права. Похоже дело серьёзное и прежде нужно узнать, что на самом деле случилось в больнице. Если взрыв как-то связан с потеряшками, то его обвинят в недоработке. Если они случайные жертвы теракта, то ему отписываться за то, с какого рожна он отправил их на обследование. А на обследование их заставил отправить Пучков. Стоит ли подобное озвучивать при посторонних?
- Разрешите узнать?! – вытянувшись по стойке смирно, спросил Черов, - Что случилось в больнице?
- Отвечайте на поставленный вопрос! – потребовал Хлусевич.
- Стоп! – хлопнул ладонью по столешнице Пучков, - Так мы никуда не продвинемся. Никого выгораживать не нужно. Отправить туристов в больницу рекомендовал я, поэтому, Денис, на тебе подозрений нет. Речь идёт о тех сомнениях, что высказывал в этом кабинете до отправки их в БСМП.
У Черова слегка отлегло на сердце. Но нужно ли говорить при федералах о догадках на минирование НПЗ. Что если предположение на диверсию и взрыв в БСМП звенья одной цепи? В таком случае, шерифа могут обвинить в сокрытии важных сведений, а то и, вообще, в покрывательстве бандитов.
- Чтобы мой доклад был полным, - продолжил упорствовать Черов, - Мне нужно знать, что случилось в больнице.
- Хорошо, - поняв, что лейтенант закусил удила, согласился Хлуцевич, - В 22.35 в окно палаты второго этажа врезался беспилотный летающий аппарат ударного типа. Модель и мощность взрывного устройства сейчас уточняют эксперты.
- А потеряшки здесь причём? – опешил Черов, - Может это криминальные разборки?
- Кстати! – снова вмешался Пучков, - Свяжитесь с оперативной группой и пусть выяснят, кто находился в этой палате до Золотарёва. Не нужно зацикливаться на одной версии. Я лично просил Зураева найти для них место и придержать до утра, пока не будут известны результаты всех исследований. Возможно, в плате действительно лежал кто-то из местных воротил серого бизнеса.
Хлусевич натыкал дополнительный пункт на планшете, затем выжидающе уставился на Черова. Тянуть резину больше не имело смысла.
- В самом факте отставания от экскурсионной группы нет ничего необычного. Городские привыкли надеяться на подсказки навигаторов и служб экстренной помощи. В Сити на квадратный метр приходится три камеры, и туристы просто не представляют, что в провинции нет возможности отслеживать весь маршрут движения. У них в голове не укладывается, какими огромными бывают расстояния между двумя пунктами на карте…
- Ближе к делу, лейтенант, - прервал Хлуцевич, - Складывается впечатление, что вы намерено затягиваете совещание. Работаем по формуле: вопрос – ответ. Ясно?
- Так точно, товарищ подполковник, - отчеканил Черов и, чтобы не вызывать новых упрёков, продолжил, - Первое. Время нахождение их в степи. Второе. Отсутствие заявления от Мурманского турагентства об отставании кого-то из их группы. Именно эти два факта заинтересовали меня прежде всего.
- Продолжайте, - одобрил подполковник, записывая что-то в планшет.
- При знакомстве с якобы потерпевшими выявил ещё две несообразности. Мария Сафонова беспрепятственно получила кредит от мотеля. Её личность подтвердила служба единого банковского реестра. Зато по общей базе МВД человека с такими данными не числится. Согласитесь, это тоже довольно странно.
При этом Черов так многозначительно взглянул на присутствующего федерала, что многие из милиционеров проследили за его взглядом. Сам же полицейский внешне остался невозмутим.
- Вы, лейтенант, назвали одну несообразность, - понукал Хлусевич, - Назовите вторую.
- Золотарёв Тимофей Матвеевич с 15 января сего года числится в федеральном розыске как лицо, исчезнувшее при невыясненных обстоятельствах. Заявление подано начальником ЖЭКа в прокуратуру Пегас-Сити.
Хлусевич непонимающе покосился на Михаила Даниловича.
- Его следовало незамедлительно передать федеральной полиции…
- Так именно для этого и отправили его в БСМП! – в горячке выкрикнул Черов, - Чтобы федералы не обвинили потом в применении насилия к их подопечному!
- Капитан Любимов из полиции Пегас-Сити прибыл сорок минут назад и готов был завтра утром принять дело о передаче подследственного, после соответствующего оформления, - невозмутимо объяснил Пучков причину задержки с передачей полномочий, - Потеряшки остановились в мотеле «Нирвана». По регламенту следовало приставить к туристам охрану и ждать прибытия полиции Сити, но, поверьте мне, в этом случае жертв было бы гораздо больше.
Полицейский из Сити оторвал взгляд от экрана планшета и с явной издёвкой спросил:
- Значит, вы всё-таки поддерживаете версию, что террористическая атака была предпринята с целью ликвидации Золотарёва Тимофея Матвеевича?
- Я рассматриваю все версии, - слегка улыбнулся полковник, - В том числе и ту, которую вы мне упорно доказывали сорок минут назад, ворвавшись ко мне в кабинет и бешено вращая глазами.
- Господа, товарищи, давайте мыслить конструктивно, - поспешил заявить Хлуцевич, продолжая нависать над столом, где раскатали рулон электронной карты Отрадного, - Если лейтенанту Черову больше нечего нам сообщить, то я бы предпочёл выехать в БСМП, чтобы на месте оценить ситуацию.
- У меня нет чуйки моего отца, - запальчиво выкрикнул Черов, понимая, что при отстранении от дела не сможет высказать свои предположения, - Но я твёрдо уверен, что оба врут, говоря об отставании от автобуса. Сафонова демонстративно пыталась увести разговор в другую плоскость, а Золотарёв симулировал психическое расстройство, которого у него нет.
- По нашим данным гражданин Золотарёв действительно страдал заторможенностью интеллектуального развития и принимал лекарственные препараты! – вмешался полицейский, не убирая сарказма из своей интонации.
- Это ложь! – окончательно потеряв контроль над собой, выкрикнул Черов, - У меня имеются письменные доказательства, заверенные печатью и подписью врача, проводившего обследование!
С этими словами, Денис достал из сумки планшет и файл с бумажными оригиналами.
- Мы разберёмся, - заверил Хлусевич.
А полковник Пучков забрал файл с бумагами и положил его в сейф.
- У всех имеются электронные копии, - невозмутимо заявил он, - А оригиналы пусть полежат в надёжном месте.
То ли, чтобы не продолжать эскалацию конфликта с представителем федеральной полиции, то ли пытаясь оградить несдержанного подчинённого от дальнейших выходок, способных умалить его соображения, полковник закрыл совещание.
Подполковник Хлусевич немедленно удалился, по дороге махнул рукой Черову, призывая следовать за ним.
Остальные разошлись по своим делам. В том числе и представители администрации, получившие заверения, что милиция предпримет все усилия, чтобы минимизировать ущерб для городской инфраструктуры.
И только капитан Любимов остался в кабинете начальника РУ МВД.
«Этим ребятам не прикажешь», - думал Черов, занимая место в машине начальника криминальной милиции. В этот
