прошла точку невозврата в своей демографической структуре еще в 1990-х годах, но вместо того, чтобы заползти в нору и умереть, японское правительство и корпоративный мир уже давно разветвились, отражая основные демографические слабости и сильные стороны страны.
Японские фирмы понимают, что их местные демографические показатели плачевны, но они также понимают, что для массового производства продукции у себя дома требуются молодые рабочие, которых у них больше нет, и что выброс такой продукции на другие рынки часто воспринимается как грубость. Поэтому японцы выбрали нечто новое: десорсинг.
Японские фирмы переместили большую часть своих промышленных производственных мощностей в другие страны, где они используют более многочисленную местную рабочую силу для производства товаров, которые затем продаются на тех же местных рынках. Затем часть доходов от этих продаж возвращается в Японию для поддержания (постоянно стареющего) японского населения. Проектно-конструкторские, технические и очень высококлассные производственные работы - такие, которые выполняют высококвалифицированные пожилые работники - остаются в Японии, но почти вся остальная производственная цепочка находится по другую сторону государственных границ. По сути, японцы прочитали надпись на стене (это выражение на английском значит "понимать, что происходит", прим. пер.) в 1980-х годах. Они увидели, как их американский гарант безопасности возмущается демпингом продукции, и начали многолетнюю работу по производству товаров на своих целевых рынках. В частности, концепция "строить там, где продаешь" стала новой корпоративной мантрой компании Toyota.
Эта новая промышленная модель позволила Японии состариться красиво. Но есть и несколько серьезных проблем.
Во-первых, японская экономика затормозилась. В пересчете на инфляцию японская экономика в 2019 году была меньше, чем в 1995 году. Невозможность строить и продавать для собственного населения означает, что необходимо сместить некоторые ориентиры. Даже выдающийся экономический успех в мире пост-роста просто не имеет большого потенциала, хм, роста.
Во-вторых, крайне маловероятно, что путь Японии можно повторить. В конце концов, японский опыт 1980-2019 годов во многом уникален.
- Переход Японии к системе пост-роста происходил под надежным американским прикрытием. Токио никогда не приходилось опасаться за свою физическую защиту внутри страны. Современная незаинтересованность Америки указывает на то, что такая защита будет недоступна для большинства стран.
- Корпоративная Япония не сталкивалась с серьезными угрозами безопасности за рубежом, отчасти из-за того, что обстановка после окончания холодной войны носила характер "мы все друзья", а отчасти потому, что американцы предотвратили возникновение каких-либо угроз безопасности. Уход Америки из мира означает, что большинство стран и большинство торговых путей будут лишены той железной защиты, под которой развивались японцы.
- Японская трансформация произошла, когда ее фирмы получали доступ к глобальным потребительским рынкам, в первую очередь к американскому. Если даже отбросить фактор стареющего населения, американская политическая система стала очень замкнутой, и Америка просто не собирается держать мир открытым для торговли. Америка определенно не будет держать мир открытым для демпинга товаров на американском потребительском рынке.
- Япония была дико богата в начале своего переходного периода. В пересчете на душу населения Япония стала такой же богатой, как Америка в конце 1980-х годов. За все те промышленные предприятия, которые японцы построили за рубежом, нужно было платить, и японцы должны были платить за это сами, но они могли платить за это сами, потому что, хотя их демографическая ситуация и менялась, она еще не изменилась. Когда в 1990-х годах японцы приступили к десорсингу, у них все еще было около двадцати лет с доступной работоспособной рабочей силой. Сегодня очень мало стран, которые могут претендовать на столь позитивную отправную точку с точки зрения благосостояния, и ни одна из них не имеет налоговой базы или трудовых ресурсов, которых хватит более чем на десятилетие.
- Население Японии является самым однородным в мире: более 98 процентов населения - это чисто этнические японцы. Это единство позволило провести социальные и экономические преобразования, которые вызвали бы массовые потрясения в более разнообразных странах.
- Японию можно легко защитить. Япония - это архипелаг, который никогда не подвергался успешному вторжению. Даже американцы были настолько напуганы задачей завоевания Домашних островов, что предпочли взорвать атомные бомбы в Хиросиме и Нагасаки, чтобы принудить к капитуляции, а не посылать морскую пехоту в мясорубку. Суть в следующем: оборонительные цели Японии в мире без американского наблюдения вполне выполнимы, а японский флот имеет правильные размеры для решения задачи обороны дома.
- Наконец, как и во всем, что касается демографии, Япония обладает самым важным активом - временем. Экономические преобразования не происходят в одночасье. С того момента, как старая японская экономическая модель сломалась в результате краха фондового рынка и рынка недвижимости в 1989 году, у Японии было три десятилетия для перехода к тому, что стало ее новой нормой.
Существует очень мало стран, которые могут похвастаться квалифицированной рабочей силой и капиталом, чтобы попытаться осуществить десорсинг, подобный японской модели. На ум приходят Дания, Нидерланды, Великобритания, Сингапур, Южная Корея и Тайвань. Европейские государства из этого списка, возможно, смогут позаботиться о собственной безопасности с ограниченной американской помощью или, возможно, в партнерстве с более демографически стабильной Францией. Что касается азиатских государств, то они могут быть в состоянии броситься вперёд без оглядки под присмотром не кого иного, как Японии.
Но для всех них это было бы сумасшедше сложной игрой в вопросе о том, куда они пойдут за ресурсами.
В какой-то степени западноевропейцы, составляющие первоначальное ядро Европейского Союза, попробовали эту стратегию с центральноевропейцами, которых они приняли в Союз в 2000-х годах. Но в среднем центральноевропейцы стареют даже быстрее, чем западноевропейцы, поэтому эта стратегия рухнет под собственным весом в 2020-х годах. У "Азиатских тигров" есть возможность десорсинга в страны Юго-Восточной Азии, и это уже произошло. Но ни у одного из них нет военного потенциала, чтобы поддерживать такие отношения без значительной внешней помощи. За исключением Соединенных Штатов, любая страна с достаточно здоровой демографической ситуацией, скорее всего, будет экономическим конкурентом и/или конкурентом в сфере безопасности и, следовательно, неразумным местом назначения для их инвестиционных фондов.
Переход к новой системе всегда должен был быть болезненным, и большинство стран просто не смогли бы принять в ней участие. Когда в 2016 году я начал прорабатывать основные идеи этой книги, я полагал, что у нас будет около пятнадцати лет, чтобы разобраться во всем. Это смехотворно короткий срок для того, чтобы перевернуть полтысячелетия истории, но это было лучше, чем ничего. Но затем, внезапно, трагически, ужасно, в первые недели 2020 года, вся надежда улетучилась.
ДОЛБАНЫЙ КОРОНАВИРУС
Пандемия коронавируса не просто лишила нас жизней. Она лишила нас того, в чем мы нуждались больше всего на свете, чтобы подготовиться к грядущему демографическому опустошению. Она лишила нас единственного, чего никто
