______________
* 2 Вероятнее всего предположение С. М. Соловьева, что это был один из притоков Суры, именно Уза. III. пр. 274.
** 3 "и оттолh послаша послы своя, жену чародhйиу и два мужа съ нею, ко княземъ Рязанскимъ, прося у нихъ десятины во всемъ: во князhхъ, и въ людhхъ, и въ конехъ, десятое въ бhлыхъ, десятое въ вороныхъ, десятое въ бурыхъ, десятое въ рыжихъ, десятое въ пhгихъ". П. С. Р. Л. I. 221. "и въ доспесехъ" прибавлено в Ник. II. 371. Под именем жены чародейки "должно разуметь шаманку, вероятно, вызвавшуюся, идти добровольно в неприятельскую землю", говорит проф. Березин в своих заметках на рассказы мусульманских историков. Ж. М. Н. Пр. 1855 г. Май. Замечательно, что в Сказании о чародейнице не упоминается, а просто говорится: "и посла на Рязань послы бездhны".
*** 4 Кто был отправлен во Владимир летописи не говорят; так как Роман явился после у Коломны с владимирскою дружиною, то, вероятно, это был он. То же самое надобно сказать об Ингваре Игоревиче, который в то же время является в Чернигов.
**** 5 "Киязь Федорь Юрьевнчъ вскоре прiиде къ царю Батыю и моли его утоляя дары, чтобы не воевал Рязанские земли; безбожный же царь Батый, лстивъ бо есть и немилосердъ, прiа дары лестiю и охабись воевати Резанскiе земли, и начаша Князей Резанскихъ потhхою тhшити, и начаша у нихъ просити сестры или дщери на ложе на блудъ. И нhкiй отъ вельможъ Резанскихъ наученъ бhсомъ, и сказа безбожному царю Батыю, яко благовhрный князь Федоръ Юрьевичъ Резанскiй имhетъ у себя Княгиню отъ царска рода, а тhломъ и лhпотою красна бh зhло, безбожный царь Батый лукавъ бо есть и немилостивъ въ невhрiи своемъ, пореваемъ въ похоти плоти своеа, а рече Князю Федору Юрьевичу: даждь ми Князь видhти жены своее красоты. Благовhрный же князь Федоръ Юрьевичъ посмhяся и рhче царю: неполезна бо есть намъ крестьяномъ тебh нечестнвому царю и безбожну водити жены своя на блудъ, аще насъ преодолhешь, что и женами нашими владhти начнеши. Безбожный же царь Батый возярися зhло и горчися, и повhле вскоре убити благовhрнаго князя Федора Юрьевича, а тhло его повелh поврещи зhрем и птицам на растерзанiе, и иных Князей нарочитых побилъ, и единъ отъ пhстунъ князя Федора Юрьевича именемъ Аполоница, зря на блаженное тhло честнаго своего Государя горько плачющися, и видя его никимъ брегома, и взя тhло возлюбленнаго своего Государя, и тайно сохранв его на мало время, и ускори ко благовhрной Княгинh Еупраксiи, каза ей яко нечестивый царь Батый убилъ блаженнаго Князя Федора Юрьевича. Блаженная же Княгиня Еупраксея царевна, стоя въ превысоцемъ храмh своемъ и держа любезное чадо свое Князя Ивана Федоровича постника, услыша таковы смертоносныа глаголы и горести исполнены, и абие ринувся съ превысокаго храма своего на среду земли и з сыномъ своимъ со княземъ Иваномъ, и заразися до смерти".
Князья черниговские и северские отказались придти на том основании, что рязанские не были на Калке, когда их также просили о помощи 6*. Недальновидный Юрий Всеволодович, надеясь в свою очередь одними собственными силами управиться с татарами, не хотел присоединить к рязанцам владимирские и новогородские полки; напрасно епископ и некоторые бояре умоляли его не оставлять в беде соседей. Огорченный потерей единственного сына, предоставленный только собственным средствам, Юрий Игоревич видел невозможность бороться с татарами в открытом поле, и поспешил укрыть рязанские дружины за укреплениями городов 7**. {86}
______________
* 6 Об этом говорит Татищ. III. 648.
** 7 Мы не верим существованию большой битвы, о которой упом. Ник. л. II. 371, и которую сказание описывает с поэтическими подробностями. Другие летописи ничего о ней не говорят, упоминая только, что князья вышли навстречу татарам. Самое описание битвы в сказании очень темно и невероятно; оно изобилует многими поэтическими подробностями, напр.: "и видя Князь Великiй Юрiй Игоревичь убiена брата своего Князя Давида Игоревича и тhхъ князей и сродникъ своихъ, и воскреча въ горести душа своея: братiа моя милая, и дружина ласкова, узорочье и возпитанiе Резансвое, муяайтеся и крhпитеся; братъ нашъ Давыдъ прежде насъ чашу испилъ и мы ли ее непьемъ; удальцы же и резвецы Резанскiа тако бьяшеся крhпко и нещадно яко и земли постонати. Батыевы полки сильные вси смятошася. Князь Великiй Егоргiй Ингоревичь зъ братiею тако мужественно и крhпко бьяшеся, многiе полки сильныа проhзжая храбро бьяшеся, яко всhмъ полкомъ Татарскимъ поднвитися крhпости и мужеству Резанскому господству, и едва одолhша ихъ сильныа полки Татарскiа. И ту убiенъ бысть благовhрный Князь Великiй... и многiя Князи мhстные, и воеводы крhпкiа, и удальцы, и узорочье и воспитанiе Резанское, вси равно умроша и едину чашу смертную пиша, ни единъ отъ нихъ возвратися вспять, вси вкупе мертвiи лежаша". Из летописей известно, что Юрий Игоревич был убит при взятии города Рязани. Рашид Эддин, из мусульманских историков наиболее подробный повествователь Батыева похода, не упоминает о большой битве с рязанскими князьями; по его словам татары прямо подступили к городу Ян (Рязань) и в три дня его взяли. Березин. Ж. М. Н. П. 1855 г. Май. 28 стр. прим. 60. Впрочем, отступление князей, вероятно, не обошлось без сшибок с передовыми татарскими отрядами, которые их преследовали.
Многочисленные татарские отряды разрушительным потоком хлынули на Рязанскую землю. Известно, какого рода следы оставляло после себя движение кочевых орд Средней Азии, когда они выходили из своей обычной апатии. Мы не будем описывать всех ужасов разорения. Довольно сказать, что многие селения и города были совершенно стерты с лица земли. Белгород, Ижеславец, Борисов-Глебов после того уже не встречаются в истории. В XIV в. путешественники, плывя по верхнему течению Дона, на холмистых берегах его видели только развалины и пустынные места там, где стояли красивые города и теснились живописные селения. 16 декабря татары обступили город Рязань и огородили его тыном. Граждане, ободряемые великим князем, в продолжение пяти дней отражали нападения. Они стояли на стенах, не переменяясь и не выпуская из рук оружия; наконец стали изнемогать, между тем как неприятель постоянно действовал свежими силами. На шестой день татары сделали общий приступ; бросали огонь на кровли, громили стены бревнами и, наконец, вломились в город. Последовало обычное избиение жителей. В числе убитых находился Юрий Игоревич. Великая княгиня со своими родственницами и многими боярынями напрасно искала спасения в {87} соборной Борисо-Глебской церкви. Все, что не могло быть разграблено, сделалось жертвою пламени. Покинув разоренную столицу княжества, татары продолжали подвигаться в северо-западном направлении. В сказании следует затем эпизод о Коловрате. Один из рязанских бояр, по имени Евпатий Коловрат, находился в Черниговской земле с князем Ингварем Игоревичем, когда пришла к нему весть о татарском погроме. Он спешит в отечество, видит пепелище родного города и воспламеняется жаждою мести. Собрав 1700 ратников, Евпатий нападает на задние неприятельские отряды, низлагает татарского богатыря Таврула, и, подавленный многолюдством, гибнет со всеми товарищами; Батый и его воины удивляются необыкновенному мужеству рязанского витязя 8*. Летописи Лаврентьевская, Никоновская и Новогородская ни слова не говорят о Евпатии; но мы не можем на этом основании отвергнуть совершенно достоверность рязанского предания, освященного веками, наравне с преданием о зарайском князе Федоре Юрьевиче и его супруге Евпраксии. Событие очевидно невыдуманное; только трудно определить насколько народная гордость участвовала в изобретении поэтических подробностей. Великий князь Владимирский поздно убедился в своей ошибке, и спешил изготовиться к обороне только тогда, когда туча надвинула уже на его собственную область. Неизвестно зачем он выслал навстречу татарам сына Всеволода с владимирскою дружиною, как будто она могла загородить им дорогу. С Всеволодом шел рязанский князь Роман Игоревич, до сих пор почему-то медливший во Владимире; сторожевым отрядом начальствовал знаменитый воевода Еремей Глебович. Под Коломною великокняжеское войско было разбито наголову; Всеволод спасся бегством с остатками дружины; Роман Игоревич и Еремей Глебович остались на месте. Коломна была взята и подверглась обычному разорению. После того Батый оставил рязанские пределы и направил путь к Москве.
______________
* 8 "Татарови же возбояшася видя Еупатiа крhпка исполина, и наводиша на Еупатiа множество саней съ нарядомъ и едва одолhша". Замечателен способ, которым татары одолели Евпатия. Мне случилось слышать предание о каком-то рязанском богатыре-разбойнике, который был убит точно таким же способом, т. е. помощью саней.
Кроме Всеволода Пронского и князя Муромского семеро рязан-{88}ских князей - все потомки Игоря Глебовича - погибли от татарского меча. Это были: великий князь Юрий Игоревич, его сын Федор, внук Иван Постник, брат Олег Красный; племянники: Глеб, Давид и Роман Ингваревичи. Четвертый брат последних Олег попался в руки Батыя и отведен в Орду.
