— А автозак[2]-то вам зачем? — удивился я, узнав знакомые очертания — именно в таких собирали у нас в деревне «загулявшихся» зэков, находящихся на химии, но не вернувшихся в общагу к определенному часу.
— А, у ГУИТУвцев[3] по случаю выменял, — отмахнулся майор. — Иногда бывает нужно что-нибудь крупногабаритное перевезти, а не на чем. Не положено, дескать… Вот и маялись, пока случай не представился… Ну, пойдем, посмотришь на своих красавцев, — предложил он мне, двигаясь в тот угол гаража, где были аккуратно составлены мои водные мотоциклы.
Было видно, что и у майора глаза сверкают, что ему тоже страсть как охота испытать это чудо «враждебной техники».
— Вот умеют же, сука, капиталисты, делать и красиво и надежно! — вздохнул он, когда мы подошли к гидроциклам. — Боюсь, что у нас такой красоты не слепят… Мы только вон, — он указал на ЗИЛок и «козликов», — только такую технику клепать и умеем.
— Зато, как говорят, простая, как три копейки, и надежная — «на коленке» починить можно. И проходимая к тому ж…
— Вот-вот, — печально усмехнулся майор, — и на этом все достоинства заканчиваются! Я тут не так давно у начальства побывал… Прокатился с местным генералитетом на охоту на «Сафаре»[4]… Вот это, я скажу тебе, техника!
— А тут и спорить нефиг, — согласно закивал я. — У нас на деревне всё Леспромхозовское начальство на «Патролах», да «Паджерах» раскатывает — насмотрелся. Гонят в Японию лес, да щепу, падлы! Жируют за наше народное достояние! А народу, как обычно, шиш! Да без масла! — с горечью в голосе произнес я. — На те бабки, что на заводе башляют, даже на «копейку» не накопить… А теперь еще и задерживают месяцами, уроды!
— Наслышан, — согласился со мной майор. — Хорошо еще, что нас на хозрасчет никто не надумал переводить. А то многие из «наших», что с головой не дружат… могут подумать — дали ствол, и крутись, как можешь!
— А так и будет, Степан Филиппович, — невольно вырвалось у меня. — Совсем немного осталось!
— Да знаю, знаю! — с горечью в голосе воскликнул майор, воровато оглядевшись по сторонам. Но в гараже кроме нас никого не было. — Мне Вадимыч уже рассказал… Погоди-ка, а ты все наши разговоры… э-э-э…
— Подслушивал? Вы это хотели сказать, Степан Филиппович?
— Да ты что, Сережа, — смутился мент, нервно подергав себя за ус, — конечно нет!
Но я понял, что он именно это и имел ввиду.
— Степан Филиппович, да бросьте вы! Я же все прекрасно понимаю! — постарался успокоить я своего великовозрастного… кого? Приятеля? Друга? Товарища? Может быть, он и стал другом моему «сожителю», обязанным ему спасением самого дорогого в мире человека. А вот для меня он кем сейчас является? Чтобы сильно не заморачиваться, я решил для себя считать его партнером. Человеком, к которому в любой момент можно обратиться за помощью, и он не откажет. А это в наше время дорогого стоит! К тому же, он единственный, кто знает обо мне всю подноготную. Решено — партнер!
— Так, значит, слышал? — Зябликов успокоился и перестал нервничать.
— Кое-что, да — слышал. Но так — урывками. Но вы знаете, Степан Филиппович, — после небольшой паузы продолжил я, — чем дольше я с ним… Как бы это сказать? Живу… Нет! Сосуществую! — Я, наконец, подобрал наиболее подходящее определение. — Так вот, чем дольше я с ним сосуществую, тем больше мне… открывается… что ли? Понимаете, если я иногда сосредотачиваюсь на чем-то, мне ранее неизвестном… — путано объяснял я майору. — То иногда меня словно озаряет… как будто я это знаю! Давно знаю! Понимаете, Степан Филиппович?
— Это, конечно, звучит странно, — ответил Зябликов, — но после нашего с тобой знакомства… Вернее с вами… обеими, хоть Вадимыч и утверждает, что вы с ним один и тот же человек. Но у меня тоже это в голове не укладывается! Так вот, после этого знакомства, и известных тебе событий, для меня в этом мире не осталось ничего необычного! А все происходящее со мной — вообще пик ненормального и неестественного хода вещей, какие со мной могли бы приключиться! Но если бы не наша встреча…
— Степан Филиппович, замнем эту тему? Не дай бог, нас кто-то слушает! — Я тоже внимательно огляделся. Мало ли? Лучше перебдеть, чем недобдеть!
— Согласен, Сережа! — согласился майор. — Посмотрел на свое богатство? — сменил он тему.
Я вновь оглядел сверкающие свежей краской и лаком новенькие водные мотоциклы. Просто охренительное приобретение!
— Блин, а как на них ездить-то? — Я шумно почесал затылок. — На простом мотоцикле гонял, а вот на таких… Я их вообще в первый раз увидел, — признался я майору.
— А опробовать не хочешь? — неожиданно предложил он.
— Вы еще спрашиваете? Конечно хочу!
— Тогда у меня вот какое предложение: сейчас припрягу своих бойцов — они нам пару мотоциклеток в автозак запихают. Я их уже заправил под самое горлышко. А после выедем на море — есть у меня одно укромное местечко, где народа почти не бывает. Там и опробуем. Согласен?
— Еще бы! — Я нервно потер вспотевшие ладошки.
— Да вот еще… — Он указал в дальний угол гаража, где я поначалу и не рассмотрел большую цветную картонную упаковку. — Банан, мать его, надувной! Нахрена тебе такая штуковина, Сереж? Ведь абсолютно бесполезная в хозяйстве вещь!
— А вот это вы зря, товарищ майор! — усмехнулся я. — Если эту хреновину к водному мотоциклу привязать… Знаете, как по морю с ветерком гонять можно будет?
— У-у-у… — завис Зябликов.
— Вот то-то же! — победно воскликнул я. — А еще я с этой штукой клип для песни хочу снять.
— Так и его, что ли, в автозак загрузить? — поинтересовался майор.
— Грузим! Заодно опробуем в деле и одно, и другое! — обрадовался я.
— Давай! — согласно махнул рукой Зябликов, направляясь к выходу из гаража.
Мне ничего не оставалось делать, как отправиться за ним. Возле прозрачного аквариума дежурки майор остановился и заглянул в окошко:
— Кислицин! Найди Колыванова и Петрова. Передашь, пусть грузят в автозак два любых водных мотоцикла. Да закрепят их в будке, как следует, чтобы не угробить по дороге! А то знаю я вас! — Он демонстративно погрозил дежурному летёхе кулаком.
— Степан Филиппович… Товарищ майор, — обиженно произнес Кислицин. — Я-то здесь причем, если они такие криворукие?
— Все вы такие, криворукие! — проворчал майор. — Вас ведь если не контролировать постоянно, такого накосорезите! В общем, давай, шнуром! Как выполнят — доложить!
— Есть, тащ майор! Доложить! — бодро отозвался дежурный.
— Так-то оно лучше! — Зябликов воинственно встопорщил усы. — Пойдем! — Это он уже мне.
Мы поднялись на второй этаж, и зашли в его кабинет. Твою мать! Эту видеокамеру я заметил, едва перешагнув порог кабинета! Она… Она… Да она была словно космический корабль! Мне даже прикоснуться к ней было боязно! Вот сразу видно, что эта техника совсем не из нашего, а из другого времени. Словно миелафон пресловутой гостьи из будущего — Алисы Селезневой. Блин, мне бы чего попроще… Хотя сейчас никто особо не соображает в этих камерах-шмамерах. Заграничное, ипонское и точка. Никто же взаправду и не подумает даже, что вещь из будущего. Просто надо её из рук не выпускать…
Я подскочил к столу и протянул трясущиеся ручонки к прибору: где же у нее кассета вставляется? Блин, как же с ней разобраться-то?
— Держи! — На стол рядом с камерой лег пухлый талмуд — инструкция по эксплуатации, да еще и на русском языке! — Вадимыч сказал, тебе по любому пригодится.
Вот спасибо, «сосед»! Ведь без него я в такой сложной технике и в жизнь не разобрался бы! Это вам не какой-нибудь радиоприемник или магнитофон, это — настоящая видеокамера! Хоть кино снимай!
— Ты это, Сереж, сейчас послушай, очень внимательно послушай, чего он тебе расскажет… — произнес Зябликов, забирая у меня видеокамеру.
— В смысле… расскажет? — От неожиданности я даже дар речи потерял. — Мы ведь опять пить не собираемся? — С надеждой посмотрел я в глаза майору. Ведь если я опять напьюсь — плакало мое желание опробовать сегодня гидроциклы! — Он ведь без этого не появляется…
