А это наш главный консультант Скугорев Станислав Всеволодович. Вам здесь придется работать в связке.
— Очень рад, мы о вас тут много наслышаны, — произнес Баранников.
Мы пожали друг другу руки.
— Я мчусь договариваться с телевидением, — сказал Баранников и в самом деле помчался к зданию аэровокзала.
— А мы едем на место теракта, — сообщил Перегудов Дианову. — По дороге тебе нужно купить цветы.
Мы вышли на привокзальную площадь, где нас окружили сторонники, правда не слишком многочисленные, Перегудова. Не воспользоваться возможностью произнести хотя бы самую короткую речь, было бы непростительной оплошностью. Он вскочил на какое-то возвышение.
— Друзья! Негодяи опять показали свое истинное лицо, эти люди с волчьим оскалом вновь стали бродить по улицам наших городов, выискивая свою добычу. А все потому, что они чувствуют себя на них совершенно вольготно. Нынешняя власть не способна положить конец этим нескончаемым злодеяниям, потому что она напоминает импотента, который все время хочет, да только ничего не может. Нужно, чтобы у руля руководства страной встали бы, наконец, те, кто и хотят и могут. Хватит подставлять себя, как жертвенные животные, под бомбы террористов, я заявляю, что если вы доверите мне эту страну, я изведу эту падаль под корень, как вредный сорняк. А теперь мы должны отдать последнюю память тем, чья жизнь сегодня оборвалась по причине того, что их не могут защитить. Едем!
Под одобрительные выкрики собравшихся Перегудов сел в подданный ему автомобиль. Мы тоже двинулись к предназначенным нам машинам.
Внезапно меня догнал повелительный окрик Перегудова.
— Станислав Всеволодович, садитесь в мой лимузин.
Сопровождаемый взглядами своих сотрудников, я двинулся к машине Перегудова.
Кортеж оказался весьма внушительным. А его прохождение по городу было обставлено так, словно ехала правительственная делегация. По-видимому, этот Баранников неплохо подготовился к встрече партийного босс. Этот довольно неказистый с виду человек, судя по всему, обладал неплохой организационной хваткой, и с ним не мешает получше познакомиться, прикидывал я.
— Как мое выступление, консультант? — вдруг бесцеремонно вторгся в ход моих мыслей голос моего спутника.
— Неплохо, вот только стоит ли так нападать на власть, учитывая известные обстоятельства? Она может и обидеться.
— Не беспокойся, ничего лишнего я не сказал. Я озвучил мысли этих людей. А это всегда им нравится, когда политик это делает. У них возникает ощущение, что этот человек их хорошо понимает, он знает их реальную жизнь. А значит, растет и доверие к нему. Разве я не прав, консультант?
— Прав, генерал, — согласился я. — И все же не стоит переходить через определенную грань. По всем опросам большинство населения поддерживает нынешний режим, и если нападать на него чересчур рьяно, это может оттолкнуть от вас часть более умеренного электората.
— Тебя все время заботят умеренные, — усмехнулся Перегудов. — А мне по душе как раз те, кто не знает меры. На них-то как раз и следует опираться, они костяк нашего движения. Впрочем, ладно, я все понимаю. Что ты советуешь мне сказать по ящику?
— То же самое, только другими, более обтекаемыми словами. От лозунгов потом переходите к конструктивизму. Например, в случае избрания вас губернатором вы займетесь укреплением органов безопасности. Тем, кто не связан с ними, кажется, что от этого зависит эффективность их работы.
— А как считают те, кто с ними были связаны?
— Кое-что от этого фактора действительно зависит, но на самом деле он далеко не главный.
— Какой же главный?
— Умение анализировать ситуацию, иметь разветвленную сеть агентов, играть на опережение. А главное честное и добросовестное отношение к своим обязанностям. Профессионал — всегда профессионал в независимости от того, сколько он получает. Просто это его внутренняя суть.
Перегудов внимательно посмотрел на меня.
— Что же ты ушел? Впрочем, ладно, сейчас это совсем не важно. — Он посмотрел вперед. — Кажется, мы приехали к месте взрыва. Дальше нас все равно не пустят, придется пробиваться с боем.
Мы остановились возле оцепления. Перегудов решительно двинулся прямо на цепочку солдат. На встречу ему на перерез заспешил офицер.
— Дальне нельзя, вы что не видите, что тут стоит оцепление! — раздраженно закричал он.
Перегудов, не останавливаясь, с решительным видом пер на него, словно танк. Офицер от такой наглости опешил и попятился.
— Вы что не знаете, кто я? — закричал Перегудов. — Я руководитель блока «Спасение отечества», кандидат в губернаторы. Я хочу возложить цветы на то место, где погибли мои соотечественники. Никто не имеет право мне помешать.
Напор был такой мощный, что не только офицер, но вся цепочка солдат дрогнула, образовался проем, в который без всякой спешки, уверенным шагом и направился Перегудов. Никто не решился ему помешать. Воспользовавшись ситуацией, я последовал за ним. За мной проскользнули и Окулов с Сабовым, а так же Дианов.
Теракт произошел в небольшом магазинчике, скорее даже крытом павильоне. Поэтому и число жертв оказалось небольшим, так как взрыв был большой мощности. От самого павильона мало что осталось, частично были разрушены или повреждены и находящиеся по соседству торговые точки.
На месте трагедии работала большая бригада местных криминалистов. Нам на встречу вышел человек в штатском. Я узнал его, это был начальник областного отделения ФСБ. В свое время по службе я неоднократно встречался с ним. Он тоже меня узнал, на его лице промелькнуло удивление, но тут же исчезло.
— Куда вы идете, сюда нельзя. Кто вас пропустил?
— Мы намерены возложить цветы к месту теракта, — ответил Перегудов. — Но на этот раз его голос звучал уже не так уверенно и повелительно, инстинктивно он признал в этом человеке большого начальника и невольно умерил свой гонор.
— Тот, кто вас сюда пропустил, будет наказан. Уходите немедленно!
Я заметил, как Перегудов уже было сделал движение назад, но внезапно остановился.
— Пока не возложим цветы, мы не уйдем, — последовал его ответ. — Мы представляем миллионы избирателей и от их имени обязаны почтить память погибших.
Я увидел, что и руководитель ФСБ оказался в некотором затруднение. Я не сомневался, что ему было отлично известно, что стоящий перед ним человек пользуется покровительством в высоких кругах. И просто вытолкать его с места происшествия было бы не слишком осмотрительно. Кто знает, как повернутся дальнейшие события.
— На место взрыва я вас не пущу. Там идет следствие, — уже гораздо в более выдержанных интонациях произнес начальник ФСБ. — Хотите возложить цветы, делайте это здесь.
Перегудов решил больше не спорить. Он взял у стоящего рядом Дианова огромный букет и медленно опустил его на землю. После чего опустился на колени и совершил поклон почти до земли. Затем встал, и ни на кого не глядя, быстро пошел обратно.
Я отметил,
