выглядела значительно хуже. Во одних местах виднелись оплавленные дыры, а в других пятна изморози. Часть штанов неожиданно заросла мхом, а левый рукав бесследно исчез. И это я ещё легко отделался. Когда имеешь дело с диким Эфиром, последствия могут быть самыми печальными.
— Это смерть, Сокол, — угрюмо повторил Аршавин. — Я обычный человек, но даже мне известно, что касаться подобных вещей нельзя никому и никогда. В прошлом ни раз и ни два маги Императора пытались разобраться в этом вопросе, но ни у кого это не получилось. Даже лучшие гибли едва прикоснувшись к сплетениям. Знаешь сколько зверей проходят трансформацию?
— Сколько? — уже немного придя в себя, с интересом спросил я. Насчёт этого предположения я оказался прав и это радовало. А ещё меня немного рассмешили слова Ратая насчёт того, что он простой человек. Сказывались последствия шока после перегрузки. Эмоции шалили, как и Источник.
— Меньше десяти процентов, — ответил Шатун. — Мне это место сразу подозрительным показалось. Просто обычно рядом куча трупов случайных зверей лежит и спутать с чем-то сплетение невозможно. А здесь чисто всё. То ли новый узел просто, то ли подожрал кто-то останки не так давно.
— Тогда бы всё равно следы остались вокруг, — поднимаясь на ноги и осматриваясь, с сомнением произнёс я. — Вряд ли местные обитатели заметали следы после своего пиршества. А какой возраст считается маленьким для сплетения?
— А мне откуда знать, Сокол? — пожал плечами Ратай. — Мы такие места стороной всегда обходим.
— Хотя бы примерно, — настойчиво повторил я. Сплетение снова вернулось в равновесие и ничем не напоминало о недавней вспышке. — Может какие-то особенности есть? Как отличить молодые от старых?
— Единственную особенность, которую знал, я уже назвал, Сокол, — хмуро ответил Аршавин. — Но гор трупов тут нет. Ещё ваш отец пару раз упоминал, что могут быть такие сочетания аспектов, которые просто убивают зверей, а не изменяют их. Подобные места обитатели аномальной зоны, да и простые животные, стараются избегать. Может это как раз одно из таких. Ещё могу сказать, что просто долго может никто не попадаться в ловушку сплетения. Три года, а то и пять после образования узла вообще о нём никто не знает. Зона-то большая… Но я сам их не вижу, как и все простые люди. Поэтому, за что купил, за то продал.
Ратай развёл руками, а я с интересом повернулся к своему спутнику.
— Три-пять лет говоришь… — задумчиво произнёс я. — Или чуть больше?
Возникшая у меня догадка казалась весьма абсурдной. Но сплетение не зря показалось мне странно-искусственным. Если немного подумать, то я мог набросать примерную схему подобного узла. Не при моих текущих силах, но это было вполне возможно. Особенно если не строить конструкцию полностью, а просто задать направление через имеющиеся у тебя аспекты. Это тоже требовало громадных знаний в области управления энергией, но вполне реально для опытного мага. Особенно если у него было больше одного аспекта.
— Возвращаться нам нужно, ваша светлость, — без особой надежды на успех, снова произнёс Аршавин. — Середина дня уже…
— Пара часов всё равно ничего не изменит, Шатун, — невозмутимо ответил я. После дикой встряски от соприкосновения со сплетением, мой организм начал поглощать свободную ману с какой-то запредельной скоростью. Единственная полноценная сфера разума уже была заполнена до отказа и Источник принялся вливать собранную энергию в часть второй заготовки. — Давай порассуждаем?
— О чём, Ярослав Константинович? — тяжело вздохнул Аршавин. Судя по его виду, он уже окончательно сдался и был практически готов силой утащить меня из опасного места. Вот только прекрасно понимал, что такой номер точно не пройдёт, даже при нашей разнице в физической силе.
— О сложностях выбора, — улыбнулся я и сделал первый шаг в сторону сплетения. — И о том, на что готов пойти человек, чтобы никто и никогда не сумел получить доступ к его тайнам.
— Какое это имеет отношение к сплетению, Сокол? — заметив, как я медленно приближаюсь к опасному клубку аспектов, моментально напрягся Ратай.
— Самое прямое, — концентрируясь на предстоящей задаче, рассеянно ответил я. — Если человек свято соблюдает законы Империи и не может себе позволить что-то построить в аномальной зоне. Если он не может никому доверять во всей громадной Империи, потому что его может предать даже близкий друг. Если остро необходимо передать потомкам что-то настолько ценное, что можно поставить на карту буквально всё…
— Сокол… — хрипло выдохнул Аршавин. Я был уже в шаге от сплетения и Шатун с трудом сдерживался, чтобы просто остаться на месте.
— Тогда приходится идти на крайние меры, — раскрывая Источник и вытягивая из него всю ману, до последней капли, невозмутимо продолжил я. — А ещё нужно дать потомкам маленькую зацепку, которая позволит им распутать опасный клубок. Потому что это неправильно и так быть не должно.
— Семикрылый! — не выдержал Аршавин, но в этот раз он уже не мог меня остановить.
Глава 9
Вода. Это тот аспект, который объединял нас с прежним главой рода Разумовских. Мой отец отлично знал, что никто из девочек за его тайной не придёт. Нюша была слишком мала, да и особенности развития её дара могли отложить поиски на несколько лет. Насте могло хватить храбрости, чтобы пройти по этому пути, но лезть в аномалию девушка бы не стала. Не с её подходом к заботе о будущем рода.
Оставался я. Тот, кого пытались убить прямо в день казни старших родичей, чтобы окончательно прервать нить семьи Разумовских. Если бы у того наёмника из вольных всё получилось, то сестёр просто выдали бы замуж по мере достижения ими совершеннолетия. Или тихо убили где-то после схода пены и общественного внимания. В последнее мне верилось больше. Однако, отец всё рассчитал правильно, хоть за его наследием пришёл вовсе не его родной сын.
— Безумие… — едва слышно выдохнул стоявший за моей спиной Аршавин. Ратай даже дышать старался через раз, чтобы ничем мне не
