У нее выдался ужасный день. Ночь была теплой, но Ребекка плотнее закуталась в накидку и взглянула на спящего на полу Клэя. Благодаря ему она этот день пережила.
Через несколько дней они достигли реки Платт. Она была широкой, в целую, милю шириной, но мелкой, и переправились через нее без особого труда.
До сих пор они ехали по не особенно живописной местности, но теперь им предстоял шестинедельный переход через прерии. Люди, привыкшие к лесам или городской суете, с удивлением взирали на высокие утесы из песчаника, которые вздымались вдоль реки, и безлесную степь, простиравшуюся насколько хватало глаз.
Готовя ужин, Ребекка то и дело поглядывала на Клэя, который подтягивал колесо фургона. Ему явно что-то не давало покоя. После случая на реке он почти не говорил с ней, а редкие разговоры неизменно кончались спором, так что установившееся молчание только радовало обоих. По крайней мере, они больше не старались друг друга уязвить и поддеть, так что теперь удавалось поддерживать спокойные деловые отношения.
– Ужин готов, Клэй.
Ели в молчании. Клэй поблагодарил ее и вернулся к работе. Ребекка вымыла посуду и решила наведаться к маркитанту.
Его «лавка на колесах» поражала диковинностью товара: большая часть товаров попала сюда из рук людей, желавших разгрузить свои фургоны. Ребекка с радостью купила бы свежих овощей или фруктов, но их не оказалось. Вместо этого она приобрела подержанные нарды. Чарли всегда любил эту игру. Ребекка надеялась, что по вечерам они с Гартом или Эттой смогут разогнать скуку.
На обратном пути Ребекка остановилась у реки. Воздух дышал сладким запахом полевых цветов, а лунный свет белыми лентами украшал пейзаж. Легкий ветерок гнал рябь по поверхности широкой реки. В отдалении виднелись огни лагеря на другом берегу.
Поезд сократился до семидесяти четырех фургонов. Двадцать четыре семьи решили повернуть назад и не переправляться через Платт – кто-то просто раздумал, кому-то здоровье не позволило продолжить путь. Майк Скотт сказал, что когда они доберутся до Калифорнии, их останется еще меньше. Однако для Ребекки обратной дороги нет. Она выбрала свой путь и пройдет по нему до конца – с Божьей помощью и с помощью Клэя Фрезера.
* * *
Клэй внезапно остановился и прерывисто вздохнул, напрочь забыв о цели своего пребывания здесь, – его взору предстала Ребекка, одиноко стоявшая на берегу реки. Ветер развевал ее волосы и шевелил платье, обрисовывая контуры стройного тела. Лунный свет заливал фигуру и придавал ей ореол нереальности. Боже, какая же она красивая!..
С тех пор как Скотт отстранил его от службы, они с Ребеккой почти все время проводили вместе, и он много наблюдал за ней. Она сдержала слово: помешанная на независимости, она никогда не просила помощи и, несмотря на тяготы походной жизни, никогда не жаловалась.
Клэй все больше страдал от такого положения вещей. В тот день, когда она едва не утонула, он ярко, как никогда, познал ее тело. Он отчаянно желал ее. Она уже была замужем, ей наверняка известны потребности и восторги интимной жизни. Клэй искренне надеялся, что рано или поздно зов плоти сломит ее сопротивление.
Сегодня она исчезла куда-то, не сказав ни слова. Клэй как безумный обшаривал лагерь. Никто не видел, куда она пошла. Да, он наверняка выглядел полным дураком, кидаясь от одного фургона к другому. Если женщина не станет слушать предостережений тех, кто знает о таящихся здесь опасностях, ей не выжить в этих диких местах.
Клэй бесшумно подошел к ней сзади.
– Скотти не велел ходить здесь поодиночке, – проговорил он.
Ребекка быстро обернулась, прижала руку к груди.
– Боже мой, Клэй! Ты напугал меня.
– Тебе повезло, что это был я, а не какой-нибудь индеец. Мы на их территории, поговаривают, в последнее время участились нападения на обозы.
Ну почему рядом с ним она всегда вынуждена защищаться и оправдываться?
– Не думаю, Клэй, что они покусятся на поезд таких размеров. Кроме того, я только что от маркитанта. Там никто не опасается атак индейцев.
– Возможно, потому, что маркитант сам снабжает их патронами и виски. Пошли, Ребекка, пора возвращаться в лагерь.
Нет, он совершенно безнадежен. С первого дня их знакомства он только и делает, что раздает приказы, старается напугать хмурыми гримасами и унижает ее своим покровительственным отношением. Она уже четыре года сама себе хозяйка и вовсе не нуждается в том, чтобы какой-то мужчина указывал ей, что делать!
– Я вернусь, когда посчитаю нужным. Я прекрасно могу сама о себе позаботиться, Клэй. Большую часть своей жизни я только этим и занимаюсь.
– Ну да! Посмотри, к чему это привело!
Она рассердилась и хотела было проскочить мимо него, но поскользнулась на влажной траве. Клэй схватил ее, чтобы не дать упасть. Несколько очень долгих секунд они смотрели друг на друга.
Ярость ли, невозможная ли близость ее тела или же минутная слабость двигала им – не важно. Ребекка чувствовала, что он готов вот-вот поцеловать ее, и желала этого.
Это не был нежный поцелуй, Клэй впился в ее губы страстно и пылко, жадно, словно желая подчинить ее своей воле.
Ребекка не отстранилась, но и не ответила.
Когда Клэй отпустил ее, она с вызовом взглянула ему в глаза:
– Так-то вы следите за дисциплиной, капитан Фрезер?
Ребекка развернулась и зашагала к лагерю. Клэй брел следом.
Гарт уже ждал у огня. Увидев их мрачные лица, он вопросительно поднял бровь:
– Милые бранятся – только тешатся?
Ему ответили испепеляющими взглядами. Ребекка прошла мимо и забралась в фургон.
– Слушай, Клэй, вы оба – умные взрослые люди, – начал Гарт. – Путешествие становится все труднее, и нам нужно держаться сообща. Вы не могли бы заключить перемирие, пока мы не доедем до Калифорнии?
– Гарт, не лезь в это дело. – Клэй улегся на свою скатку и повернулся к брату спиной.
– Не могу – уже увяз в нем по уши, – констатировал Гарт и плюхнулся на свою постель.
Гарт уже давно уснул, а Клэй все лежал без сна и клял себя за глупость. Он же хотел только убедиться, что с ней все в порядке! Как он мог потерять контроль над собой? Почему просто не ушел, когда она стала дерзить? Он поцеловал ее, повинуясь инстинкту. Она не ответила – несложно догадаться, что ей не понравилось то, что он сделал. Нужно было продолжить поцелуй, пока бы она не сдалась.
Нет, по правде говоря, нужно было извиниться. А потом он увидел ее. В белом пеньюаре и ночной рубашке, Ребекка стояла, запрокинув голову, и смотрела на звезды. Длинные волосы шелковым водопадом спадали на плечи – как тогда, когда она стояла у реки. Луна заливала ее призрачным светом. Клэй снова залюбовался ее неземной красотой.
