попасть в ласковые руки королевского палача по обвинению в государственной измене.
Честно говоря, нам с Игорой и Юннией даже стало немного жалко бедолагу. Уж лучше плаха, чем такая «милая жёнушка». И ведь избавиться не получится никакими методами. Поганка была единственной наследницей своего отца. Поэтому должна была не только прожить долгую жизнь, но и оставить многочисленное потомство.
В отсутствие того, кому можно передать земли и богатства, вся эта роскошь уплывала в королевскую казну без права когда-либо вернуть утраченное. Даже если кто-то потом и сможет доказать, что и имеет на него право. Естественно, провернуть подобное дельце ещё никому не удавалось.
Нам было безумно смешно смотреть на надутую точно болотная жаба Глорию. Спора нет, платье, украшения и карета были выше всяких похвал. Только даже всем искусницам столицы не удалось сделать с волосами и лицом новобрачной хоть что-то, чтобы она выглядела хоть чуточку прекраснее и ярче, чем обычно.
Вздрогнула, когда над самым ухом раздался любимый голос ректора дель Рэнса:
— Какое счастье, адептка Коринн, что этому ухарю не удалось выкрасть вас, Игору и Юннию.
— Да, нас бы заставили вкалывать с минимальными перерывами на еду, сон и отдых, только чтобы не сдохли слишком быстро. А на месте Глории сейчас была бы Юнния.
— Скорее всего, так. Или Юнния стала бы королевой Лиоссии, а он бы женился на вас. Ваш редкий дар делает вас выгодной партией даже для высшего аристократа или короля, — видимо, моё искреннее изумление изрядно повеселило некроманта. — Правда, ему бы не удалось вывезти вас за пределы королевства. Вы включены в список особо ценных носителей колдовских, магических и целительских способностей. Спрятать, чтобы не нашли, тоже не вышло бы, — и я увидела, что ректор хитро так посмотрел на меня. Его чуть насмешливый взгляд был направлен на амулет, который он сам мне и подарил.
Почувствовала, что краснею. Казалось, от стыда полыхало всё, даже корни тёмно-рыжих волос. С трудом дождалась окончания свадебного фарса и сбежала в мастерскую к мастеру Тиллю. Тот сразу понял, что я несколько не в себе и не стал лезть в душу. За это я ему была безмерно благодарна. Как и за то, что поручил нанести на поверхность заказанного королём Лиоссии Ллярсом меча очень тонкую чеканку. Мастер сразу обратил внимание на промелькнувшую на моем лице хитроватую улыбку и по-отечески проворчал:
— Что ты там ещё задумала, хитрая лисичка? А ну признавайся, безобразница.
— Именно Лиоссия из всех наших соседей — самое подлое и беспардонное королевство. Я знаю. Звенящие Ключи находятся всего в трёх днях пути от границы с ним. Они, как сороки, тащат к себе всё, что плохо лежит. Вырубают леса, похищают людей, грабят торговцев и те города и деревни, до которых успеют добраться до того, как наши воины прогонят их в родные пределы. Надо так скорректировать узор, чтобы всякий раз, когда он или его люди даже начнут задумывать набег, у них начиналась череда таких неприятностей, что становилось уже не до разбоя.
— Жди тут. Передохни пока. Почитай книгу. Я скоро приду, — и мастер Тилль ушёл, оставив меня помирать от любопытства. Если бы только знала, что задумал наставник, тут же удрала бы к себе в комнату.
Оказаться нос к носу с ректором дель Рэнсом так близко оказалось для меня чересчур сильным испытанием. Во время всей свадебной церемонии Глории я очень нервничала, ощущая на себе злорадные взгляды не только адептов Смерча и Ворона. Переживания привели к тому, что впервые в жизни упала в обморок. Правда, сверзиться на пол не успела. Мой наставник сразу понял, к чему идёт дело. Как-никак они с женой поставили на ноги восемь детей. Госпожа Тилль уже вовсю нянчила внуков.
— Ох уж эти девицы, — встревоженно пробормотал он. — Гранат, похоже, девчонка по какой-то причине чересчур сильно робеет перед тобой.
— Увы, моя должность и дар к магии смерти нередко играю со мной скверные шутки, — ректор тяжело вздохнул и пригласил ко мне лекаря. — Что там задумала наша хитрая лисичка?
Мастер Тилль обстоятельно изложил мою идею, вызвав удивлённое восклицание у высокого начальства.
Глава 8.
— Теперь прекрасно понимаю, почему соседи с маниакальной регулярностью пытаются похитить наших лучших адептов. Сочетание умения действовать обдуманно, сильных способностей и прилежного обучения встречаются крайне редко. Как бы мне объяснить адептке Коринн, что ей не стоит опасаться попасть мне под горячую руку только потому, что я аристократ, а она нет?
— Тут достаточно прижать хвосты не в меру чванливым преподавателям и студентам «особо голубых кровей», — мастер Тилль прекрасно понимал, что мои проблемы никак не связаны с робостью или страхом перед высшим некромантом. Все было гораздо сложнее и опаснее для нас обоих. — И постарайтесь слишком часто вне занятий не тревожить Лисичку. Она, отчего-то, робеет и совсем теряется в вашем присутствии, Гранат.
— Через пару лет даже она станет чувствовать себя свободнее в академии. Адептка Коринн прекрасно понимает, что возврат к привычной в прошлом жизни невозможен. Она сможет устроиться в столице, тем более под началом такого наставника, как вы, Верин. Равенна и Амелия помогут ей не наделать ошибок по незнанию и свойственной юности излишней доверчивости.
— Последнее свойственно молодёжи из внутренних областей нашего королевства. Не забывайте, что эта девушка выросла в очень опасном Пограничье с Лиоссией. Как это королевство за глаза называют, «Проклятой Богами» …
— Может, вы и правы. Я поручу лучшим нашим специалистам внести нужные изменения в маго-колдовской узор. Пусть Лисичка подождёт пару часов. Займите её пока чем-нибудь полезным, — прихватив пергамент с изначальным изображением для нанесения на меч одного из самых коварных правителей, ректор стремительно удалился.
На то, чтобы привести меня в чувство ушло некоторое время. Потом госпожа Риндорр дала мне чашку успокоительного отвара и, когда мастера вызвали за готовым рисунком, проворчала:
— Девочка, да ты, никак, по уши влюблена в ректора? — Я отчаянно покраснела и опустила глаза, прекрасно понимая, что коменданта женского общежития и ведьму в одном лице мне провести ни в жизнь не удастся. — И как думаешь поступить?
— Доучусь, получу диплом и найду себе работу в одной из приграничных областей. Раз жить по-прежнему уже не смогу, придётся хоть как-то устраиваться. Я — совсем не ровня магистру дель Рэнсу.
— Что не собираешься сама прыгать к нему в постель и охотиться, как голодная лиса на юркую мышь, это хорошо. Только кто тебе сказал, что не сможешь составить выгодную брачную партию любому? Даже, поверь, королю. У тебя настолько полезный и редкий дар, как и
