Дорога — а точнее говоря, едва заметная овечья тропа — начиналась прямо у последнего убежища и огибала зеленый отрог высокого холма, а затем полого ниспадала в глубокую травянистую долину, что тянулась, прямая как стрела, между двух холмов — и бесследно исчезала в Завесе.
Хотя Элион был чародеем уже добрый десяток лет, он так и не привык к безмерному величию Завес. Один вид исполинской магической преграды, которая рассекала на части весь мир, надежно разделяя земли разных рас, неизменно вызывал в нем суеверный трепет, смешанный отчасти со страхом. Завеса тянулась из бесконечности в бесконечность, заслоняя перед путниками весь мир. Она была похожа на гигантский водопад света, текущий снизу вверх — он струился прямо из земли и исчезал высоко в небе. Сегодня этот свет был не таким, как всегда: его обманчивая прозрачность сменилась молочно-мутным отливом, в котором кое-где мелькали полосы других цветов — темно-синего, изумрудного, янтарного, багряно-алого. Звук, который обычно исходил от Завесы, тоже смахивал на увеличенный тысячекратно рев водопада, но сегодня в этот гул вплетались потрескивание и пронзительный, порой почти скулящий визг.
Элион нахмурился:
— Цвета Завесы сегодня совсем не такие, как всегда. Куда подевалась ее прозрачность? Я никогда прежде не видел этого отвратительного мутно-молочного оттенка.
— Со звуком тоже неладно, — подхватила невидимая фея. — Прислушайся только к этому треску и визгу! Дело плохо, Элион, — куда хуже, чем мы предполагали. Похоже, что Завеса начинает рушиться даже здесь, на границах Гендиваля.
Когда путники приблизились к Завесе, все тело Элиона неприятно засвербело, словно под одеждой забегали сотни крохотных кусачих насекомых. Волосы у него на голове стали дыбом, и даже короткая бородка встопорщилась. Стараясь не обращать внимания на эти неудобства, молодой чародей сосредоточился и потянулся мыслью к могучей исполинской сущности, которая располагалась в самом сердце Мириаля. Нужна была лишь малая доля секунды, чтобы отдать приказ, открывающий Завесу, но в этот краткий миг человек по имени Элион исчез бесследно, а была лишь исполинская сущность, являвшая собой весь мир. Чистый, нечеловеческий разум летел сквозь бесконечность и вечность… и долю секунды спустя снова стал Элионом, дрожащим, слабым, но благополучно вернувшимся в обычный мир.
Могучий гул Завесы поднялся до невыносимо высоких нот. Магическая преграда разошлась надвое, точно занавес, и чародеи, зная, что времени у них немного, поспешили вперед, по ту сторону Завесы.
Едва гигантский мерцающий водопад сомкнулся у них за спиной, в лицо Элиону хлестнули струи ледяного дождя. Долина продолжалась и по эту сторону Завесы, только теперь под ногами хлюпала болотистая грязь. На краю долины холмы смыкались, и хотя туман заволок всю округу, чародей знал, что дальше гряда холмов постепенно переходит в огромный горный хребет, уходящий вершинами в пелену черных грозовых туч. Элион сощурился, пытаясь и простым, и мысленным зрением проникнуть через туманную муть. Живы ли там, в горах, Каз и Вельдан, или же они, вместе с драконьим провидцем, нашли свою смерть на опасных горных тропах?
Элион зябко поежился — ледяная струйка дождя потекла по затылку — и запоздало натянул на голову капюшон.
— Поехали, — бросил он Шри. — Поднимемся в горы и поскорей узнаем, что там стряслось.
Ответа не было. — Шри! Где ты?
— Прямо над тобой, Элион, только очень высоко. Изучаю облака и направление ветра. Тебе лучше не мешкать, чародей Похоже, далеко на севере образовался прорыв в Завесе и сюда на приличной скорости мчится холодный воздух. Если через пару часов, до того, как пойдет снег, ты не минуешь перевал — до весны тебе в Тиаронд не добраться.
Глава 6. СЛУГА МИРИАЛЯ
Так больше продолжаться не может! Леди Серима, глава могущественного Консорциума шахтовладельцев и — одновременно — Торговой Ассамблеи, богатейшая коммерсантка Каллисиоры, утвердила кулаки на бедрах и вперила взгляд в иерарха.
— Что ты собираешься предпринять?
Благодарю Тебя, Мириаль, устало подумал Заваль. Это именно то, что мне нужно, — к тому же до завтрака. Он продолжал сидеть, сложив руки, сохраняя на лице выражение вежливого внимания — и потихоньку закипая. Спасибо по крайней мере хотя бы за то, что злючка не в меру болтлива и у него есть время обдумать ответ.
— Ты представляешь Мириаля! На ком еще лежит ответственность, как не на тебе? — Серима мерила покой подпрыгивающими шагами, одновременно сверля иерарха ледяным взглядом блеклых глаз. Ей очень повезло, что она унаследовала богатство и влияние, неприязненно подумал Заваль. Они хоть как-то возмещают убогость ее внешности. Боже, ну и пресная же баба! Не заедай она его так, он мог бы даже посочувствовать ей — старой деве в двадцать девять лет, с волосами как соломенные сосульки, плоским широкоскулым лицом и глазами словно плошки грязной талой воды. И вдобавок к этому — коренастая бесформенная фигура, плоская грудь и по-мужски прямые бедра без малейшего намека на талию.
Заваль скрипнул зубами: сварливый скрипучий голос нарушил-таки его мысли.
— Когда наконец нас перестанет заливать? Консорциум требует ответа! Мы и так уже на краю гибели. Если этот проклятый ливень не прекратится, вся торговая сеть Калиссиоры попросту рухнет!
И погребет под собой тебя… шлюха. Заваль наконец поднялся.
— Леди Серима, мне лестна твоя вера в меня… — Он выдержал паузу, достаточно долгую, чтобы сарказм достиг цели, — но должен напомнить: я — всего лишь иерарх, не сам Великий Мириаль, а у Него, без сомнения, имеются причины, чтобы насылать на свой народ сей ливень… Кто мы такие, чтобы обсуждать Того, кто превыше нас? Если Он испытывает наши терпение и веру…
Лицо Серимы от гнева пошло пятнами.
— Это ты испытываешь мои терпение и веру! — огрызнулась она.
— Ты забываешься, миледи! — Терпение Заваля окончательно лопнуло. — Умерь свой пыл, не то я призову гвардейцев и его остудят в темнице! Ты забыла, что говоришь с правителем Каллисиоры…
— А ты забыл, что и ты, и твои драгоценные гвардейцы держатся у власти лишь благодаря сокровищам, которые добываем мы!— с ядовитой усмешкой парировала Серима. Впившись взглядом в Заваля, она подошла к нему вплотную и выразительно ткнула в него пальцем. — Консорциум вынес решение. Мы ожидаем, что ты положишь конец нынешней невыносимой ситуации. Поскольку все другие средства оказались исчерпаны, мы ожидаем, что ты исполнишь свой долг перед подданными и в канун Дня Мертвых, дабы умилостивить Бога, принесешь Великую Жертву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
