Читаем без скачивания Часовщик - Пётр Макаров

   - Перевяжите его. Темнота.

   - Силен ты, Олег, сабли ковать.

   - Так Дмитрий Ибрагимович на меня, как на ученика глядит. Эту саблю уж после его выучки сковал. А узор старик накладывал.

   - Что ж сам-то, или с серебром работать не научился еще?

   - Да наложить - то смогу. Однако, тут чуять надобно, узор придумать красивый, чтоб не повторялся, да на саблю наложить так, чтобы всё к месту было. Ибрагимыч сабельщик знатный, рука поставлена, узор кладет - как поет. А саблю делали нарочно тебе в подарок, каждый из того, что умел - лучшее вкладывал. Вот на нож я узор клал - и то, над каждой чертой со стариком спорили.

   - Эх, лепо! Крутит воевода в руках саблю - нормальную стальную саблю, с елманью, по местным традициям. Мной кованая, а узор и правда дед Дмитрий клал, я - на подхвате был. Если доспех украшать я навострился, то за сабельку и сейчас возьмусь с опаской - тонкое это дело, клинок украсить. Не на продажу сделать, просто заполнив стандартными узорами и надписями, а под конкретного человека, да в подарок - чтобы по сердцу пришлось. По руке сковать и я могу сейчас, благо того же воеводу разглядывал пристально - и его старую саблю тоже. А вот вывести узор так, чтобы от него одного рука и сердце конкретного бойца радовались - этого пока не умею.

   - Прими, благодетель, от чистого сердца.

   Не стоит, верно, воеводе знать, что не одному ему я подарки привез. Семен Андреевич, в благодарность за призрение, откровенно говоря, полоумного бирюка, тоже получил новенький, вылизанный, под его руку кованый клинок. Не ширпотреб, хотя у меня и сабли для рынка - товар не бросовый. Но вот эти два клинка, да еще кое-что, я от начала и до конца сам ковал, над каждым изгибом раздумывал, вспоминая манеры движения будущих хозяев.

   - И доспех прими, его уж сам и ковал, и узор клал.

   Доспех, в принципе, близок к моему собственному. Мощная, надежная броня, которую можно, при этом, в считанные секунды вздеть, а за полминуты - полностью облачиться, считая и наручи, и наголенники, и шлем. Единственное, дороден воевода, пришлось серьёзно поработать головой, чтобы выдать такое изделие, да без последующей подгонки. За анатомический доспех я бы не взялся. Но гибкий ложится нормально, кольца внутренних креплений только кое-где подправить. Ну да кольца эти специально сделаны бронзовыми и толстыми, чтобы после правки сохранить надежность доспеха. А эрзац-плоскогубцы у меня с собой. Так что, три примерки подряд - и верховная власть тульского военного округа красуется в новом доспехе.

   Однако, хоть и с подарками приехал, а постепенно разговор на дела перешел. Тонко намекаю, что в доспехи попроще можно обрядить пол-области, за вполне вменяемые деньги и время. Холопам вряд ли, а вот большей части помещиков - по карману будет. Попроще доспехи потому, что надо и легкую конницу иметь - должен же кто-то врага к нужному нам месту схватки направлять. Тут-то воевода меня и огорошил.

   - Не знаю, как теперь и сказать-то тебе, Олег. Другому кому, просто грамоты зачел бы и вручил.

   - Да что случилось-то?

   - А вот глянь. - протягивает мне воевода грамоты.

   М-да. Я-то думал, у нас тут феодализм и частная собственность - ан, нет. Тут Московское государство во всей красе. Негр сделал свое дело, негр может уходить. Приглянулось мое поместье кому-то. И пошла обычная для более поздних времен, административная рокировка-интрига. То есть мне - другое поместье, поближе к Туле. А кого-то другого на мое место. Подлое бумажное айкидо, как выясняется, может оказаться опаснее Литвы и татар, вместе взятых.

   - Не могу я отказать. И другое поместье дать, тоже не могу. Мало того, что аж из Москвы писали - так еще и Шуйских родня тот, кому твое поместье передают.

   - Ну, значит, не в этот раз Туле тяжелой кованой ратью обзавестись. Спасибо, воевода, что предупредил. Ан ни доспеха моей работы, ни сабель булатных, думаю, больше на торгу не будет.

   - Да с чего? На новом месте даже кузнец есть. Поставишь там новую кузню.

   - Чего ради? Чтобы еще через два года, опять отдавать кому-то? Носишься с делом, как мать с ребенком, а потом - пшел вон? Нет уж, с нового поместья, что положено, выставлю, и всё. Если бы по новгородскому обычаю, на себя его откупить, чтоб не забрали...

   - Не откупишь. Был бы ты знатного рода, да имел друзей в Москве, и тогда непросто было бы. Здесь не Новгород Великий, здесь закон Москва устанавливает.

   - Вот и я о том. Так что, с новыми наборами доспешными и заводиться не стану. А новый помещик, сам увидишь, через год хорошо, если пластины для куяков привезет. Много - через два года будет там простое пограничное поместье с кузней, и всё.

   - С чего это? Или татьбу затеешь? Не вздумай - вот этой же рукой, сам прибью.

   - Никакой татьбы. Просто, когда варка идет, я сам за ней смотрю. И присыпки все сам мешаю. А они разные, даже если с одного раскопа руду везти, всякий раз хоть чуть, а отличаются. Холопов я не учил, тут не столько наука, сколько опыт и чутьё нужны. Да и ковать непросто, сколько мы заготовок испортили, пока хоть что-то получаться начало. Так что, удачи новому хозяину в розмысловом труде и обороне. Холопов и мужиков я зимой поучил, острог есть, авось и отобьётся.

   Вышел от воеводы я в состоянии легкого обалдения, а по дороге к Миронову дому наступило и тяжелое. Самоконтроль, конечно помогает - но ей-ей, ведь всё, что нажито непосильным трудом, как говорил гражданин Шпак, бессудно отнимают. Видел я то поместье, куда переводят. Ну да, земли пахотной там побольше. И к Туле поближе. И кузнец есть, и завод можно поставить. Но как-то часто пошли крупные обломы, то кузню спалят, то с поместья переведут.

   - Собирайся, любовь моя. Переводят меня в другое поместье, надо собраться, да проследить, чтобы Ибрагимыч в заводе всё собрал, да уложил.

   - Как же... и - в слезы.

   Это-то меня и привело в разум. "Спокуха на лице, порядок в доме" - не зря сказано. План мероприятий сложился мгновенно.

   - Собирайся, кому сказано! Отвезешь старику письмо, да проследишь, чтобы всё сделал. Времени мало, завтра с утра поедешь. Василия тебе дам в спутники, чтоб не одной ехать. - кажется, мой первый в нашей супружеской жизни рявк произвел впечатление. Во всяком случае, метнулась Катерина из комнаты со скоростью пули. А под вечер, забив на баньку с братиной, извинялся, успокаивал, и снимал стресс, в том числе и у себя. Закончили за полночь - а братина еще шумела, кажется, Мирон двух холопок в баню прислуживать звал. Или трех? А, плевать, у меня Катька есть.

   Смотр, если честно, отстоял как в тумане. Особенно, когда переводные грамоты глашатай проорал. Зато поглядел на преемничка. Сопляк сопляком, но в дорогой броне и на хорошем коне. Ладно, повезет - так сохранит поместье. Острог крепкий, не вдруг возьмешь, если ворота закрытыми держать. Даже хватило меня договориться с этим неблизким родичем Шуйских, чтобы вместе поехать в поместье, так сказать - дела из рук в руки передать, чтобы бесхозное добро не растащили.

Глава 3 Зима 1531 - 1532

- Вот здесь мельницу ставить собрался. Думал, завод из усадьбы перевести, поменьше копоти будет, да и потише.

   Не знаю, как этот салага ухитрился уломать своего кузнеца, а завод у меня принимает классический деревенский коваль. Широченные плечи, въедливость в деле, и полное непонимание сколько-нибудь серьёзной механики. Глаза у нового "исполнительного директора завода" горят, когда он разглядывает огромный новый молот. Слюнки текут, при виде выложенных на складе раскованных стальных пластин - аж пяти штук, остальные давно и надежно упакованы в моей поклаже. Посмотрю я, как он из них сабли ковать станет. Вернее, не посмотрю - наверняка перегреет. А ведь еще и закалить уметь нужно, это не прокованный "веник" из уклада и мягкого железа, нагрев другой, и охлаждение другое.

   Хотел я сначала пару пакостей подстроить. Только, этот дурной позыв еще до смотра прошел. Зачем, спрашивается, явные следы оставлять? Режимы я нигде не записывал, составы шихты и футеровки конвертера - тоже. А местные следуют правилу "чем больше, тем лучше". То есть вовремя отсечь момент, когда сталь сливать нужно, вряд ли смогут. Да и с домницей не всё так просто. Тем более, я собирался её ремонтировать. А "печати" - штампы, хоть и смотрятся просто, требуют вполне квалифицированного ухода. Я его обеспечивал, но рассказывать - хрена!

   - Савва, Егор, Иван, брони всем вздеть! Савва верхом, Егор на первые сани возницей, Иван... да иди уже на последние, что ли.

   - Куда это ты, пес, людишек сводишь? - глядь, к поезду подтягиваются сам наследничек с ближниками. Аж двумя, ой я щас помру с испуга!

   - Ты, охальник, придержи-ка язык. Неправдой ухватил поместье, так тебе еще и холопов, коих я сам на саблю взял, в наследство оставить? Креплены они ко мне, куда я пойду, туда и они!