А я здесь, представь, умираю от скуки. Магазинчик на первом этаже — единственное развлечение!
— Что ж не подцепишь своим языком какого-нибудь красавчика? Ты же умеешь!
Кикуэ мрачно скривилась.
— Мужики на пороге смерти — не в моем вкусе… Хотя в хирургии вроде лежит один симпатичный! — тут же добавила она, слегка покраснев.
— Ну вот, ветра в парус! Раз в хирургии — значит, выкарабкается… Может, ночью удастся прошмыгнуть к нему в палату?
— Ну, пока я разок пообщалась с ним в комнате отдыха. И номер палаты выведать не успела… Может, подберешь для меня какую-нибудь помаду внизу?
Когда Есико стала сушить ей волосы феном, Кикуэ заметно повеселела. Роскошная черная копна, которой она гордилась всю жизнь, отливала теперь серебром, а ближе к темечку поредела.
— Значит, помаду?
— Было бы круто! Да, и еще… мне назначили дату операции. На следующей неделе.
— Вот как?
— Это в будний день, так что детей не баламуть! Особенно Мидзухо. У нее обостренное чувство ответственности. Сразу все бросит и примчится сюда, как ошпаренная, непонятно зачем. Только раскудахтается зря.
— Ладно, детям не скажу, — кивнула Есико. И вдруг с ужасом представила: а во что превратится ее собственная жизнь, останься она вдруг без Кикуэ? Ее родители уже мертвы, дети далеко. Если чью-то судьбу и способна искорежить вся эта больничная эпопея, то лишь ее собственную…
— Ах да! И пожалуйста, заодно купи мне новый блокнот. У меня этот уже заканчивается…
Кикуэ выглядела почти счастливой. Похоже, ей удалось успокоиться — и уже не терпелось сочинять дальше свои дурацкие стишки.
— Перестань изводить бумагу! — выпалила Есико чуть громче обычного, пытаясь отогнать наползающую тоску.
— Может, показать тебе мое последнее?! — с издевочкой поддразнила Кикуэ.
— Спасибо, обойдусь! Дались мне твои дешевые порнофантазии!
— Кто знает? А вдруг это — посвящение тебе?
— Тогда тем более читать не буду. Ишь, чего выдумала!
— М-да, умеешь ты обидеть поэта… Ой, смотри, что там! — вдруг воскликнула Кикуэ, указывая куда-то за окно.
Есико взглянула. Там, за окном, шел снег.
— Это же готовое хайку! «Руки семьи моей — сушат мне волосы феном — под снегопад на том берегу!» Как тебе?
— Кошмар! — оценила Есико, выключила фен и застыла, глядя на снег за окном. — Интересно… какими мы стали бы по отдельности, если бы не решили жить вместе?
— Хм-м… Я думаю, такими же и остались бы. Обсуждали бы всякие глупости, ругались то и дело — но все равно цеплялись бы друг за дружку.
— Да, наверное…
Неужели в результате их жизни вдвоем на свет появилось то, чего раньше не было? Сложно сказать. Но если бы Кикуэ вдруг умерла — никто не оплакивал бы ее горше и безутешней, чем Есико. Ни один из ее бывших любовников, это уж точно.
— Если будет так сыпать и дальше, сугробы перед нашим подъездом придется разгребать лопатой, — заметила Кикуэ.
— Вот-вот! Так что давай-ка… возвращайся домой поскорей!
Кикуэ усмехнулась. Видимо, уловила, как командный голос Есико предательски дрогнул на середине фразы.
— Обязательно. Это же наш дом. Не надейся, я не позволю тебе наслаждаться им в одиночку!
Снег валил все сильней, за окном совсем побелело.
— Как же… красиво, скажи? — пробормотала Кикуэ, подаваясь, точно малый ребенок, всем телом к окну. Исписанный до последней страницы блокнот вдруг выпал из ее морщинистых рук — и улетел под больничную койку.
2015
Время большой звезды
Одна маленькая девочка вместе со своим папой переехала в маленький городишко, затерянный в глухой провинции очень далекой страны. Как объяснил ей папа, так нужно для его работы, поэтому теперь они будут жить в этом городе сами по себе.
— Эта страна не совсем обычная, — предупредил он дочь. — Люди здесь никогда не спят.
— Чем же они занимаются по ночам?
— Ночей здесь не наступает, хотя и делается темно. Поэтому ты можешь гулять по улицам в любое время суток.
Услышав это, девочка очень обрадовалась. Вот здорово! В обычной стране гулять, когда за окном темно, позволено только взрослым. Значит, она уже подросла?
— И у меня даже не будут слипаться глаза?
— Ветер с песчаных скал приносит волшебную пыль, благодаря которой спать больше нет никакой нужды…
Жизнь в этом городе и правда текла очень странно. С восходом солнца, едва небо окрашивалось голубым, все начинали хмуриться. «Большая Звезда пришла!» — вздыхали горожане и спешили укрыться в своих жилищах. А как только опять темнело — наступало Время Маленьких Звезд, и город вновь оживал. На взгляд его обитателей, Большая Звезда подбиралась к ним нестерпимо близко, палила слишком жарко и сияла чересчур ослепительно. А уж во время Маленьких Звезд по всему городу работали кондитерские лавки и магазины игрушек, в которых было вечно полно детей.
Как и говорил папа, спать здесь совсем не хотелось, сколько бы суток или месяцев ни прошло. И девочка стала чаще гулять во время Большой Звезды, когда народу на улицах было совсем чуть-чуть. Кондитерские с игрушечными до самого заката пустовали, но девочке больше нравилось, когда они залиты солнечными лучами.
В один из таких дней девочка встретила в парке мальчика. Он сидел на скамейке и читал книгу.
— Разве у тебя не болят глаза от Большой Звезды? — спросила она.
— Ни капельки! — ответил мальчик. — Лично мне это время нравится больше всего. Весь город белый, так и светится изнутри. Только взгляни!
Девочка оглянулась — и действительно увидела, что белое сияние Большой Звезды отражается от всего, что ни есть вокруг: от скамейки и детской горки, от дороги и домов…
— Вот и у меня не болят! — призналась девочка. — Там, откуда я приехала, все живут при таком ярком свете самой обычной жизнью.
— О! Так ты из другой страны? Круто! Значит, тебе там удавалось поспать?
— Ну еще бы!
— Вот это да… И каково это? На что похоже?
— Я тебя научу. Это просто! Закрой глаза, чуть-чуть подожди — и тогда все случится само. Ты сможешь увидеть самые разные сны!
Девочка с мальчиком сели на скамейке бок о бок и закрыли глаза. Но сколько ни ждали зажмурившись, никому из них так и не удалось провалиться в мир сновидений.
— Наверно, тебе нужно потренироваться, — сказала девочка. — Давай уедем из этого города куда-нибудь далеко. И тогда все получится!
Мальчик озадаченно сдвинул брови.
— Разве ты не знаешь? Кто однажды посетил этот город, не заснет больше нигде и никогда!
Девочка пришла в ужас.
— Если волшебная пыль коснулась тебя, от ее колдовства уже не избавишься, — продолжал он. — Взрослые говорят, что не
