После его слов я услышал тихий смешок Смирновой. Посмотрев на неё, увидел, что девушка слегка покраснела. То ли от смущения, то ли от смеха. А вот Варвара всё ещё казалась мрачной, и мне это не особо нравилось.
***
Перед глазами уже мельтешили цифры и формулы, но я не собирался так просто сдаваться. Сыворотка, что помогала мне прятать цвет покрова, практически была у меня в руках. Да, до этого нам с Сашей удалось воссоздать формулу, пусть и не до конца, отчего покров быстро принимал свой изначальный цвет. Но теперь, имея в руках такую лабораторию, как у Савельевой, я мог размахнуться на более серьёзные исследования.
— Как успехи, Филатов? — поинтересовалась директриса, сидя у меня за спиной. — Уже есть результаты?
— Они появились бы быстрее, если б вы не стояли над душой, — ответил я, взболтав в пробирке очередную смесь.
— Да брось, Илья, — с улыбкой произнесла она. — Тебе-то всего лишь надо произвести гидролиз.
— Вы это серьёзно? — скептически спросил я, повернувшись к ней. — Моя сыворотка и так слаба, а вы хотите её разбавить?
— Так, может, это и есть верное решение? — женщина устало вздохнула и, встав, направилась ко мне. — Я понимаю, что такому человеку, как ты, необходимо держаться настороже каждую секунду. Но это тебе и мешает, — с этими словами она забрала у меня пробирку и принялась над ней колдовать. — Ты вечно ищешь сложные решения, так как понимаешь, что легко тебе не будет. Слишком много взвалил на себя, Филатов, и даже команда не в силах за тобой угнаться. Ты шагаешь впереди человечества.
— Это вы загнули, госпожа Савельева, — тихо произнёс я, с интересом наблюдая за её манипуляциями.
— Отнюдь, — она покачала головой. — Я живу не первый год на этой земле, Илья. И уже не первый десяток. Ты удивишься, узнав, сколько мне на самом деле.
— Боюсь даже предположить, — скромно улыбнулся в ответ. — Чему меня научила жизнь, так это тому, что обсуждать с женщиной её возраст чревато вредно для здоровья.
— Ха, ха, ха, — задорно рассмеялась директриса, запрокинув голову. — И то верно. И всё же, ты наверняка знаешь, что влиятельные аристо с высокой ступенью Истоков живут намного больше обычных людей.
— Да, знаю, — кивнул я.
— И ты помнишь, что моя жизнь была весьма насыщенной, — продолжила Савельева, в очередной раз добавив в пробирку порцию блестящего порошка. — Особенно во время работы на правительство. И там я была знакома со множеством людей. А мои способности телепатии помогли узнать их ещё лучше, — она с прищуром посмотрела на меня. — Поверь, когда к человеку подкрадывается смерть, все его потаённые страхи вырываются наружу. И тогда ты узнаешь его настоящего. Я не могу сказать, что это приятное знакомство. Наоборот, зачастую люди — весьма противные создания.
— Да, таких я тоже знаю, — пробормотал я, вспомнив тех, кого отправил на тот свет.
— Но у медали всегда две стороны, — меж тем говорила директриса, переливая жидкость в новые пробирки. — И если есть те, чья душа сгнила, то обязательно найдутся те, кто ею чист. Пускай и отчасти.
— Если вы сейчас обо мне, то я совершенно на них непохож, — я уже понял, куда она клонит.
— Непохож, — согласилась Савельева. — На твоих руках слишком много крови. Конечно, не столько, сколько на моих, — при этом в её словах послышалась хищная усмешка. — И всё же ты стремишься к свету, а это о многом говорит. Я вижу твой потенциал, Илья, и он огромен. За столь короткое время, как ты решил стать Мором, произошло слишком многое, что кардинально изменило жизнь города. Даже мой брат до сих пор не может осознать того, что творится.
— Мне он казался умным человеком, — заметил я. — Разве он не должен рубить на корню все мои попытки двинуть его власть.
— Должен, конечно, — согласилась женщина. — Но я уже говорила, что он слишком самолюбив. Рома всегда являлся «золотым» ребёнком, которому доставалось всё, о чём он только пожелает. Всё детство и юность он был балованным ребёнком. Но, повзрослев, подумал, что ему мало того, что дают родители, и решил раскрыться.
— У него получилось.
— Верно, и все, кто ему мешал, поплатились жизнью. Включая твоих родителей, Илья.
Она бросила на меня взгляд и тут же вернулась к делу.
— Прости, если тебя это задевает, но такова правда, — продолжила моя собеседница.
— Думаете, их исследования могли насолить князю? — уточнил я.
— Разве нет? — хмыкнула директриса. — Сам посуди, у него в руках весь теневой бизнес Змееграда и ближайших городов. Оружие, наркотики, шлюхи. Он правит всем, и никто не смеет пикнуть против. Но внезапно под его же крылом появляются те, кто решил избавить мир от белого порошка, что приносит огромные деньги. Как думаешь, что сделают бизнесмены, чьи доходы решили урезать?
— М-да, — нахмурился я. — Но ведь он знал о разработках моих родителей, тогда почему согласился работать с Мором, который предложил ему то же самое?
— Разве ты предложил ему очистить город? — переспросила женщина, вновь посмотрев на меня.
— Не совсем, я обещал, что мои наркотики будут лучше, и принесут больше прибыли.
