вашего возвращения к ужину.
Мысль об отце заставила девушку мгновенно утихомириться.
— Давайте вернёмся в машину. Сейчас будет лучше, если я отвезу вас домой.
— Но мы не можем вернуться, — Ван Япин нахмурилась.
— Почему?
— Ты думаешь, я появлюсь дома в таком виде⁈ Ни за что! — она снова сунула ему под нос свои ногти. — Выглядит просто отвратительно! Смотри, даже кровь сбоку, про сильную боль вообще молчу! Сперва едем в салон, пускай исправят… — звонко впечатывая каблуки в асфальт, Ван Япин направилась к машине.
— А что мне передать вашему отцу, когда он позвонит? — полюбопытствовал водитель, плетясь следом. — Это ведь дело небыстрое, а он ждёт вас. И всё вопросы он будет задавать мне.
— Скажешь, что я немного задержусь в университете, — беспечно бросила «пострадавшая», не усматривая в своих словах ничего зазорного. — Главное — ни слова не рассказывай про то, что сейчас произошло. Не хочу, чтобы отец знал. Ты меня понял?
Мужчина обречённо кивнул.
* * *
Ван Мин Тао в последнее время очень волновался за судьбу своих детей, в частности, старшей дочери, Ван Япин. Несмотря на все его усилия, она выросла очень избалованной. И за это стоило сказать отдельное «спасибо» её матери, которая палец о палец не ударила, чтобы хоть сколько-нибудь подготовить дочь ко взрослой жизни.
Если отец олицетворял собой кнут в деле воспитания, то мать была тем самым пряником. Ван Мин Тао всё чаще не мог выбросить из головы старую поговорку: когда родители трудятся, а дети наслаждаются жизнью, то внуки будут просить милостыню. Для современного Китая с его невероятной конкуренцией эти слова как никогда актуальны.
Медицина стремительно шагает вперёд, но всё равно никто не вечен. Однажды его не будет рядом с детьми, чтобы по щелчку пальца решить любую проблему. А значит, Ван Япин должна стать сильной, самостоятельной и жизнеспособной для этого мира, девушке предстоит позаботиться не только о себе, но и о младшей сестре. Университетские годы станут важным переломным моментом в её жизни и по окончании обучения она должна исправиться и стать совершенно другим человеком — намерения отца сводились к очень простому списку ожиданий.
На каком-то этапе дверь распахнулась и на пороге возникла Ван Япин. Отец к этому времени уже заподозрил, что что-то пошло не так. Как еще объяснить её позднее возвращение и пропуск семейного ужина. Ну и приемная комиссия закончила работу два часа назад.
— Ты что-то припозднилась, — прокомментировал глава семьи из гостиной. — Как все прошло?
— Совсем не так, как я ожидала, — холодно ответила дочь.
— Рассказывай.
Она вошла и уселась на кожаный диван рядом с родителем.
— Ты обо всём договорился, я должна была поступить на бюджет. Но почему, когда в кабинете появился какой-то деревенщина, приёмная комиссия отдала предпочтение ему? Ещё и меня унизили, мол у него баллы выше, а мне следовало бы лучше учиться! Кто они вообще такие, так со мной разговаривать⁈ Ты должен во всём разобраться! Я не хочу быть в пролёте с бюджетом! — ребёнок прятал взгляд и явно считал нападение лучшим методом защиты.
— Я лишь позвонил своему приятелю и поинтересовался, может ли моя дочь рассчитывать на бюджетное место. Узнав о твоих результатах гаокао, он ответил утвердительно. Но это не значит, что ты была застрахована от конкуренции. Все зависело от тебя самой. — Грустно вздохнул отец.
— А-а-а, так вот как⁈ Мог хотя бы меня предупредить, чтобы я не выглядела последний дурой!
— Я говорил так, как есть. А дальше ты уже сама приняла желаемое за действительное, — Ван Мин Тао продолжал сохранять невозмутимость.
— Папа, ну ты не понимаешь! — возмущение дочери сменилось отчаяньем. — У меня ведь почти получилось! Всё произошло прямо в последние минуты! Не явись он в кабинет, это место досталось бы мне! — Ван Япин никогда не умела проигрывать, отец прекрасно это знал. — Всё, плевать я хотела на этот университет! Выберу другой!
— Пойми, в жизни не всегда все будет по-твоему. Нужно уметь побеждать и добиваться своего, — мужчина взял со столика чашку зеленого чая и отпил глоток. — Помнишь, как ты сдулась после проигрыша на соревнованиях по фигурному катанию? А ведь у тебя был большой потенциал. Стоило лишь постараться и больше тренироваться.
— Ну было один раз, и что с того? Теперь всю жизнь будешь мне это припоминать? — девушка скрестила руки на груди, принимая закрытую позу.
— А бальные танцы? Ты забросила их, потому что тебя не взяли на крупное выступление, — на самом деле, подобных примеров у отца накопилось предостаточно. — В один прекрасный день ты проснешься и узнаешь, что твоя подруга или даже младшая сестра увела у тебя мужа. А ты осталась одна с тремя детьми на руках.
— Папа, хватит выдумывать!
— По-моему, вполне себе реальный сценарий, — мужчина снова пригубил чай. — К этому все и идёт. Вот, сама посмотри: не получила бюджетное место и готова совсем отказаться от учебы в престижном вузе из-за какого-то деревенского парня. Ты слишком легко опускаешь руки.
— Потому что это несправедливо! Они не должны были выбрать его вместо меня! — повысила голос дочь. — Я подсмотрела в его личное дело: у деревенщины средний балл в школе С+! Да кто угодно достойнее него! Особенно я! И ладно бы он знал только русский — его село на границе с Россией, но откуда взялся английский? Нет, папа, его точно кто-то протолкнул на бюджет! Другого объяснения быть не может!
— Знаешь, что мешает плохому танцору? — Ван Мин Тао усмехнулся уголком рта. — Ладно, ты моя дочь и я оплачу твоё обучение. В конце концов, мне самому выгодно, чтобы ты окончила один из лучших университетов страны. Это откроет перед тобой множество дорог. Однако должен предупредить: я не собираюсь напрягаться в одиночку. Иначе у тебя в голове отложится нездоровый паттерн, что в тридцать, шестьдесят или восемьдесят лет папа придёт и все
