимать, имея всего одну амфибию, было бесполезно. Потому вопрос с пиратским захватом подводного комплекса решили временно отложить.
Вересову не раз приходилось брать на себя руководство и ответственность за других. Но все ли он сделал в той обстановке, чтобы спасти людей? Спустя годы, он так и не нашел ответа на данный вопрос. Бессилен оказался и авторитет Марии. Большинство спасенных не пожелали покидать берег, рассчитывая на скорое разрешение недоразумения с подводным комплексом.
Ничто не мешало галантам в любой момент совершить новый налет, и Владимир увел в горы для поселения в гроте чуть более пятидесяти человек, почти все из которых были геологами и членами их семей.
Никто не ведал, сколь долгое время придется провести в горах, потому в первую очередь приступили к обустройству жилья. А на первое время поставили в гроте угле пластиковые палатки, имеющиеся в арсенале центра подготовки спелеологов, оборудованного в местных пещерах. Пригодилось и многое из другого оборудования, имеющегося здесь. Острая нехватка ощущалась лишь в медикаментах, все имеющиеся запасы которых были израсходованы во время поисково-спасательных операций. Также ранее на берег был переправлен и единственный синтезатор пищи со всеми запасами концентратов. Поэтому вопрос с провизией стоял не менее остро, чем вопрос с жильем и медикаментами. Кроме всего прочего, Матвеич предсказал скорое появление диких животных, которые наверняка разбежались из заповедников после выхода из строя отпугивающих их охранных периметров.
Первыми появились гигантские пещерные крысы – стайные ненасытные твари, размерами не уступающие диким свиньям. Они не только уничтожили скудные запасы вяленого мяса, начинающих осваивать охотничью профессию людей, но и невесть зачем погрызли большую часть сохранившегося оборудования, со складированного в отдельной, имеющей естественную вентиляцию пещере, обглодав пластиковые корпуса и покорежив все внутренности. На людей крысы пока не нападали, хотя каждая тварь вполне могла совладать с невооруженным взрослым мужчиной. Ясно, что стоит им хоть раз попробовать человеческого мяса, и поселенцам придется спасаться бегством.
