Надо надеяться, Клайв пришел не за очередным бокалом коктейля. Он явно уже захмелел. Как оказалось, у него было иное на уме.
— Послушайте, — снова произнес он, жестом привлекая наше внимание и тыча непослушным пальцем в грудь Джорджа. — Вы раньше были Джорджем Чаллонером?
Джордж напрягся, но улыбаться не перестал.
— Бывало.
— Говорил же тебе, Джон! — возликовал Клайв со смешком и обернулся к приятелю, который, покачиваясь, стоял рядом с ним. — Это он!
— Джордж Чаллонер бармен? Не верю!
— Предпочитаю распоряжаться коктейлями. Это приятнее, не находите?
— Из Чаллонеров — в бармены, вроде как понижение, а?
— У каждого своя точка зрения.
Клайв смотрел на него, набычившись, видно, пытался поймать фокус разбегающимися глазами.
— Думал, вы в тюрьме.
Джордж выпустил меня из объятий.
— Нет, вроде нет.
— Знаете, я ведь работал на Чаллонеров. — Язык Клайва заплетался. — Вы не помните, но это так. Моя первая работа, круто. И вдруг кризис, сокращение и наезд Отдела по борьбе с мошенничеством, угадайте, почему? Все из-за вас. Я потерял работу и шанс восстановить свои акции в других банках. Вы хоть представляете себе, как это было унизительно? — Его лицо перекосилось от возмущения. — Вы подумали о тех, кого выкинут за борт из-за вас, а?
— Готов признать, о вас я и не подумал. — Джордж окинул взглядом безупречно скроенный смокинг Клайва и «ролекс» на его запястье. — Вы неплохо устроились, вопреки моим козням.
— Само собой. Хотя не так здорово, как пристроились вы. — Неплохо подцепить одну из дочек Кевина Тейлора, а?
Подтекст был ясен, что еще надо от меня мужчине, если не баснословные миллионы моего отца?
— А я и не знал, что у Саффрон есть сестра. Теперь понятно, почему вы оказались в глубинке.
Джордж не отвечал, его лицо запылало таким презрением, что те два приятеля нетвердо отступили на шаг. Я во все глаза смотрела на Джорджа, во рту пересохло от волнения. Я никогда не видела его в таком гневе, он напоминал огромного кота: хвост подергивается, пружинистые мускулы подобрались, того и гляди, бросится и зарычит.
Напряженное противостояние не осталось незамеченным. Я увидела, как обернулась Саффрон, и положила ладонь на руку Джорджа.
— Джордж!
Он даже не посмотрел на меня, но я чувствовала, как его мускулистая рука постепенно расслаблялась — не хотел портить настроение Саффрон. По лицу я видела, как мужественно он обуздывает себя, чтобы избежать скандала, но желваки продолжали играть на его скулах.
— Извините, — сказал он, подхватывая поднос с бокалами со стола за спиной. — Гости жаждут коктейлей.
Он мимоходом что-то прошептал Клайву на ухо. Я не расслышала, что именно, но Клайв помрачнел. Значит, не комплимент.
— А вы будьте осторожнее, — сорвался на меня Клайв, когда увидел, что я наблюдаю за ним. — Джордж Чаллонер кидала. Всем давно известно.
К моему огорчению, за обеденным столом мне выпало место рядом с приятелем Клайва Джоном. Я сказала Саффрон, что понятия не имею, кто с кем желает соседствовать и кого надо бы развести, она сама корпела над планом рассадки гостей. Я непомерно радовалась, обрекая ее на эти муки, но теперь жалела, что своевременно не уделила ей толику внимания. Джордж оказался на противоположном торце длинного стола.
Джон явно назначил себя моим тайным советником.
— Вы наслышаны о Джордже Чаллонере?
— Вполне.
— Глазам своим не поверил, когда увидел его здесь. — Джон шумно втянул в себя живительный напиток. — Так и сказал Клайву: он ведь в тюрьме. Там ему самое место! Саффрон знает, что его погнали с работы?
— Быть уволенным — еще не уголовное преступление, полагаю, — заметила я холодно.
— Если сделать то, что натворил Джордж Чаллонер, вполне потянет. Моральная нечистоплотность — серьезное дело, а он пускал по ветру хедж-фонды[1].
Я не собиралась сообщать ему, что понятия не имею о том, что такое хедж-фонды.
— Коль скоро он не сел в тюрьму, наверняка не совершал.
— Чаллонеры просто нажали на все кнопки, чтобы замять дело, но расследование той аферы велось несколько месяцев. Просто катастрофа, и для репутации банка, и для семьи. Мне жаль их. Одна паршивая овца, и вся семья замарана. Мои родственники знакомы с Чаллонерами, они настрадались из-за дел, которые натворил Джордж.
Я взглядом отыскала Джорджа. Он пересмеивался с девушкой, сидевшей рядом с ним, и выглядел таким раскрепощенным, таким естественным, что мое сердце зашлось. Хотелось, чтобы он сидел в моем офисе, пусть даже на двуногом стуле, в шерстяных носках и потертой куртке, только не здесь, как звезда костюмированной драмы.
Он так и не рассказал мне, из-за чего конкретно отдалился от семьи. Ну да, признался, что был уволен, но мне казалось, что всему виной его разгульный образ жизни. Растрата — серьезное обвинение. Джордж… аморален? Не верилось.
Поняв, что я не собираюсь благодарить за пикантную информацию, Джон потерял ко мне всякий интерес и до конца застолья сидел, демонстративно выставив на меня плечо, беседовал с соседями по правую руку, то и дело взрывался от смеха, чтобы я осознала свое упущение.
Я ненароком поймала взгляд Джорджа, он пошевелил губами: «Все в порядке?» Я немедленно просияла, кивнула и сделала вид, что увлечена беседой с соседом слева, который был, честно скажу, ни рыба ни мясо, даже не помню, как его звали.
У нас была договоренность, что вино за обедом каждый наливает себе сам, но я замечала, что Джордж то и дело вскакивает, чтобы открыть бутылки для гостей, или обходит их по кругу и наполняет бокалы. Многие мужчины обращались к нему как к лакею, другие попросту не замечали или раздраженно накрывали бокалы ладонью, не беспокоясь ворочать языком ради церемонного: «Нет, благодарю».
Джордж никак не реагировал на унизительную грубость, но я сгорала от стыда за него. Мне всего лишь показалось, что он здесь свой, ведь я упустила из виду, что он отдалился не только от семьи, но и от их образа жизни. Несомненно, ему нелегко снова встретиться с этим кругом, особенно после того, как его узнали. Клайв явно постарался распустить язык. Я видела, как некоторые мужчины неодобрительно на него косятся.
Обед шел своим чередом. Саффрон желала, чтобы все было настоящим эдвардианским, поэтому для начала подали суп из омаров и запеченное филе морского языка. Слоеный пирог с грибами, говядина по-йоркширски, жаркое из цесарки, замороженные кубики настоя лепестков розы, выпечка с клубникой, острые закуски. Думала, конца этому не будет. Миссис Симмс вложила душу в этот обед, но я была бы довольна, если б остановилась после блюда из рыбы. Ломящийся от яств стол — просто гротеск.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
