Читаем без скачивания Источник миров. Ось времен - Генри Каттнер

Она разрывалась в нерешительности между желанием схватить Сойера и необходимостью бежать от Изиеров. Сойер снова обратил внимание на то, что ее фигура имеет те же диспропорции, что и искаженные изображения людей на картинах Эль Греко.

— Не думай, что ты выиграл, — прошипела она. Глаза ее горели яростью.

— Я сказала тебе слишком много, и теперь ты в постоянной опасности. Ты не скроешься от меня! Я…

Она не договорила, свирепо улыбнулась ему и затем одним грациозным движением скрылась за камнями. Она побежала по направлению к холмам, прочь от места, где разыгрывалась битва.

Сойер пытался разглядеть ее, но она уже исчезла. А может быть, нет. Он сделал несколько осторожных шагов от обрыва, наблюдая за сражением.

Первые ряды Хомов и лавина дикарей уже столкнулись, и это столкновение заставило остров содрогнуться.

Изиеры величественно шагали вперед среди движущейся массы. Их контуры рисовали огненные кольца в воздухе, которые разрывались со страшным грохотом. Их крики заглушали глухой вой дикарей и дикие вопли Хомов. А над всем этим шумом катился звон тревожных колоколов, сотрясающих воздух. Полузатухшее пламя плаща подсвечивало битву снизу, подобно адскому огню пламени.

Сойср увидел, как передний Изиер и Селли сошлись лицом к лицу в кошмаре битвы. Казалось, огненная искра ненависти пролетела между ними. Глаза дикарей сверкали, а лицо Изиера вспыхнуло пламенем божественного гнева. Он взмахнула кнутом, раскрутил молнию в воздухе, и огненное кольцо захлестнуло безобразных рептилий.

Селли выли, шатались, падали… но не умирали. Сойер смотрел на это с удивлением. Он видел, как оглушенные дикари поднимались, трясли головами и снова шли в бой. Вдруг Сойер заметил движение между Хомами, и вскоре там появилась голова человека. Тот взмахнул рукой, что-то крикнул и осторожно пошел по направлению к Сойеру. Сойер сразу прыгнул к своему дереву, готовый броситься вниз, если это штучки Неге.

Бегущий Хом приближался к Сойеру, тяжело дыша и махая рукой. Он что-то выкрикнул, но Сойер не мог понять, что именно. Он колебался. И затем он узнал этого человека. Темное лицо. Он же видел, как это лицо стремительно удалялось от него, когда он сорвался в бездну.

Человек резко остановился, увидел, что Сойер стоит на самом краю обрыва. Он перевел дыхание, кивнул Сойеру и сказал:

— Клей! Клей!

Сначала Клиффорд ничего не понял. Это слово ничего для него не означало. Но затем он внезапно прыгнул вперед, схватил Хома за плечи, бессмысленно повторяя:

— Клей? Клей?

Человек широко заулыбался, взял Сойера за руку и отвел его от обрыва. Сойср не сопротивлялся, хотя шел, тревожно оглядываясь по сторонам. Мозг его бешено работал, стараясь составить стройную логическую картину из обломков информации. Он даже пытался говорить со своим гидом по-английски.

— Ты шел за мной, когда я вышел из тюрьмы. Ты видел, как я упал, видел, как поднимается остров, видел дикарей на острове. Значит, это ты поднял тревогу. Теперь ты ведешь меня к Клей?

Маленький человек сказал: “Клей”, закивал и потащил Сойера еще быстрее. Они остановились на вершине холма. Битва разворачивалась перед ними. Было ясно, что проводнику хотелось бы пройти здесь, прямо через ряды сражающихся к Воротам города. Но также было видно, что в данный момент это невозможно.

Сойер посмотрел на темную громаду Хомада, плавающего у них над головами. Остров прижался к самому дну Хомада. Только две трети острова высовывались из-под материка, образуя гигантскую ступеньку перед Воротами города.

В верхнем мире все еще шел дождь. Часть острова была защищена от дождя материком, но кое-где на остров падали струи дождя. Сойер посмотрел и узнал это отверстие.

— Идем, — сказал он и потащил своего проводника за руку. По тот неожиданно начал сопротивляться и показал куда-то вдаль. Клиффорд вгляделся. Там, среди деревьев он увидел Нете. Лицо ее пылало возбуждением и яростью. Сережки бросали причудливые отблески на ее лицо. Она старалась сделать так, чтобы Изиеры ее не видели, но глаза ее вспыхивали, когда она смотрела на холм, за которым прятался Сойер.

— Она знает, что мы здесь, — сказал Сойер, хотя человек не мог его понять.

— Нам нужно поскорее убираться отсюда. Идем!

Но он не двинулся с места. Внезапно он заметил, что глаза Нете стали какими-то странными. Он стоял, охваченный изумлением, и новая странная идея начала формироваться в его мозгу.

Совершенно случайно один из дикарей повернул голову к Сойеру, и тот увидел его глаза. Такие же глаза, как у Нете. Большие, овальные, сверкающие, как бриллианты, и точно такие же, чуть раскосые. Единственное, что отличало глаза дикарей было то, что в глазах Нете светился разум, а глаза дикарей были совершенно пустыми.

Гид Сойера снова потянул его за собой. Клиффорд неохотно повиновался, вес еще раздумывая над странной идеей, которая возникла у него в голове. Казалось, она не имеет к нему самому никакого отношения. Но снова ему не удалось уйти. Его внимание привлекло то, что происходило внизу.

Изиер шел вперед, как карающий ангел, и гнал перед собой дикарей своим пламенным кнутом. Длинный нож, пущенный рукой дикаря, полетел в него. Изиер усмехнулся с божественным презрением. Нож ударился о закутанную в ледяной плащ грудь и отскочил от нее, как от стальной стены. Вспышка пламени осветила Изиера. Нож упал на землю. Но Изиер стоял, как замороженный. Он стоял бесконечно долгие секунды, лицо его внезапно стало неподвижным, глаза остекленели. И затем вдруг вокруг него вспыхнуло пламя, озарившее поле битвы.

В следующее мгновение его не стало.

И Селли и Хомы отскочили назад, как будто их обожгло божественное пламя. Они недоуменно смотрели друг на друга, тупо качая головами, а затем ряды их сомкнулись, и битва разгорелась с новой силой.

Когда Изиер расходует больше энергии, чем есть у него, он… испаряется… Так сказала Нете.

Качая головой, находясь в смятении от того, что он увидел, Сойер повернулся. Ему нужно еще кое-что сделать, прежде чем он вернется в город. Причем сделать тайно, так, чтобы даже его гид не знал.

— Идем, — сказал он, уводя Хома от места боя. — Мы поднимемся там, где я упал.

Дождь хлестал через знакомое отверстие, которое находилось на высоте десяти футов. Оплетенные корни деревьев достигали до самой земли.

— Сначала ты, — сказал Сойер, делая соответствующие жесты. Хом взялся за корни и в мгновение ока скрылся из виду.

Сойер последовал за ним более медленно, внимательно осматривая стены колодца. Это казалось чудом, но он увидел знакомую нору и камень в ней. Сойер глубоко вздохнул, вытащил камень, сунул руку в нору — и вот он уже держит эту чудовищную и ужасную пульсирующую теплом золотую полоску — Огненную Птицу.