Читаем без скачивания Усобица - Александр Логинов

Пока князь отсутствовал, жизнь в усадьбе проходила неспешно и размеренно. Спать ложились рано, вставали еще раньше. Лишь когда в усадьбе появлялся князь, начиналась суматоха. Спать, с приездом князя, ложились поздно, а то и вовсе не ложились. То князь пьянствовал со своими ближниками, то работал не покладая рук, ночи напролет засиживаясь над бумагами и чертежами.

Его нынешнее положение очень нравилось Андрею, особенно нравы, царившие на Руси в отношении женщин, пришлись ему по вкусу. Однако наивно думать, что женщина совсем бесправна. Отнюдь. Имеют женщины права, и немалые. Могут владеть собственностью, например. Но место свое знают. Это главное. Правда, иногда бывают исключения из правил.

В собственном доме Андрей жил на правах почетного гостя, все вопросы обеспечения жизнедеятельности княжеского терема лежат на хрупких женских плечах. Еще бы, князя постоянно черти носят, где попало. То Маслов этот, будь он неладен, утащит государя в набег, то торговать князь едет в далекий Новгород, как будто что-то понимает в тонкостях местной торговли, и там ему не сидится – немца промышлять отправился. А тут как на грех москвичи опять свару учинили, и князь Резанский призвал своих бояр в поход, идти на помощь старшему брату – московскому государю.

Почитай с осени девчонки Андрея не видели, страсть как соскучились, а он, не успев вернуться и разделаться с неотложными делами, напился до чертиков. Три дня вся дворня бражничала беспробудно, а потом князя татары утащили на охоту. Не сами, Прасковья надоумила Булата. Не успел благоверный вернуться с ловит, приперся Кузьма в компании с Онисимом и Олешей Молотом и немецким кузнецом, притащили мужики самострел с хитрым механизмом взвода, придуманный князем.

Вся честная компания мастеров похитила князя надолго. То, чем они там занимались, государь называл по-смешному – «мозговой штурм». Чего они там штурмовали, никто не знал, но вина и меду при этом самом «штурме» выпили мужики изрядно. Это называлось, по выражению князя – «без бутылки хрен разберешься». Какую-то штуку князь придумал хитрую к самострелу. Такую хитрую, что даже пацан смог взвести самострел без напряга. Князь был настолько занят, что носу не казал на женской половине, даже спал в своем кабинете.

Хорошо хоть воеводы уехали расселять прибывших сервов по деревенькам, иначе совсем покоя князю не дали бы. Зная Луку и Демьяна, можно было предположить, что пьянка затянулась бы надолго.

Прасковья, от вечного бабьего любопытства, заслала сенную девку подглядеть и подслушать, отчего там, в княжьем кабинете такой шум и гам. И все, пропала с концом девка. Заподозрив неладное в исчезновении служанки, Прасковья лично отправилась на ее поиски, но девка как в воду канула. Нет, Прасковья не ревновала, ну подомнет князь под себя смазливую девчонку, какая в том беда? Попользует и отправит восвояси, а она с сестрой тут обосновались на правах хозяек, вся челядь не иначе как боярынями их кличет.

Как стемнело, девушка, набравшись смелости, отправилась к князю, но неожиданно дорогу ей перегородил дюжий молодец, в полном доспехе и с сулицей в руках, на поясе – кривая сабля в дорогих ножнах. Он посторонился, узнав хозяйку, пропуская девушку в княжеский кабинет.

– Фимка пропала, государь, – сказала боярыня князю, одновременно оглядывая помещение в поисках смазливой девчонки. Но в кабинете кроме самого Андрея и Кузьмы с кузнецами никого больше не было. Разве что стояли у стены человеческие чучела, облаченные в рыцарские доспехи, привезенные князем из немцев.

– Присаживайся к нам, – Андрей поднялся навстречу Прасковье, усадил девушку рядом с собой, подвинул к ней свой кубок и налил до краев мальвазии.

– Загуляла девка, наверное, – предположил Кузьма, отрываясь от листа желтой бумаги, на котором он старательно рисовал какие-то детали механизма.

– Онисим, – обратился Андрей к кузнецу, – покличь Рябого, пускай найдет Фимку.

Пока кузнец ходил, Андрей, как мог, успокаивал свою подругу и клятвенно пообещал ночевать на женской половине, где его уже заждались. Андрей чувствовал вину перед девушками, все-таки он поступил по-скотски, ударившись в запой, но другого выхода не было. Ужас кровопролитной битвы после пьянки исчез, и кошмары перестали беспокоить князя по ночам. Вернувшийся Онисим тихонько шепнул пару слов князю на ухо. Андрей внимательно выслушал кузнеца и обратился к боярыне:

– Тут такое дело… – Андрей замолчал, обдумывая свои слова. – Поискала бы ты новую девку себе…

– Как новую? – испугалась Прасковья. – Никак случилось недоброе?

– Ну-ууу, – замялся с ответом Андрей. – Подслушивала она нас, о чем мы речи ведем, как бы нехорошее не удумала…

– Да какой она послух? – взбеленилась Прасковья. – Это я ее послала вызнать, чем вы тут занимаетесь! Который день мы тебя не видим!

– Вернут тебе твою Фимку, – поторопился заверить Прасковью Андрей. – Ну что ты, Прасковьюшка, перед народом ведь неудобно, – шепотом, так, чтобы никто не услышал, сказал Андрей.

А мужики делали вид, что они шибко заняты обсуждением нового механизма для взвода арбалета. Деликатные, ешкин кот.

– Перед народом ему неудобно! – вновь взвилась боярыня. – А спать одной мне удобно?

Андрей опешил. Вот те раз! Вот тебе и безусловное подчинение мужчине! Так-то оно так, но когда дело касается супружеского долга, девушка из ягненка превратилась в тигрицу!

– А ну цыц! – сердито прикрикнул Андрей на зарвавшуюся девчонку, – Вернут тебе твою Фимку. Живую. Ну, малость поротую, пусть помнит – любопытной Варваре нос оторвали. Будет подслушивать – скажу Рябому, чтоб отрезал ей нос. Вот так. А ты, если еще раз учудишь такое – быть тебе поротой, – в сердцах пригрозил Андрей, потрясая плетью, выхваченной у Кузьмы из-за пояса.

Девушка моментально разрыдалась, сквозь всхлипы заголосила:

– Катька понесла, а я ведь тоже хочу-ууууу.

– Куда понесла? – не понял Андрей, морщась от бабского завывания.

– Не куда-аааааа, – опять завыла Прасковья писклявым голосом, – не праздна Катька, а я тоже хочу дите-еее.

Андрей оглянулся, но мужики исчезли, по-тихому покинув кабинет князя.

– Какое дите? – Андрей впал в ступор.

– Твое-еее дите-еее, – продолжала выть Прасковья. – А я ведь старшая-ааа.

– Так че же вы, дуры набитые, молчали? – вскипел Андрей.

– Ты все-еее бражничал, – продолжала завывать хитрая боярыня, не забывая искоса наблюдать за реакцией князя.

– Хватит выть, на… – Андрей протянул девушке рушник с вышитыми языческими оберегами, – утри слезы. Вот так… теперь пошли давай к Катерине… ну девки, вот всыплю я вам на орехи, молчать о таком… – Андрей подхватил Прасковью под руку и увлек ее за собой.

– Будет тебе дите, ты только не реви, – пообещал Андрей, чтобы успокоить девушку.

Ну бабы, ну дуры. Совсем мозги отшибло напрочь. Молчать о таком! Это ж радость-то какая! Он станет отцом!

Несмотря на протесты сестер и их матери, Андрей закатил праздник для дворни. Накрыли столы для всех желающих, вино вновь лилось рекой. Три дня дворня с крестьянами отмечала радостное событие. Но Андрей в попойке участия не принимал. Все дни он, как и обещал, посвятил семье, а ночами старательно выполнял обещание, данное Прасковье. Катерина не возражала – береглась.

Предаваясь праздности в ожидании вестника, Андрей попытался систематизировать полученные знания о Руси и Европе.

С Русью все понятно. Бардак. Нет сильного центра. Отсюда все печали. Боярам и детям боярским еще жить сподручно, а крестьянам – тяжко. Мало того что неурожаи случаются, так еще разбойников развелось немерено. Насмотрелся Андрей на пепелища. Ужас, что творится на Руси. Хоть самому бери власть в стране. Да ведь не поддержат его. Прав у него нету на власть. И точка. Диктатор получит яд в пище или нож в спину. Вся знать: русская, литовская, татарская – все родичи. А Андрей – изгой, казак, по сути. Другое дело Европа.

Там сейчас полыхают большие и маленькие войны. Голова идет кругом от обилия войн, кто там только не воюет. Города воюют между собой, короли с городами и между собой. До смешного доходило, жена английского короля, в не таком уж далеком прошлом, воевала со своим мужем! Это вам не тихие семейные разборки соседей по лестничной площадке, война шла самая настоящая с громадьем трупов и бегством короля от войск женушки. Повсюду текут полноводные реки крови. На Балтике неспокойно. Ганза старается не пускать англичан в Балтику, венецианцы всячески противодействуют плаванию англичан в Средиземное море. Англичане же зажимают тех и других у себя дома. Английский король вступил в союз с датским королем, и тут как на грех жители долин подняли бучу, и в Швеции в прошлом году вспыхнуло восстание против датчан. До Новгорода дошли слухи, что причина восстания – жестокость одного датского фохта – только лишь повод. Говорят, что это Любек побудил делакарлийцев к восстанию. Но это только слухи, не более. Восставшие захватили несколько замков, сожгли пару-тройку городов и подступили к Стекольне. Главное требование восставших – собственный король в Швеции. Дания терпит поражение за поражением на суше и теряет Шлезвиг. В отместку датские пираты вовсю резвились на море, грабя ганзейские суда, а иногда и топя их. Собственно, датчане не брезговали и мелкой рыбешкой. Несколько новгородских кочей бесследно исчезли вместе с командой и купцами.