Подруги опустили глаза и молча закончили свою еду. Мята сидела между их стульев, непонимающе поглядывая то на одну, то на другую. Наконец, когда молчание стало совершенно невыносимым, подруги с трудом нащупали безопасную тему и обсудили свадьбу, на которой побывала Сюзанна. Вернее, Сюзанна говорила, а Айви кивала головой, думая о том, что очень скоро ей вновь предстоит потерять кого-то из тех, кого она любила.
8
— Дай нам еще немного времени, Филипп, — попросила Айви. — Мы хотим посмотреть остальные картины.
— Тогда я пойду, поищу Грегори.
Айви поспешно обернулась и поймала братишку за футболку.
— Не сегодня, Филипп. Побудь со мной и Бет.
Последние четыре дня Айви держалась подальше от Грегори, встречаясь с ним только, когда семья собиралась за столом, да случайно сталкиваясь в коридоре. Всякий раз при такой встрече она старательно избегала долгих разговоров. Когда Грегори специально разыскивал ее — а чем больше она его избегала, тем настойчивее он ее искал — Айви говорила, что ей нужно срочно идти в музыкальную комнату и репетировать.
Она видела, что Грегори озадачен и раздосадован дистанцией, которую Айви пыталась установить между ними. Но что еще ей оставалось делать? В последнее время они слишком сблизились. Айви сама не заметила, как привязалась к Грегори и стала зависеть от него. Если она не остановится прямо сейчас, то потеряет дружбу Сюзанны!
Айви, Грегори и Филипп встретились с Бет и Сюзанной в конце Мэйн-стрит, где начинались павильоны и эстрады ежегодного фестиваля. Сюзанна немедленно взяла Грегори под ручку и повела его прочь от Айви и Филиппа. В ответ Айви потащила Филиппа в противоположную сторону, а Бет в растерянности осталась стоять на тротуаре.
— Идем с нами! — позвала ее Айви. — Мы идем смотреть картины.
Выставка была устроена вдоль узкой улочки старых магазинов, отходящей от Мэйн-стрит. Разношерстная толпа горожан — женщины с детскими колясками, старушки в соломенных шляпках, дети с раскрашенным лицами и парни, одетые клоунами — бродили от стенда к стенду, рассматривая картины и пытаясь угадать автора. У каждой картины было название и номер, но имена авторов скрывались до следующего дня, когда независимое жюри должно было выбрать победителя.
Айви, Бет и Филипп почти закончили осмотр, когда Филипп вдруг начал капризничать и рваться на поиски Грегори.
Чтобы отвлечь его, Айви указала на какую-то странную картину маслом.
— Как ты думаешь, что тут нарисовано?
— «Вещи», — хмуро прочитал название картины Филипп.
— А мне кажется, что это ряд тюбиков с губной помадой, — сказала Бет, — или осенние деревья! А может быть, это рождественские свечи? Или бутылки с кетчупом? Или ракеты на закате?
— А по-моему, это просто глупость, — громко объявил Филипп, скорчив гримасу.
— Ш-ш-ш-ш! Филипп, не кричи, — попросила Айви. — Вдруг художник стоит рядом с нами и все слышит? Ему будет неприятно.
Филипп обернулся — и лицо его вдруг разгладилось.
— А вот и нет тут никакого художника! — крикнул он. — Зато тут стоит ан… — он замолчал.
— Кто? — спросила Бет.
Айви быстро обернулась. Сзади никого не было.
— Никто, — пожал плечами Филипп, а потом тихонько вздохнул.
Они подошли к последнему стенду с четырьмя акварелями.
— Боже! — ахнула Бет. — Какое чудо! Это восхитительно! Номер тридцать три, кто бы ты ни был, ты мой победитель.
— И мой, — согласилась Айви, любуясь нежными прозрачными красками, игравшими жизнью и светом.
— Я бы хотела сидеть здесь, позабыв о времени, — сказала она, указывая на пейзаж с заросшим садом. — Какое спокойствие и безмятежность!
— А мне нравится змей, — заявил Филипп.
Айви подумала, что только маленький мальчик мог найти на этой очаровательной картине змею, хитро спрятанную в траве.
— А я бы хотела поговорить с женщиной с последней картины, — сказала Бет.
Женщина сидела под деревом, отвернув лицо от художника. Вокруг нее, осыпая с ног до головы, бушевал вихрь цветов — белых, сияющих цветов яблони, при взгляде на которые Айви почему-то подумала о холодном снеге. Она посмотрела на название. «Слишком рано».
— В этой картине заключена какая-то история, — тихо прошептала Бет.
Айви кивнула. Она знала эту историю, вернее, очень похожую — историю о безвозвратной утрате кого-то, кого ты не успел…
Глаза ее наполнились слезами. Айви быстро поморгала и сказала:
— Так, мы посмотрели все картины. Теперь идем спускать деньги!
— Ура! — завопил Филипп. — На аттракционы?
— Глупыш, нет тут никаких аттракционов? На таких фестивалях их не бывает.
— Нет аттракционов? — ошеломленно повторил Филипп, застывая на месте. Казалось, он никак не мог понять, как такое возможно. — Нет аттракционов!
— Похоже, у нас будет очень долгий день, — удрученно сказала Айви, поворачиваясь к Бет.
— Может, попробуем закормить его сладостями? — предложила Бет.
— Я хочу домой, — насупился Филипп.
— Давайте прогуляемся по Мэйн-стрит, — предложила Айви, — и поглядим, что там продают.
— Это скучно! — отрезал Филипп, угрожающе поджимая губы. Айви поняла, что сейчас у них будут большие неприятности. — Я пойду поищу Грегори.
— Нет! — рявкнула Айви так грозно, что Бет изумленно посмотрела на нее.
— У него свидание, Филипп, — взяв себя в руки, объяснила Айви. — Мы не можем ему мешать.
Филипп надулся, как мышь на крупу, и принялся шаркать ногами с таким видом, как будто прошел пешком многие мили и совершенно выбился из сил. Бет молча шла рядом с ним, украдкой бросая косые взгляды на Айви.
— Это несправедливо по отношению к Грегори, — сказала Айви, как будто Бет просила у нее объяснений. — Он не привык повсюду таскать за собой капризного девятилетнего мальчика.
— Ну да, — сказала Бет, поспешно отводя глаза.
Судя по всему, она догадалась, что это не единственная причина упорства Айви.
— Да, конечно, Сюзанна тоже к этому не привыкла!
— Я так и подумала, — мягко заметила Бет.
— Мне скучно, скучно, скууучно, — заныл Филипп. — Я хочу домой.
— Ну так отправляйся! — рявкнула Айви.
Бет поспешно поглядела по сторонам.
— Может быть, сфотографируемся? — предложила она. — Здесь каждый устраивают площадку под названием «Фотостудия Дикого Запада». У них есть разные костюмы, в которые можно нарядиться перед съемкой. Это очень весело, честно!
— Отличная мысль, — с облегчением ответила Айви. — Да я готова наделать снимков на три альбома, лишь бы отвлечь его, — негромко шепнула она Бет.
