пытаясь не сорваться и не поехать к ублюдку, чтобы тоже унизить и сделать больно. Я урою его!
— Ну хорошо. Доказательства его наклонностей у тебя есть?
— Фотографии есть с зафиксированными побоями, в кризисный центр обращалась перед разводом. Там все зафиксировано. Только это бесполезно.
— Почему?
— Потому что развод-то он мне дал, но после все тщательно подчистил. Он боится замарать репутацию.
— Значит, надо её так замарать, чтобы не отмылся. Не найду ничего стоящего – организую сам.
Тушу недокуренную сигарету в пепельнице, тошнит от табака. Слишком много курю последнее время.
Падаю назад в кресло, беру чашку, допивая чай.
— Спасибо, — проговаривает Яна.
— Да не за что пока, моя королева.
Отставляю чашку, снова откидываюсь в кресле, прикрывая глаза. Я, определённо, хочу продлить вечер, ночь, очень много с ней хочу, так, что в паху давно болезненно ноет, но не понимаю пока, как это сделать. Кому скажи – не поверят. Леван, который с легкостью цеплял женщин, теряется.
Поэтому не смотрю больше на Яну. Иначе превращусь в насильника.
Слышу, как она убирает со стола, звенит посудой на кухне. Дышу ровно, размеренно…
Что-то меняется, неожиданно ощущаю Яну где-то очень близко. Ее запах врывается в легкие. Распахиваю глаза и вижу королеву перед собой. В ней что-то переключилось, смотрит на меня открыто, скользит глазами по моей груди в распахнутой рубашке. Глаза живые.
— Ой, Яночка, не нужно меня провоцировать, я и так на грани, — усмехаюсь, потирая лицо.
А она словно не слышит меня, дергает пояс халата, ведет плечами, скидывая пеньюар. Белье есть, но все равно что нет. Эти полосочки еще больше подчёркивает ее наготу.
— Яна, я не отличаюсь выдержкой, особенно после двух грандиозных обломов.
— Я тебе должна, — сексуально шепчет она.
Ах, вот оно в чем дело.
Нет, можно сейчас залить ей в уши, что мне ничего не нужно, что я бескорыстно хочу помочь и буду преданно ждать, когда она будет готова. Только это все неправда. Я хочу здесь и сейчас.
Дыхание сбивается, когда королева делает пару шагов ко мне и садится верхом, лицом к лицу. Обхватываю ее бедра, теснее вжимая в себя. Яна сглатывает, задерживая дыхание. Обхватывает руками мою шею, зарывается пальцами в волосы на затылке.
— Я не приемлю анальный секс и унижения, — шепчет она. — В остальном делай все, что хочешь, — разрешает. Мои руки на ее бёдрах сжимаются еще больше, член моментально наливается. Нельзя делать мне такие предложения сейчас, разорву ведь.
— А чего хочешь ты? — хрипло интересуясь, веду глазами по ее губам, шее, осматривая упругую грудь, чувствуя, как барабанит пульс где-то в висках.
— Я хочу сейчас быть сверху, контролировать все, а ты только принимай, — наклоняется, ведет губами по моему виску. — Мне будет так легче, когда контроль у меня.
— Когда я на взводе, то теряю напрочь тормоза, а с тобой – еще и голову. И поэтому нет никакой гарантии, что не возьму верх и не перехвачу инициативу, — ловлю ее губы, слегка покусывая. Я уже практически сорвался.
— Хотя бы немного потерпи, мой тигр, — шепчет мне в губы.
Да меня только от ее голоса подбрасывает. Но киваю, прикрывая глаза и собирая все силы.
— Сколько смогу, кошка. Но не пугайся, боли и вреда не причиню никогда, даже если сорвусь, — предупреждаю я. — Давай, играйся, пока я держу зверя на цепи.
Глава 16
Яна
Мне важно сейчас взять контроль на себя. И дело даже не в том, что я хочу доминировать в постели, нет, не хочу. Дело в том, что мне психологически важно понимать, что контролирую ситуацию и в любой момент могу остановиться. Понимаю, это ненормально, но внутри все нормальное поломано Тарасом. Не могу я пока полностью доверяться мужчине. Не могу, даже если захочу. И я очень благодарна, что Леван сейчас доверился мне. Это даже будоражит. Понимать, что хищник отдал инициативу, наступая на горло своей природе брать самому. Нет, я не возбуждаюсь мгновенно, но и не противно. Мне важно испытать свои пределы и преодолеть страхи.
Чувствую сильное мужское тело каждой клеточкой.
— А можно мне хотя бы снять вот эту прелесть? — указывает глазами на бюстгальтер.
— Я сама, твои руки пока не участвуют, — шепчу ему.
— Окей, — усмехается, расслабляется, отпускает мои бедра, но глаза горят. Хищники не отдают инициативу до конца, они могут лишь поиграть, создавая иллюзию.
Завожу руки за спину, снимаю бюстгальтер, откидывая его на диван.
— Ммм, — тянет Леван, осматривая мою грудь. — Боже, дай мне силы сдержаться. Руками трогать нельзя, губами можно? — поднимает на меня глаза. Играет бровями, облизывая губы. Только сейчас замечаю, какие у него по-мужски красивые губы. Я полагала, что больше никогда не позволю к себе прикоснуться мужчинам. Нет, я клялась самой себе. Но сейчас, как ни странно, уже не напряжена на коленях у мужчины и не зажимаюсь только от взглядов.
— Пока нельзя, — игриво произношу я. В конце концов, наша близость не первая. Леван груб и порывист в сексе, но, надо признать, ни разу не унизил и не причинил боли. Леван глубоко втягивает воздух.
— Жадная ты женщина, — ухмыляется, откидывает голову на спинку кресла и прикрывает глаза. Да, мне проще, когда он не смотрит на меня голодным взглядом. Запускаю ладони под его рубашку, провожу по горячей коже, по татуировке черного дракона. Изучаю мужское тело, обрисовывая пальцами рисунок. Профессиональная работа – дракон реалистичный, двигается и дышит вместе с Леваном.
— Почему именно дракон? — шёпотом спрашиваю, замечая, как разбегаются мурашки по сильному телу.
— Черный дракон дает возможность выхода за грани возможного, символизирует силу и… — не договаривает, сжимая губы.
— И? — наклоняюсь, глубоко вдыхаю мужской запах парфюма и табака.
— И власти, — выдыхает, когда я прикасаюсь губами к его скулам.
— Власть разрушает, — шепчу в его кожу, ощущая, как соски трутся об его грудь, наливаясь, становясь чувствительными.
— Нет, если она направлена в нужное русло, — уже хрипло отвечает мне. Спускаюсь губами к его шее, ласкаюсь, целую, ощущая, как между ног упирается его уже давно твердый и на все готовый член.
— Очень нетерпеливый дракон, — шепчу в его кожу. — Потерпи немного
