— представил меня церемониймейстер.
В огромном зале стало намного тише, а большинство гостей повернули головы в мою сторону. Я же, заметив принцессу, тут же направилась к ней.
— Камилла, рада видеть вас.
— Взаимно, Светаэль. Видишь, Эдгар, — она повернулась к брату, — я же говорила, что подруга моей подруги придет в таком наряде. Да, позволь представить — Эдгар, мой брат. Брат, ты видишь перед собой Светаэль, правительницу клана Мерцающих Теней. Прошу прощения, но нам надо встречать следующих гостей.
Знакомые лица здесь уже были, две однокурсницы, но я направилась туда, где в прошлое мое посещение подслушала интересный разговор брата с сестрой. Здесь никого не было, поэтому я в одиночестве принялась рассматривать высший свет. Правила этикета на таких мероприятиях полностью исключали возможность подойти и поздороваться, чему я была безумно рада.
Внезапно я увидела знакомое лицо. Ро́стин Меренга со своей женой Млиссой двигался в нашу сторону. Представления их я не слышала, значит приехала чета раньше.
— Мое имя Ро́стин Меренга, это моя супруга Млисса. Прошу простить меня за несоблюдение этикета, но у меня имеется веская причина, — он поклонился. — Баронесса Светаэль дар’Коддаррг наша хорошая знакомая, если и не друг семьи, то приятельница точно. Я хотел бы узнать, не случилось ли с ней несчастье.
— Я передам ей, что вы беспокоились, — я улыбнулась. — Рада, что у моей подруги здесь имеются настоящие друзья. Она упоминала герцогов Меренга. У меня есть просьба.
— Сделаю все, что смогу.
— Если вас кто-то попросит познакомить со мной, откажите, пожалуйста. Можете сослаться на меня.
— Светаэль, у вас невероятно красивая брошь, — я заметила, как Млисса пару раз бросила взгляд на нее. — Где вы купили ее? Или, может быть, назовете мастера?
— Она мне досталась по наследству, поэтому ничего мне о ней ничего неизвестно.
Наш разговор прервал голос церемониймейстера.
— Правитель княжества Ольтана Закир Ольтанский, его супруга Фелания Ольтанская, княжич Чентир Ольтанский, княжна Джулия Ольтанская.
— Странно, что князь решил посетить нас, — удивилась я. — Это же не обязательно, а нравы в Дарилии совсем не такие, как здесь. Герцог, я не имею в виду ваше герцогство, где я знаю, правила приличия отличаются от столичных.
— Видимо причина в том, что присутствует ее величество императрица Дарилии.
— А мне кажется, что причина в присутствии нашей новой знакомой, — возразила мужу Млисса. — Нетрудно было догадаться, что приглашение последует обязательно, а о клане Мерцающих Теней никогда не было ни одного упоминания.
— Ну, а теперь известно. Но пусть все остальное остается тайной, — я сделала загадочное лицо.
Сделала полшага в сторону, и теперь колонна почти полностью скрывала меня от находящихся в зале людей. Стали раздражать масляные взгляды некоторых аристократов. Мои собеседники не только заметили мой маневр, но и прекрасно поняли его причину. Ростин и Млисса тоже немного переместились, еще больше закрыв меня. После этого мы начали разговор о… моде. А, если быть более точной, то об одеждах двух Светаэль. Млисса призналась, что заказала себе брючный костюм у того же мастера, что шил мне. Но одевает его пока еще только дома, в том числе, когда принимает гостей.
— А я думаю, кто же здесь спрятался?
В поле зрения появился княжич. И первым делом нагло осмотрел меня сверху донизу и обратно.
— Вам надо непременно пойти со мной и быть в центре внимания.
— А вы, простите, кто? — я глядела на него, как на пустое место.
— Чентир Ольтанский, — он дернул плечом.
— Светаэль.
— Идемте, — он подставил локоть.
— Я не хочу быть в центре внимания. Меня полностью устраивает беседа с моими друзьями.
Он зло зыркнул на меня, думая, что я не вижу.
— С удовольствием присоединюсь к вам, — выдавил из себя молодой мужчина.
— Говорите, что то платье пойдет мне?
На момент прихода княжича мы разговаривали уже о местных нравах. Я думала, что они только в столице, но оказывается, что это не так. Ростин как раз хотел объяснить более подробно, но этот хам перебил. А сейчас и он, и его жена прекрасно меня поняли.
— Все верно, Светаэль, на вашей фигуре оно будет отлично смотреться.
— Но мне в нем будет неудобно наказывать разных хамов, — я покачала головой. — Моя подруга меня предупредила, что их здесь хватает и ей уже пришлось сражаться на дуэли.
— Дорогая, Светаэль, назовите их имена, и я решу вопрос, — влез в разговор Че́нтир.
— Я привыкла сама разбираться с ними и своими методами, — холодно ответила ему.
— И, вероятно, такими же способами, как и ваша подруга?
Я заметила, что Млиссе, в самом деле, очень хочется узнать правдивый ответ.
— Разумеется. Если невежда тянет ко мне руки, я просто обязана их сломать. Как правило, после этого их пыл угасает.
Краем глаза видела, как сверкнули гневом глаза княжича. Значит, он совершенно верно понял мой посыл. Что-то хотел сказать, но в это время появилась виновница торжества.
— Светаэль, срочно нужна ваша помощь.
— Прошу прощения.
Мы быстро прошли сквозь толпу аристократов, затем десять метров по коридору и вошли в небольшую комнату. Мне сразу в глаза бросились стоящие насупленными Дарья и незнакомый мальчишка, наверняка брат Камиллы. А вот девочка их возраста широко улыбалась.
— Светаэль, представляю тебе мою маму Селта́нну Дарилийскую. Мама, это Светаэль из клана Мерцающих Теней.
— И что здесь произошло? — я посмотрел на Дарью.
— А чего он дразниться! — воскликнула Даша. — И за косичку дергает.
Да, прическа у сестренки испортилась. Теперь стало понятно, почему у мальчишки такая мятая одежда.
— А у тебя сразу руки зачесались? Силу девать некуда? Мне напомнить?
Ученица развернулась, отошла на пару метров и упала на пол, приняла упор лежа, и начала отжиматься. «А ведь молодец! — мысленно похвалила ее. — Четко выдерживает расстояние до пола, чтобы не испачкать костюм». По мере того, как Даша отжималась, у охранника глаза становились все больше и больше, в конце вылезая на лоб. Даже у императрицы промелькнуло удивление.
— Остальное дома сделаю, — пробурчала девочка, но я-то видела по глазам, что сама она очень довольная.
— Я говорила тебе, мама, что их тренировки больше похожи на издевательства, — немного иронично произнесла принцесса. — А ты мне не верила. Теперь-то я знаю,
