У него, но не у нее. От одной мысли о грядущем расставании горло сжала чья-то безжалостная рука и к глазам подступили слезы. Но плакать она не будет. И отступные не возьмет. Она прожила с Клейтоном два чудесных года, и будет вспоминать это время с благодарностью, без слез и сожалений. В конце концов, она знала, на что шла.
В больнице она пробыла несколько часов. Старшая сестра соматического отделения попросила ее помочь в обследовании детей из монастырского приюта, и Софи охотно согласилась. Это оказалось вовсе не трудно, дети были спокойными и послушными. Ей даже показалось, что уж слишком спокойными и послушными. Но вторая медсестра, немолодая женщина по имени Алекс, на ее вопрос только пожала плечами.
– Что ты хочешь, Софи? Это же приютские дети. Они же прекрасно понимают, что живут в приюте из милости. И хотя к ним хорошо относятся и уход за ними хороший, это не то, что в полноценной семье. У них нет чувства защищенности, которое присуще детям, у которых есть родители.
Шел уже девятый час, когда удрученная Софи ехала домой на такси, изо всех сил сопереживая брошенным детям и чувствуя себя такой же незащищенной, как и они.
Проезжая по Уолл-стрит, заметила машину, очень похожую на автомобиль Клейтона. Взглянув на номер, напряглась и встревожилась, номер и в самом деле был Стивена. Выпрямившись и сжав руки в кулаки, попросила водителя:
– Вы не могли бы ехать вон за той синей машиной?
Развязный таксист с глумливой ухмылкой ей подмигнул:
– Да отчего же нельзя? Конечно, можно. И, как я понимаю, скрытно, чтоб водитель не заметил слежку? Но это будет стоить изрядно, – и он назвал дикую сумму, но Софи было уже все равно.
Сердце у нее билось где-то в самом горле, и она с трудом сглатывала постоянно копившуюся во рту слюну. Ее подташнивало от волнения, но она крепилась, решив во что бы то ни стало узнать правду.
Они проехали весь Манхеттен, потом свернули на Бруклинский мост и надежда, что Стивен едет домой, пропала. Когда они проскочили через Бруклин и въехали на мост Верразано-Нэрроуз, у Софи уже кружилась голова в предчувствии мрачных открытий. В районе Стейтен-Айленд они медленно проехали вдоль больших старых особняков, и затормозили неподалеку от высоких узорчатых ворот, которые, как по команде, открылись перед машиной Стивена.
Таксист, видя недоумение пассажирки, объяснил:
– Фотоэлемент, мисс. Пропускает только свои машины. Но что делать дальше? Пойдете выяснять отношения или домой отправитесь?
Выяснять отношения, да еще в незнакомом доме, Софи не хотела. Вдруг он приехал к любовнице? От этой мысли закололо в груди, и она растерла область сердца, надеясь утишить боль.
– А вы не могли бы узнать, чей это особняк? И кто здесь живет?
Водитель сделал жест, означающий «деньги», и она поспешно вложила в его руку десятидолларовую бумажку. Выйдя из машины, он остановил пробегавшего мимо мальчишку и, потрясывая возле его носом долларами, что-то спросил, тот быстро ответил, выхватил бумажку и пустился дальше по своим делам.
Вернувшийся в машину таксист доложил:
– Это особняк Стивена Клейтона. Но с кем он тут живет, парень не знает. Думаю, для этого вам настоящего детектива нужно нанимать.
Софи кивнула головой и попросила ехать в Манхеттэн. Всю дорогу она просидела, размышляя над тем, что видела. Она и не подозревала, что у Стивена был особняк в городе. Но это не говорит ни об его измене, ни о чем-либо оскорбительном. Наоборот, если он жил со всеми своими подругами именно там, то он проявил деликатность, на этот раз сняв квартиру.
Представив себе, как бы она жила в таком огромном особняке, наверняка полном любопытствующей прислуги, Софи передернулась. А если еще учесть, что в глазах всех его слуг она была бы просто очередной игрушкой хозяина, то Стивен поступил благородно, решив жить с ней в обычной квартире, где она чувствовала себя хозяйкой.
Почему Клейтон сказал, что уезжает в командировку, хотя просто ушел в свой особняк? Неужели у него появилась новая подруга и он живет с ней там? Вспомнив слова Люси о том, что та спала с ним еще тогда, когда он еще не расстался с предыдущей пассией, Софи вновь чуть не расплакалась. Неужели история повторяется?
Приехав домой, расплатилась с довольным таксистом и поднялась в свою квартиру. Чуть помедлив, позвонила консьержу.
– Скажите, пожалуйста, кто хозяин нашей квартиры?
Тот был изрядно удивлен столь странным вопросом. Софи вполне его понимала, обычно жильцы не задают подобные вопросы после двух лет проживания.
– Хозяин – акционерное общество «Элитное жилье», ну а снимает его мисс София Аддисон.
Услышав свое имя, Софи задохнулась, и едва смогла поблагодарить консьержа за информацию.
Итак, вопросов было море, и ни одного ответа. Решив обязательно поговорить со Стивеном, едва тот появится, Софи сходила в соседний дом, где в пристрое был открыт общественный бассейн, и плавала в нем до изнеможения. Она так устала, что у нее тряслись перетружденные ноги и руки, но зато уснула она быстро и спала без сновидений.
Утром у нее от вчерашнего сверхэнергичного плавания побаливало все тело, и пришлось почти час посвятить растяжкам и упражнениям. Наконец боль прошла, и она принялась гадать, чем бы ей заняться. Может быть, снова поехать в больницу Святого Патрика? Для нее там наверняка нашлось бы дело.
Прерывая ее размышления, зазвонил телефон. Сердце у нее перевернулось. Стивен! Стараясь говорить обычным тоном, подняла трубку и нейтрально проговорила:
– Слушаю.
Каково же было ее разочарование, когда это оказался вовсе не Клейтон. Женский голос приветливо представился:
– Привет, Софи, это Бренна.
Софи не видела Бренну уже несколько месяцев, с того самого момента, как та рассталась с Отисом. На душе стало еще хуже, чем было, и Софи ответила не так приветливо, как разговаривала обычно.
– Здравствуй Бренна. Как дела?
В ответ та только хмыкнула.
– Как сажа бела. Но это все ерунда. Где Стив?
Почему-то Софи очень не хотелось говорить с ней о Клейтоне, но она выдавила:
– В командировке.
Немного помолчав, Бренна бросила загадочную фразу:
– Что ж, этого и следовало ожидать. Знаешь, мне нужно тебе кое-что рассказать. Ты не могла бы подъехать к кондитерской Лютара? Я тебя буду ждать там через час. – И положила трубку, не дожидаясь согласия Софи.
Софи растерялась. Идти ужасно не хотелось. Для чего ее звала Бренна, как не сообщить какую-нибудь гадость про Клейтона? Но и прятать голову в песок, как страус, тоже не имело смысла. Если то, что скажет Бренна, окажется фатальным для их со Стивеном отношений, то она просто уйдет. Только и всего. Работа у нее уже есть, нужно только написать заявление. Она не пропадет. Но вот только как быть со своей несчастной любовью? Ее ведь невозможно сложить в чемодан за ненадобностью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
