убежденно прошептала я. — Наверное, мне достались сломанные идары. Это ничего не значит!
A даже если и значит… у меня есть дела и мысли гораздо важнее своей туманной родословной! Подышав на зеркало, я вывела на стекле букву «К».
И сразу внутри взметнулся шторм! Радость и боль, горечь и счастье… Я сжала зубы и решительно стерла букву с зеркала. Плеснула в лицо водой, поморгала. И замерла. Капля воды сползла с моей ладони, но вопреки закону мироздания не упала на пол, а устремилась вверх, медленно покачиваясь. Вслед за ней полетели и другие капли, вытекающие из незакрытого крана. Очень медленно я запрокинула голову и уставилась на потолок.
— Киар!
Дверь распахнулась моментально, и в купальне появился бесцветный. Почему-то у него в руках был все еще обнаженный клинок. Киар увидел меня — спокойно стоящую посредине комнаты — и убрал оружие, подняв белую бровь. Я ткнула пальцем вверх.
— У нас лужа на потолке! Ты когда-нибудь видел подобное?
Северянин уставился на быстро разрастающуюся водную кляксу. Капли воды продолжали взлетать и сливаться между собой. Лужа набухала, становясь все больше.
— Странно, — сказал Киар.
Я посмотрела в его лицо.
— Странно? Ты шутишь? Киар! У нас на потолке лужа! И вода течет не вниз, а вверх! И все, что ты можешь сказать — это странно? Тебе уже говорили, что своей невозмутимостью ты способен довести до помешательства?
Губы бесцветного дрогнули, но улыбка на них так и не появилась.
— Думаю, никто не осмеливался сказать мне подобное, Вивьен. Ну и потом… лорды севера высоко ценят холодную отстранённость рубиновой крови. Чувства мешают разуму. Но ты права. Лужа на потолке — это м-м-м… более чем странно.
Я открыла рот, но тут брови бесцветного взлетели еще выше, он рявкнул:
— И эта странность сейчас обрушится на нас!
И дернул меня в сторону! Не удержав равновесие, мы рухнули на пол, а вода перестала незаконно собираться на потолке и вернулась туда, где ей и положено быть. На пол! Окатив нас с Киаром каскадом холодных брызг.
Большая часть досталась северянину, потому что он закрыл меня своей спиной. Алые глаза вдруг оказались близко-близко. С некоторым удивлением я даже смогла увидеть, как стремительно расширяются в этих глазах зрачки.
— Что это было? — изумилась я, имея в виду загадочное поведение воды.
— А? — Киар моргнул, словно не понимая вопрос. Потом еще раз моргнул, рывком встал и подал мне руку. Пол в купальне теперь был мокрым, а на потолке осталось пятно. — Не знаю, — нахмурился северянин. — Я такого никогда не видел.
— А на кухне пауки сплели звездчатую сеть, — задумчиво пробормотала я, все еще с опаской косясь на струю воды из крана. Но она больше не шалила и исправно текла в каменную чашу.
— У меня есть предположение…
Договорить Киар не успел, потому что дверь распахнулась, едва не слетев с петель. В проеме возник Ржавчина и со злостью уставился на бесцветного лорда.
— Я велел тебе защищать Вивьен, а не сражаться с ней! — рявкнул он. — Так почему я узнаю, что ты пытаешься ее зарезать?
— Он не пытался меня зарезать! Ржавчина, я сама его попросила! — скользнула я между парнями. — Попросила научить меня сражаться!
Ржавчина рывком притянул меня к себе. Снова босой, одетый лишь в юбку. Я ощутила едва слышный сладкий запах леденцов и более сильный — мяты.
Покосилась на Киара, взглядом умоляя промолчать.
Парни были одного роста, но почему-то казалось, что лорд глядит свысока. Впрочем, так оно и было! Киар смотрел, как истинный аристократ смотрит на безродного самозванца, возомнившего себя королем. Красные глаза потемнели, а лицо бесцветного, наоборот, полностью утратило краски.
Ржавчина недобро прищурился, и меня охватило дурное предчувствие. Если мой вспыльчивый друг потребует от Киара какой-нибудь гадости, например, преклонить колени перед новоявленным правителем — кровопролития не избежать. К сожалению, Ржавчина на это способен. Более того — он этого хочет! В воздухе разлилось напряжение, и я торопливо схватила ладонь Ржавого короля.
— Что ты тут делаешь?
Он взглянул на меня — и напряженные плечи слегка расслабились.
— Соскучился. Идем, у меня для тебя есть подарок. — Снова недобрый взгляд в сторону Аскелана. И высокомерное: — На сегодня ты свободен, бесцветный. Я сам присмотрю за моей Вивьен. А ты посиди в каком-нибудь углу и не шатайся по замку, мои друзья не любят людей с оружием. Могут ненароком оттяпать тебе что-нибудь важное! Уяснил?
Рассмеявшись, Ρжавчина повел меня к выходу.
Я не рискнула обернуться на Киара Аскелана, который так и не произнес ни слова.
— Куда мы идем?
Миновав несколько узких коридоров, мы вышли на открытую галерею. Погода испортилась. Со стороны Взморья ледяной ветер нес холод и колючую снежную крошку. Я поежилась, а вот босоногий Ржавчина даже бровью не повел. Вытащив из мешочка на поясе ленту, он завязал мне глаза.
— Увидишь. Это сюрприз.
И он повел меня вперед. Я ступала осторожно, крепко сжимая сухую ладонь Ржавчины. Запах мяты стал отчетливее.
— Леди Куартис посоветовала мне жевать успокаивающие пастилки, — объяснил мой спутник, заметив, что я принюхиваюсь. — Они горькие и гадкие, леденцы мне нравятся гораздо больше! Но они успокаивают мою агрессию и позволяют дольше оставаться человеком. Даже когда я увидел тебя с этим белобрысым, то сумел остановить обращение.
— Киар всего лишь меня охраняет, — быстро сказала я. — И учит сражаться. Согласись, мне это пригодится!
Ржавчина над моей головой как-то странно хмыкнул, но не возразил.
Колючий ветер сменился прохладой, а потом теплом и даже… влажным жаром! Я втянула воздух и ахнула. Пахло нагретой землей, травой и цветами. Нежный аромат щекотал ноздри и волновал душу.
— Где мы?
Мой спутник убрал повязку, мимолетно погладив щеку. Я с удивлением оглянулась. Мы стояли в оранжерее! Когда я приходила сюда последний раз, стеклянный купол был разбит, а деревья мертвы. Но сейчас все изменилось. Крышу починили, наверху белели заплатки нового и пока слишком светлого купола. Я как-то видела работу стеклофакторов. Двери-асы с подобным Даром просто выращивали под своими ладонями
