- Я держал в руках хрустальную посуду, сделанную в этих землях. Ваше творение произвело на меня неизгладимое впечатление. Более того, я был настолько потрясён, что снарядил корабль, чтобы познакомиться с вами, потому что мне почудилось, что идея принадлежит именно вам.
Вот оно как, я склонила голову к плечу, совсем иначе теперь мне виделся этот мальчишка.
- Скорее всего это результат труда золотого мастера, - прозвучал другой, чуть насмешливый голос. Я перевела взгляд на старшего из братьев: Константин, небрежно прислонившись к поручням, криво улыбался, - а не придумка Её Высочества Элоизы. Я ведь прав, Ваше Высочество? - в голосе молодого человека проскользнуло неприятное снисхождение. Оно кольнуло моё самолюбие, и я уже открыла было рот, чтобы возразить и сказать, чья это действительно заслуга, но вовремя прикусила язык.
Сощурив глаза, окинула Константина не менее уничижительным взглядом и ответила:
- Конечно, хрусталь придумал один из моих ремесленников и руки у него действительно золотые. Мне подобное и в голову никогда бы не пришло.
Михаил разочарованно вздохнул, а Константин победоносно оскалился:
- Я же говорил, брат, зря ты потащился в такую несусветную даль.
- И вовсе не зря! - вскричал Михаил, оборачиваясь к старшему, - зато, если Её Высочество не обиделась на твою грубость, за что я приношу свои искренние извинения, познакомит меня с гением, я был бы очень благодарен за это, - младший принц снова перевёл на меня взгляд своих прекрасных глаз.
- Познакомлю, - кивнула, - и я вовсе не обижаюсь, вы же гости, если воспитание вашего брата позволяет вести себя подобным образом, и так благодарить за спасение, то Всевышний ему судья, - я намеренно говорила о Константине в третьем лице, и краем глаза заметила, как вытянулось его породистое лицо.
- Ваше Высочество! - шагнул ко мне Михаил, прежде кинув на брата предостерегающий взгляд, - простите Константина, он никогда не отличался особой тактичностью.
- Оно и видно, - фыркнула я, отворачиваясь и стараясь выкинуть византийского наследника из головы. Хам.
С Михаилом мы довольно быстро разговорились, я познакомила его с Лёвой, затем к нам подошёл лорд Райт и беседа плавно перетекла на обсуждение новых законов Уолсолла. Каким образом Константин влился в разговор, я не поняла, но говорил он довольно интересные вещи.
Я сделала шаг назад и позволила себе рассмотреть наследника византийского трона более детально.
Высокий, около метра восьмидесяти, может чуть выше, широкие плечи, хищная грация в каждом движении, по-королевски гордая посадка головы. Сейчас он стоял ко мне вполоборота, и ветер играл с чёрными прядями, перебирая их и укладывая в замысловатую причёску. Тонкий нос с горбинкой, высокие скулы, тёмная, загорелая кожа. И чёрные глаза. Красивый. Неужели все византийцы настолько привлекательны?
Наверное, я смотрела слишком пристально, потому что он вдруг обернулся и насмешливо вскинул бровь вверх.
Я, если честно, так и не поняла, с чем связано его отношение ко мне. Это коробило и вводило в некий ступор. Но можно спросить после, вполне прямо. Позиции наши равны, могу вести разговор, как мне вздумается, только не при всех.
Мысленно приняв решение, успокоилась было, как вдруг молодой мужчина шагнул в мою сторону, и, оказавшись рядом, поклонился:
- Прошу простить меня, Ваше Высочество, за несдержанность и длинный язык. Я, прошу поверьте, не хотел вас обидеть. В моей жизни встречались англосаксонцы, и они, в большинстве своём, были весьма неприятными людьми.
Тон, с которым он всё это произнёс, просто взбесил. Равняет меня с невоспитанными людьми? Да как он смеет? Едва сдерживаясь, чтобы не послать его, куда подальше, холодно ответила:
- Нельзя расценивать всех одинаково, не считаясь с существующими различиями, Ваше Высочество... это вас совсем не красит.
- Всё верно, мне нет оправданий, - глазом моргнуть не успела: а его тёплые губы уже прижались к моей коже на запястье. Мурашки табунами пробежались по позвоночнику, и я резко выдернула руку, спрятав её за спину. Ребячество, но я ничего не смогла с собой поделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Константин понимающе улыбнулся, я скрипнула зубами и ответила:
- Ваши извинения приняты, Ваше Высочество.
Высокомерно кивнув, собралась было уйти в каюту, но Константин остановил меня, задав интересный вопрос:
- Ваше Высочество, зачем вы столь жестоко поступили, утопив абсолютно всех пиратов? Они ведь могли щедро откупиться, - добавил он, внимательно за мной наблюдая.
- Знаете, - я посмотрела прямо в его чёрные глаза, и, не дрогнув, заявила, - эти люди ведь шли на Уолсолл с определённой целью: пограбить, снасильничать беззащитных горожанок, возможно, увести в рабство. У этих людей нет ни совести, ни чести. Они привыкли убивать, наслаждаясь чужими страданиями. На Уолсолле пираты не остановились бы, пошли вверх по реке и вырезали всех на своём пути. Я же в последнее время привыкла не оставлять врагов за спиной. И даже, если вы со мной не согласны, это ваше личное дело. А я уже уяснила одну простую истину, править и при этом оставаться "чистеньким" невозможно.
- Неожиданные рассуждения для девы столь малых лет.
- Не возраст возвышает человека над землёй, - кивнула ему на прощание и пошла в сторону каюты.
- Я всё равно считаю, - догнал меня его голос, - что это был чрезмерно жестокий поступок. Юной, хрупкой девушке сие не к лицу.
Я резко развернулась и зло на него посмотрела.
Его слова задели за живое. Душа и без его слов ныла нещадно: ведь каждое такое решение, результатом которого было отнятие чьих-то жизней, мне давалось очень тяжело. В последнее время всё чаще снились кошмары, и я просыпалась с головной болью и с бешено колотящимся сердцем.
Мы мерились взглядами ещё минуту, и опомнились, лишь когда лорд Райт деликатно кашлянул, призывая меня опомниться.
Корабли пиратов по праву победителя теперь принадлежали мне. Помощники капитанов встали у их руля и с помощью магов, суда плыли вслед за нами, вытянувшись в стройную цепочку.
В Уолсолл прибыли уже в сумерках.
С воды открывался ошеломительный вид на сияющий огнями город, ставший мне родным за столь непродолжительное время.
Нас встречали: у трапа стояли экипажи и мои гвардейцы во главе с тумэнбаши Батуем.
Степняк выглядел очень мрачно, интересно, с чем это связано?
- Тумэнбаши Батуй, что-то случилось? - негромко спросила я, когда он подошёл ко мне, чтобы помочь взобраться в карету.
- Простите Ваш Высочество, - низко поклонившись, ответил Батуй, - я ослушался вашего приказа и ускорил события, устроив облаву на главу преступного мира сегодня днём.
Глава 19
Интерлюдия
Константин спустился с трапа и огляделся: огни города вдали немного его удивили, он ожидал, что в таком захолустье не может быть такого хорошего освещения на улицах.
- Почти, как у нас в столице, - заметил Михаил, поравнявшись с братом.
- В том то и дело, что почти, - хмыкнул Константин, натягивая на лицо привычную маску высокомерного спокойствия.
А сам против воли принялся искать глазами Элоизу. Та нашлась чуть в стороне и тихо беседовала с каким-то высоким мужчиной, по выправке сразу было понятно, что это воин, и далеко не из последних. Ему не понравилось, как тот смотрел на принцессу. Что-то тёмное поднялось в груди и заставило его сделать шаг в их сторону, но тут Её Высочество, резко кивнув собеседнику, шагнула к дверце кареты и, не оглядываясь, скрылась внутри, следом за ней устремилось две фрейлины.
- Ваши Высочества, - к ним подошёл лорд Райт, советник принцессы, - прошу, вот ваш экипаж.
Их подвели к красиво украшенной золотыми вензелями вместительной карете.
Устроившись внутри на мягких сиденьях, Михаил провёл ладонью по мягкой ткани обивки.
- Богато живут, - улыбнулся он.
- Ничего удивительного, навряд ли король свою дочь отправил сюда без всего необходимого для хорошей жизни, - заметил старший брат, равнодушно пожимая широкими плечами, отодвинул занавеску от окна, чтобы полюбоваться на мелькающие мимо виды.
