Когда он свернул перед ними, нагеры захрапели, и у него возникла странная мысль, что нагеры тоже наслаждаются бегом. Когда он остановился, подбежали рабы с накидками. Под палящим солнцем Ра от нагеров шел пар.
— Ну и как? — спросил Талли, соскакивая с колесницы.
На него глядели так, словно он выпрыгнул из котла с кипятком. Он чувствовал, как дрожит все тело, а ноги стали ватными, и старался не показать этого окружающим. Он сделал шаг вперед, пошатнулся и чуть не упал, но его поддержал Фангар.
— Ну, ты даешь, — сказал Фангар, хлопая его по спине. — Превосходно, Рой!
Талли улыбнулся, хотя знал, что Всадники Вилгегена смутно разбираются в подобных вещах.
К нему подошли Натунза и Лимоун. Они тут же вскочили в собственные колесницы и поехали по двору, все сужая круги и пытаясь развернуться так же лихо, как только что это сделал Талли, но разумеется, у них ничего не выходило.
— С успехом тебя, Рой, — улыбнулся Амондей. — Эта колесница более подвижная.
— Мне кажется, тут может возникнуть проблема с лучниками, — ответил Талли. — Трудно точно прицеливаться на поворотах. Они должны потренироваться.
Натунза опробовал колесницу Талли и когда спрыгнул с нее, Талли увидел, как сверкают глаза старого колесничего.
— Я вижу, эту идею внушил тебе сам Амон-Ра. Только боги могут придумать такое замечательное устройство.
— Ну да, конечно, — ответил Талли.
Кто он такой, чтобы отнимать у богов их славу? Все что он сделал, только вспомнил рисунки Ассирийских и Египетских колесниц, использовал свои знания физики и подметил, что колесницы Ра нуждаются в реконструкции. Шло время. Река Оо лениво несла свои воды, опаленные солнцем растения побурели. Продуктовые лавки брали себе товар из королевских хранилищ и хранилищ храма. Жизнь в Ра замедлила темп, пока не начался новый сезон дождей, дающий возможность следующего урожая. Это походило на культуру Нила, только Оо не окаймляла пустыня. Конечно, на горизонте виднелись горы…
Эти дни принесли Талли новые беспокойства и новые знания о Хиктросе. Теперь он полностью представлял, что жизнь здесь в огромной степени зависела от колесниц Ра. Хитрос лежала на другом краю великой равнины и представляла собой обширную, развитую империю. Когда их колесницы снова появятся у реки Оо, то на этот раз они уничтожат все. Талли и Фангар работали над созданием военных сил Хамон-Апена, не только способных противостоять этому нападению, но пересечь великую равнину и напасть на сам Хиктрос. Они тренировали возниц в управлении колесницами нового типа. Они тренировали лучников попадать в цель. Они должны уничтожить колесницы Хиктроса. Талли работал до изнеможения и иногда ночами просыпался в поту, дрожа от безымянного ужаса. Он подыскал себе опытную возницу, женственную, но с крепкими мускулами, с длинными волосами, упругими грудями и длинными стройными ногами. Ее звали Оолоу — по названию реки, — и Талли нравился ее незатейливый юмор. Она с радостью приняла идею быть его личной возничьей. Постепенно она привыкла к нему, пустила к себе в постель и вообще хлопотала над ним, как наседка. Он понимал, что, став любовниками, они будут лучше действовать в колеснице. На время он выбросил из головы мысли и Номи и Ларе. Обе принцессы, конечно, знали об Оолоу, как знали все, что происходило в их дворцах, но простая возница не являлась им соперницей. Аппетиты мужчины не могут повлиять на высокую политику. В этом они были уверены. К ому же они верили в магию и очарование своих тел, могущие склонить его к тому, что они пожелают. И в этом они были правы. Одновременно Талли разрабатывал рессоры для колесниц. Деревья здесь были относительной редкостью. На постройку колесниц шли ивы, кожа и бронза. К сожалению, о надувных шинах не приходилось и мечтать. К тому же Талли частенько брал с собой Оолоу и тренировался в стрельбе из лука на ходу. Поскольку он не был уроженцем ни Хамона, ни Апена, то включил в свою одежду оба цвета — оранжевый и изумрудный в сочетании с белым. Чтобы привыкнуть, он также постоянно ходил в бронзовой кольчуге, раскрашенной в оба цвета — оранжевый и изумрудный. В ней его плечи становились шире, весь вид осанистей и внушительней.
Он также носил прекрасный бронзовый меч на левом боку и более короткий — на правом. Он упражнялся с мечом и щитом под руководством Фангара и добился в этом кое-каких успехов, вызывая иногда у Фангара слова похвалы. Сначала он хотел носить колчан со стрелами на спине, но вскоре убедился, что это неудобно, и переместил его под левую подмышку. ОН подобрал себе неплохую коллекцию стрел и научился попадать ими на полном ходу колесницы в красный кружок девять раз из десяти. Ток проходил сезон дождей, во время которого он полностью адаптировался в Ра, наслаждаясь этой новой жизнью. Что касается Оолоу, она постоянно носила при себе меч, а во время езды на колесницы держала рядом длинное, неприятно выглядящее копье.
Три запасных копья были привязаны к колеснице снаружи и еще парочка прислонена внутри к перилам. Талли проводил вечера в долгих беседах с Натунзой и другими генералами, обсуждая стратегию и тактику ведения боя. Предводителем был избран Фангар.
— Я поведу вас, — заявил он, — если вы поклянетесь Амон-Ра и всеми богами в верности мне. Иначе я отказываюсь от этой чести.
Они согласились. Последовала торжественная, длительная церемония, во время которой все генералы, капитаны и командиры эскадронов принесли клятву верности. На ней присутствовали обе принцессы с Амондеем и его жрецами. Это еще больше воодушевило людей.
Что касается пехоты, то Талли не только осмотрел их копья и щиты, но и проверил, у каждого ли имеется надлежащая одежда и сандалии.
Прошел чуть менее жаркий и солнечный период, который здесь называли зимой, с многочисленными дождями, которые значительно подняли уровень Оо. За ним последовало традиционное время войны.
Потайная комната в дальнем крыле храма, где были установлены электрические батареи, была надежно заперта и опечатана таинственным заклинанием. Ведущие от нее провода оставались подсоединенными. Амондей сказал Тали относительно ее:
— Оставь все как есть, Рой. Я понял, как ты получаешь знамение Амон-Ра, открывая и закрывая медные броши. Может, в один прекрасный день Амон-Ра удостоит такого знамения меня, его преданного слугу Амондея.
— Да, элементы Даниэля еще работоспособны. Но я сомневаюсь, что они долго протянут.
— Все в руках Амон-Ра.
Талли взял себе эскадрон под командованием Лимоуна. Он хотел назвать его «Преданной гвардией», но побоялся обидеть Фангара. Они упражнялись вместе. Лимоун не переставал восхищаться маневренностью колесницы Талли и меткостью его стрельбы из лука.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
